Цитаты из книги Охотник на волков

– Хвала всем десяти верховным богам. Ты жива! Несмотря на это восклицание, я уже не могла остановить смех. Попыталась сдержать его, но через пару мгновений прыснула и захохотала еще громче. – Она повредилась в уме? – с испугом спросил монах у мага. Слэйто погладил меня по голове, как маленького ребенка. – Не обращай внимания, Мастос. Лис так плачет. Пусть выпустит накопившееся равэ.

Я не боялась разочаровать его, ведь мы оба были колебавшимися на ветру побегами тростника. Он разоблачал меня раз за разом так же, как чистят лук: снимал один защитный слой за другим. И я могла сердиться на него, но, по правде говоря, с каждым нашим разговором чувствовала себя свободнее и спокойнее, а может даже счастливее.

– Аэле, а ты любишь Слэйто? На лице девушки не промелькнуло ни тени сомнения. Ее ответ прозвучал естественно, а не как заученная фраза: – Да, я его очень люблю. Потом, подумав немного, она добавила: – Но не переживай, я и тебя люблю! – Глупенькая, – рассмеялась я. – Я не об этой любви говорю. Не о дружбе и приятельстве. Любишь ли ты его как мужчину? – Ах, это. – Девушка выглядела растерянной. – Видишь ли, Лис, я не делаю различий в любви. Я люблю хороших людей и не люблю плохих.

Гардио скрипнул зубами. Новая Лис ему не нравилась. Предыдущая тоже не сразу вызвала в нем теплые чувства. Но Лисенка это хотя бы волновало, она очень хотела нравится людям. А вот Бешеная Лисица впервые задалась вопросом, зачем вообще было загонять себя в клетку ради старых, уже не действующих связей.

Когда тебя нигде не ждут - можно идти куда вздумается. В этом, наверно, и есть прелесть бродячей жизни.

Человек, которому нечего и некого терять, всегда сильнее.

- Ты остановил меня, потому что считаешь, что я не права? - тихо поинтересовалась я. - Вовсе нет. Ты права, но это ещё не даёт тебе повода тыкать в лицо людям своей правотой. Готов спорить, когда-то ты была таким же ребёнком, свято верившим в какие-то идеалы. И каждый, кто вторгался в твой идеальный мир, казался тебе чудовищем.

Светлая и темная магия столкнулись и затрещали, как если бы в костер бросили сырые ветки, от которых во все стороны брызнули искры. Не было больше никакого противостояния: две силы, светлая и темная, слились в один поток, который пронизывал Слэйто, меня и весь этот мир.

– Ты думаешь гораздо громче, чем ходишь, – тихо сказал маг, не открывая глаз. – Сейчас ты смотришь на мою шею и думаешь, что если на ней пульсирует жила, то внутри меня движется кровь, и значит, у меня есть сердце. – А оно у тебя есть? – Ты уже задавала этот вопрос. А я уже на него отвечал. Лис, ты смотришь на поверхность и даже не пытаешься заглянуть внутрь.

Я достаточно слушала их пререкания. Когда-то роль ангела и демона в моей жизни выполняли Атос и Гардио. Но тот и другой не воплощали собой абсолютное зло или абсолютное добро, просто один из из двух ребят был чуть жестче, а другой верил в справедливость. И между ними была я – мечущаяся душа, жаждущая обрести ориентиры.

Время все изменило. Теперь у меня были собственные точки опоры.

Боги, мужчинам всегда надо делить территорию и выяснять, кто главный.

- Я не перестаю тебе удивляться, Лис. Ты убила Поглощающего, порубила в щепки кучу говорящих деревьев, победила целое озеро монстров. И ты все ещё осторожно выведываешь, нет ли впереди какой опасности. - Бояться - это не значит быть трусом, - мрачно сказала я и поправила перевязь. - Бояться - значит быть осторожным.

Мой белокурый друг рассмеялся, сверкнув своими белоснежными зубами: - У меня есть своя теория на этот счет, дружище. Я всегда был честен с близкими, никогда их не обманывал и не предавал их доверия. Считай, что это мой дар жизни и людям, за который я ничего не жду взамен, но неизменно получаю добро в ответ. Да, мало осталось людей, подобных Арлину. Но тем они ценнее.

- Я не боюсь смерти, умирать вообще легко. <....> - Вся суть в том, что я не боюсь жить. В глазах старой женщины-дерева отразились непонимание, и мы застыли, как две соляные скульптуры с Симма. Я - с поднятым мечом, она - защищая тело иссеченными руками. - Я большую часть жизни думала, что страх смерти - это трусость. Но главный трусостью оказался страх жизни с тем грузом, что ты тащишь за собой. Жить сложнее, только поймешь ли ты это, монстр?

Говоря обо мне - говори мне.

- Что яиц не хватает? Ах да, забыл - у тебя их нет! - Наемник расхохотался. Но даже его товарищи по игре не сочли шутку смешной. - И почему вы, мужчины, так любите гордиться самой уязвимой частью своего тела? - пробормотала я, пробираясь к стойке. - Только стукни вас по яйцам, и вы рыдаете, как малые дети.

Война-это в основном грязь и дизентерия, а вчерашние братья норовят всадить отравленный клинок тебе в спину.

Человек от момента рождения до самой смерти пребывает в дремучем незнании. Истина для него незнакома и чужда. Даже малая её доля меняет людские судьбы...

Многие думают что мы любим сердцем, но на самом деле истинная любовь всегда в голове.

-Бояться - это не значить быть трусом, - мрачно сказала я и поправила я перевязь. -Бояться - значить быть осторожным.