Вторая книга о приключениях экипажа "Космического мозгоеда". Точнее, пока это всего лишь грузовое судно ЛПКВ-231, а до мозгоедов им ещё целую книгу расти. Поэтому, пока назову их космоолухами, милыми и родными сердцу олухами. Я уже просто не представляю себе юмористическую фантастику без сурового, но справедливого капитана Петухова, неизлечимого оптимиста врача Вениамина, техника Михалыча с его убийственным произношением и конечно же троицы, состоящей из медсестры, пилота и навигатора. Последнее звучит словно описание к фильму, полному подробностей с пометкой "18+"? Но нет, как вся серия в целом, так и "Космоэколухи" в частности не похожи на подобное совсем. Ни пошлостей, ни сахарного сиропа с сахаром о любви здесь нет. Да, шуточки для взрослых имеются, но книга-то не ради них написана.
В первую очередь здесь есть дружба. Настоящая, крепкая. Дружба между почти сверстниками и дружба всего экипажа в целом. Да они все придерживаются определённой субординации, но во взаимоотношениях команды хорошо прослеживаются столь редкие сейчас дружеские отношения. Может быть всё дело в порядочности и определённом мировоззрении. Скорей всего, именно поэтому новый навигатор Алексей так и не смог (а он и не старался) вписаться в коллектив.
Как кошка умудрилась выбраться из Полининой каюты, осталось загадкой. Хвостатая безбилетница освоила либо телепортацию, либо вентиляцию и за ночь успела свернуть со стола сахарницу, растеребить в клочья и раскидать по пультогостиной все найденные в мусорке бумажки и пакетики, почесать когти о пилотское кресло и нагадить в навигаторское (за что Теодор простил ей все остальное).
– Может, поставить сюда лоток? – предложила Полина. – Чтобы кошка наконец поняла, для чего он?
– Я думаю, кошка знает, что такое лоток, – проворчал Тед. – Она не понимает, для чего нам Алексей.
И дело вовсе не в том, что часть экипажа предвзято относилась к новичку. Новый навигатор оказался достаточно непростым человеком, привыкшим к своему превосходству над окружающими. И если бы дело ограничилось лишь этим. Следующая выдержка из текста будет не столь шутливой, как предыдущая.
– Дэн нам всем жизнь спас! – возмутилась и Полина.
– И что? Он для этого и сделан. Как и стул – стоять тут для моего удобства.
– В том-то и дело, что Дэн – не стоял!
Алексей сочувственно, но непреклонно покачал головой и предложил:
– Хотите, докажу, что нет у него никакого разума, одна голая программа повиновения? – И, прежде чем Теодор успел возразить, окликнул: – Эй, DEX, подойди-ка сюда! Дам тебе очень важную работу.
Рыжий беспрекословно отложил промасленную тряпку, которой начищал какую-то деталь для Михалыча. Алексей тем временем поставил на обеденный стол два стакана и до середины наполнил один из чайника.
– Переливай воду из одного в другой, – велел он. – Сто раз.
– Какого хрена?! – возмутился Теодор.
– Это тебе «какого», а искину без разницы. Ему приказали – он выполняет. Вот, смотрите!
Киборг действительно принялся за «работу». В размеренности и аккуратности, с которой он ее делал, сквозило что-то жуткое, не то что машинное, а вообще противоестественное.
– И вслух считай! – уточнил задание Алексей.
– …семнадцать, восемнадцать… – послушно начал Дэн.
А теперь стоит вспомнить, что Дэн вопреки убеждениям Алексея обладает разумом и чувствами. Только вот программа повиновения действительно осложняет жизнь, причиняя киборгу как физическую, так и моральную боль. И вот она, как мне кажется, главная проблематика, которую хотела раскрыть Громыко. Человек, технический прогресс и нормы морали редко когда могут хорошо сочетаться. Как правило, человеку приходится жертвовать первым или вторым. В случае с созданием разумных киборгов (именно разумных, потому как до создания DEX-6 всё выглядело более менее безобидно) человек с лёгкостью отказался от этических и моральных норм. Подобное "законное" рабство всех устраивает. Отсюда общество условно можно разделить на три части. Первые (такие как Алексей или Казак) не задумываются об ответственности, считают себя на порядок (хотя, с такими амбициями можно сказать, что на десяток порядков) выше, для них киборг всего лишь инструмент или оружие. Второй вид людей откровенно боится киборгов, потому как они знают, что могут сделать киборги по приказу не совсем добропорядочных хозяев. И третьи, - как экипаж "Космического мозгоеда", - считаются с гиборгом, как с равным. Для них это такой же человек, только с некоторыми особенностями. Впрочем, как и все остальные люди. Да, пусть у капитана Петухова и были некоторые предубеждения насчёт киборгов, но он не позволял себе подобно отношения, как в приведённом выше фрагменте. И к концу книги видны уже совершенно другие отношения между Станиславом и Дэном. Ведь если бы, как и подавляющему большинству, капитану было бы наплевать на киборга, то он не отдал бы ему приказ спасаться, когда их захватили работорговцы. Станислав, как человек военный, спасал самого опытного и выносливого из членов экипажа, который в будущем способен оказать помощь. А как человек чести, он прекрасно понимал, что станет с Дэном, если тот попадёт в руки почти бывшего хозяина.
Кстати, о плене у работорговцев. Приятно удивил Тэд. Шумный грубоватый любитель девушек и светлого, тёмного и нефильтрованного в нужный момент оказался находчивым и смелым. Как бы ему не было морально тяжело, пилот нашёл нужные слова утешения для Полины, переживал за подругу, потому как та в руках бандитов была ещё более беззащитна, чем он.
Но серия о космолухах это не только проблемы разумных киборгов. Всё больше я убеждаюсь, что писатели-фантасты ещё немного и провидцы. Пусть это даже и юмористическая фантастика, но у Громыко есть интересные моменты в плане техники, инопланетных рас и жизни в будущем. Например, какой автор видит нашу планету через лет двести.
Поскольку в ловле кошки прогресса пока не наблюдалось (на все увещевания спасателей она отвечала исключительно противным мяуканьем), корреспондентка принялась заполнять дыру в эфире бойкой болтовней:
– Чем выше уровень развития цивилизации, тем мудрее и милосерднее она становится! Вначале люди приручили животных, потом впустили их в свои дома и сердца, а затем признали равными себе. В наше время только асоциальная, психически недоразвитая личность способна хладнокровно убить или, что еще ужаснее, съесть живое существо, отличающееся от нас всего парой тысяч генов. Вслушайтесь в само слово «мя-а-асо» – как омерзительно, первобытно оно звучит! Как будто оборванная, волосатая, дикая толпа сидит у костра, разрывая зубами кровавую плоть!
В животе у Станислава предательски заурчало: он вспомнил, как в студенчестве летал с друзьями в лес на шашлыки.
– Вы не местный, да? – сочувственно поинтересовался у капитана полицейский.
– С Нового Бобруйска.
– Хорошо вам там… – завистливо протянул пожилой служака. – Всего три миллиарда населения, верно? А у нас – двадцать пять, скоро на головах друг у друга сидеть будем. Человека на улице пристрелят – сто прохожих переступят и не заметят, а сбитую флайером ворону по всем каналам покажут. Недавно подпольного мясоторговца прямо на главной площади линчевали, мы даже вмешаться не успели.
Да, я не ем мясо, но жить именно на такой Земле мне было бы мягко говоря неуютно, если не жутко. Но если не заострять внимание на подобных страшилках, то будущий мир у Ольги Громыко получился достаточно интересным (спасибо за знакомство с планетой Мерак и тритоноподобной расой, называемой крамарцы), живым и динамичным. Читаешь и начинаешь верить в лучшее. Потому, что "какой бы паскудной ни была жизнь, в ней всё-таки иногда случаются чудеса".
И традиционно напоследок - оптимистичные цитаты и диалоги для поднятия настроения.
– Злая ты, – шутливо упрекнул Теодор, откидываясь на спинку кресла и с нажимом протирая натруженные глаза. – А ещё зоолог!
– Поэтому и злая, – Полина громко захлопнула дверцу посудомойки и запищала кнопками, выбирая программу, – что видела животных не только в красочном буклетике «Спасём бедных звериков!». Да, они замечательные и каждое по-своему прекрасно, но зачем их очеловечивать, а потом уничтожать, если они не соответствуют нашим ожиданиям? К тому же едва этой тетке предложили кончать болтовню и заняться делом, как она сдулась и удрала. Такое ощущение, что она не животных любит, а людей ненавидит!
– А ты за людей или за животных?
– Я за биологическое равновесие, – выкрутилась Полина. – А оно жестокое, но справедливое! И вообще, я верю в круговорот душ во вселенной: в этой жизни я человек, в прошлой – бабочка, а в следующей – какой нибудь разумный таракан с Альфы-Центавра. Поэтому ёлка, может, и не хуже меня, но уж точно не лучше!
– А ну пошли вон отседова, гады!
– Что? – не поверил своим ушам капитан. – А зачем же вы тогда SOS подаете?
– А я не вам!
– А кому?
– Людям!
Команда недоуменно переглянулась.
– А мы тогда кто?
– Зараженцы с мозгоедами! – с глубочайшей убежденностью заявил дед.
– Кто? – пораженно переспросил Станислав.
– Паскудные инопланетные твари, которые прилетели за моим мозгом! Только шиш вам! – Дед сунул ружье под мышку и для убедительности показал сразу два шиша.
Космолетчики так опешили, что даже не обиделись.
– Точняк, дед, но не парься: мы уже видим, что опоздали, – проворчал Теодор.
Тед подобрал пустой пакетик. Логотип фирмы, напоминающий кляксовый тест психиатра, обвивала рекламная надпись: «Искать свой пышный окрас? Вот он!» На другой стороне упаковки оказалась инструкция, напечатанная мелким смазанным шрифтом.
– «Надоел головной естество, хочешь удивить совокупительный друг или твой мех побурел к сезону? – сощурившись, прочитал пилот. – Дли жизнь с покрашищем «МйгиниРрык»! Легкий пачкать – легкий сброс! Вотрись ей сильно и нежно, накройся и жди. Живопись готов через 1,75 ак, смыв и почёс осуществи изобильно». Блин, я, кажется, догадываюсь, чьего она производства! Где ты эту дрянь взяла?
– Почему сразу дрянь? – возмутилась девушка. – Мне её консультант фирмы на выставке косметики дала.
– И что при этом сказала? Или только улыбалась и кивала?
Шах еще не означает мата, главное - продолжать партию, а не швырять доской в противника.
И куда же без Моси. Мося, rest in peace! Мы помним о тебе.
– Так, а что у нас сегодня на обед? – преувеличенно бодро перебил его капитан, снял крышку со сковороды, принюхался и зажмурился: – Мм, красота! Уже сто лет макарон по-флотски не ел.
Слюнки потекли не только у Станислава: заправленная тушенкой и кетчупом лапша, может, и не была изысканным блюдом, но за последнюю неделю команда отвыкла привередничать.
– А что это за гудение? – внезапно спохватился капитан.
– Внтлц, – браво доложил Михалыч. – Прдвем, а-т здлдбл этт шрхи, сптнвзмжн!
– Давно пора, – одобрил Станислав, лишь сейчас заметив, что все вентиляционные решетки сняты и из них ощутимо сифонит.
В воздуховоде грохотнуло.
– Ага! – довольно прошептал Теодор. – Кажется, наш призрак не любит сквозняков!
Команда замерла, прислушиваясь.
Грохот не замедлил повториться. Более того: он набирал силу и частоту, будто неведомый мусор сдвинулся с места и начал разгон по наклонной трубе. Цо-о-ок… цок… цок-цок-цок, фр-р-р! – И из отверстия со свистом, как пуля из пневматики, вылетело что-то округлое и плюхнулось аккурат в центр сковороды.
Станислав потрясенно уставился на маленький, с гусиное яйцо, череп, туго обтянутый серовато-желтой мумифицированной кожей. Справа на нем сохранился пучок усов, слева плоть ссохлась и сползла с костей, обнажив половину челюсти с мелкими острыми зубками и свернутым набок, прикушенным языком, отчего казалось, будто череп криво усмехается капитану.
– А вот и Мося, – пролепетала Полина.
– Ну наконец-то наш экипаж в полном сборе! – с чувством сказал Станислав, снова накрывая сковороду крышкой.
5 понравилось
