Введение в славянство
Занимательная книга, полная множества подробностей о быте наших предков, о верованиях и богах, о домах, крепостях и оружии, об одежде, тканях и украшениях. Большим ее плюсом является обилие иллюстраций, они хоть и достаточно схематичны, но позволяют хорошо представить предметы, о которых повествует автор. Минусом для меня является энциклопедичность книги: ее сложно читать как одно общее повествование, тем более, текст полон достаточно мелких подробностей, устаревших слов, которые скорее всего быстро сотрутся из памяти (но, возможно, к отдельным главам этой книги стоит обращаться, когда возникнет необходимость освежить подробности). При этом те главы, которые рассказывают о жизни славян в общем, не дали мне новых знаний, ведь если вы увлекаетесь историческими книгами о дохристианской эпохе (теми же славянскими фэнтези или историческими романами Семеновой, Дворецкой и других авторов,) то многое из рассказываемого уже хорошо знакомо.
Эта книга подойдет тем читателям, которые только открывают для себя славянский мир, потому что она скорее проходит по верхам, охватывает достаточно много разделов, но в очень беглом темпе. Меня слегка раздражало то, что буквально на каждой странице писательница делает отсылку к другим главам этой книги, т.е. если читаешь все подряд, то это бесконечно повторение «см. главу такую-то» очень режет глаз. А еще стоит отметить, что хоть это и попытка рассказа об исторических фактах, в произведении слишком много авторских замечаний, странных аналогий с настоящим, в целом выбранный тон немного удивляет. Кажется, что Мария Семенова пишет для детей, уж слишком на пальцах она все объясняет. Да и мне в общем не близка позиция автора, которая как будто на самом деле верит в разные обряды и нечисть, которые естественны для тех «темных веков», но ссылки в качестве подтверждения их правоты на современных экстрасенсов не могут меня не удивить.
Несмотря на все вышеперечисленные минусы, книга достаточно легко читается, преподносит множество подробностей о быте и обычаях древних народов, а также дает обширный список литературы, который можно изучить, если захочется копнуть глубже. Ниже приведу цитаты, которые мне понравились и которые хотелось бы сохранить на память.
«деревня» могла быть сколь угодно велика, но «селом» называлась лишь та, в которой была церковь. Вплоть до того, что несколько деревень, тяготевших к одной церкви, составляли село.
Оказывается, например, существуют разные системы родства! Этнографы делят их на четыре группы: «английскую», «гавайскую», «ирокезскую», «арабскую». Чем они различаются? Представьте себе – обозначениями тёток по отцу и по матери. В «английской» системе родства обе тётки называются одним словом, но не так, как мать. В «ирокезской» системе мать и тётка – сестра матери обозначаются одним словом, сестра отца – другим. В «арабской» существует свой термин для матери и для каждой из тёток. И наконец, в «гавайской» системе и мать, и обе тётки именуются одинаково!
... в наших летописях можно встретить такие слова, как «братана», «братична», «братучада» – дочь брата, «братанич», «братучадо», «братичич», «братич» – сын брата, «братан» – двоюродный брат (а также сын брата), «самобрат» – родной брат. Словари русского языка приводят слова «брательница» – родственница, «братаниха» – жена брата, «братан» – двоюродный брат, «двухродный братан» – троюродный брат.... По мнению языковедов, древнее индоевропейское обозначение сестры представляет собой сложное слово (произносится оно примерно так: «свэ-сор») и обозначает буквально «своя (то есть родственная) женщина». По наблюдениям учёных, «свэ» – «свой», «своя», – появляясь в терминах родства, всюду означает запрет на вступление в брак с данным лицом. В самом деле, «свой» в древности означало «принадлежащий к тому же самому роду»
были и иные слова для обозначения цвета, нередко очень образные и красивые. Например, «смурый» (тёмно-серый), «померклый» (тёмный, чёрный) «срений» (бело-серый), «зекрый» (зелёно-голубой, бирюзовый), «пелесый» (тёмный, бурый), «плавый» (желтоватый), «половый» (беловатый, изжелта-белый; отсюда этническое название «половцы» – несмотря на расхожее заблуждение, это был светловолосый народ!), «редрый» (рыжий, красноватый), «смаглый» (тёмный, от «смага» – жар, пламя)
Но далеко не всем известно, что и в России ещё в начале ХХ века по клеткам крестьянской понёвы можно было угадать губернию, уезд и даже деревню, откуда приехала женщина. Так, на севере Рязанской губернии носили чёрные или тёмно-синие понёвы с клетками из белых и цветных нитей. На границе Тульской и Рязанской губерний фон понёвы был красным с пропущенными по нему чёрными и белыми нитями. А возле города Касимова преобладали красные понёвы в синюю клетку. Археологические находки подтвердили, что эта традиция действительно тянется в глубины веков – к древним славянам. Женщины племени вятичей, занимавшего когда-то Рязанскую, Тамбовскую, Орловскую, Калужскую области, предпочитали синие клетчатые понёвы. Западнее, на территории племени радимичей, клетки понёвы были красными.
Рогоза, куга – это всем известное растение рогз. Оно водится по берегам болот и озёр, его часто ошибочно называют «камышом». ...Этимологи в связи с рогожей никаких лык и мочал не упоминают вообще: для них очевидно, что рогожу делали из волокон рогоза, который, в свою очередь, сохранил это название с незапамятно древних, «праевропейских» времён. ... Ткань, сделанная из волокон рогоза, а позже и из мочала – рогожа – использовалась у древних славян в основном для хозяйственных целей. Одежда из такой ткани в ту историческую эпоху была не просто «непрестижной» – она была, прямо скажем, «социально неприемлемой», означая последнюю степень бедности, до которой мог докатиться человек.
И девушки стягивали их налобной повязкой, заплетали в косу – непременно одну (в знак того, что пока холостая, «одна»). Пряди волос в косе укладывали тоже строго определённым образом: одну поверх другой. Две косы и обратное плетение обычаем запрещались, это была принадлежность замужней.
...лапти имели очень малый срок службы. Зимой они пронашивались за десять дней, после оттепели – за четыре, летом, в страдную пору, – и вовсе за три. Собираясь в дальний путь, с собой брали не одну пару запасных лаптей.
85 понравилось
