выдержанна атмосферами быта,цепляет местами сильно,но до этого места нужно дойти и получить свою долю волны ненависти,силы и беспомощности,злости и справедливости.соприкасающиеся половинки мужского и женского,попеременное зло.попытки изменить и самому измениться,в какую сторону это приведет знает каждый,но не знает ближнего своего.
Мои ощущения на данный момент просто никакие. Я не очень понимаю, какую в итоге мысль хотел донести автор. К моему удивлению, в конце не оказалось даже какого-то нравоучения или морального подведения итогов. Просто все умерли, Ямки разрушили самым абсурдным, на мой взгляд, образом.
Как будто до этого людей с чинами там не колотили и не выбрасывали на улицу. Очень сомневаюсь, что подобные ситуации происходили впервые. А тут вдруг выбросили, и всё — солдаты пошли войной на публичные дома. Получается, никакой особенной «крыши» у них и не было, раз никто из влиятельных людей даже не попытался вмешаться и защитить привычный порядок.
После возвращения Любки у меня, кстати, появилась какая-то надежда, хотя и тут я сомневаюсь, что её случай был настолько из ряда вон выходящим. До этого девушки тоже уходили самовольно и возвращались, так что же именно сделало эту историю особенной?
Всё произведение у меня осталось с ощущением карточного домика: весь этот мир годами существовал, держался на определённых правилах и связях, а потом подул ветер «перемен» — и всё разом снесло.
Ещё мне очень не хватило самого мира за пределами Ямы. Такое ощущение, что мы всё произведение крутимся вокруг одного места: все мужчины стекаются сюда, все события происходят здесь, и весь мир словно существует только ради Ямок.
По моим ощущениям, когда Люба жила за пределами Ямок, нам показывали какой-то почти идеализированный мир. Но полноценного представления о том, что вообще происходило за пределами этого места, так и не дали.
В итоге Куприн, как мне кажется, создал довольно однобокий художественный мир. Мы увидели мужчин с их желанием обладать женщинами, их положение и статус, устройство публичных домов, отношения между девушками и отдельные человеческие судьбы. Но этого мне оказалось недостаточно.
Мне хотелось увидеть, как живёт общество за пределами этих улиц, как живут женщины, которые не попали в эту систему, как устроена повседневная жизнь города. Ведь именно через сопоставление разных миров можно было бы ещё сильнее почувствовать масштаб проблемы. А так получается, что Яма словно существует в вакууме, и это сильно рушит для меня ощущение реалистичности и многогранности происходящего.
В общем, пока что я понимаю, что это крутое произведение и оно определённо того стоит, но какой-то особенно важной мысли, чему-то поучающему, я из него не вынесла.
Тяжело мне далась эта книга. До середины так точно я хотела закрыть её и забыть, ведь тематика жизни проституток седых времён вообще не прельщала и узнавать подобное мне и не хотелось. После же пошло более-менее резво и даже захотелось дочитать до конца и узнать, а в чем же суть.
По итогу, восторга от чтения этого произведения я так и не испытала. Герои мерзкие, противные своей душой и характером. Кому-то необходимо обмануть, кто-то готов совершить альтруистической поступок, до духу довести всё до конца и не хватает. Диалоги мерзкие. Так и пахнет гнильцой героев. Понятно, что именно так и хотел показать героев автор. Но я это произведение больше не хочу не видеть, не читать. Зато автор прописал город и героев так, что искренне их ненавидишь (думаю, не у всех читателей сходи чувства с моими) и радуешься, что живёшь в современном мире.
Если всё же говорить о героях - незавидная участь у этих несчастных девушек и женщин.
После написания своего отзыва прочла множество положительных и восторженных от других читателей. Рада за них. Моя оценка 3/5
Читать не ради шока, а чтобы не стать палачом или жертвой.
Знала, что "Яма" вызвала скандал, знала, о чём она, но всё равно обалдела от степени откровенности.
Поразил момент, когда Платонов, рассуждая о публичных домах, сказал:
"Понимаете ли, господа, в этом-то весь и ужас, что нет никакого ужаса! Мещанские будни - и только"
И это действительно страшно. В публичных домах не смотря ни на что, женщины просто живут свою жизнь (влюбляются, конкурируют, плачут, смеются), привыкают абсолютно ко всему, подстраиваются, чтобы не сломаться.
Часть повести посвящена "честным подлецам" и "бессловесной покорности". Не знаю, что приводит меня в больший ужас: все эти примерные семьянины и достойные господа, посещающие бордели, развращающие женщин, а порой и детей, но остающиеся при этом почтенными и уважаемыми; трусливые мужчины, влюблённые в проституток, но брезгующие забрать их из публичного дома; скучающие леди, жаждущие острых ощущений; возвышенные и безответственные студенты. Или женщины, не имеющие своей воли и полностью подчиняющиеся воле мужчины.
Если подлость, преступность, трусость, безответственность и жестокость довольно однозначны, то о "бессловесной покорности" женщин рассуждать очень трудно. Безусловно, женщины, судьбы которых описаны в книге, - жертвы. Но была ли возможность у кого-то сказать "нет"? Что, если силы воли и самоуважения было бы больше? Есть ли шанс изменить свою жизнь, или для всех и навсегда эти женщины -
"...безгранично самоотверженные, слепо преданные, глупые, наивные животные, которые не знают меры ни в уступках, ни в потере личного достоинства"?
Не ждала счастливого конца - его просто не могло быть. Но
«Все умерли»
Содержит спойлеры
тоже перебор. Почему-то мне казалось, что Тамара затеяла что-то более глобальное...
Не представляю, какой резонанс вызвала книга в своё время. Ведь и сейчас "Яма" поднимает на поверхность то, что мы не хотим замечать. Пусть сейчас у женщин больше информации, возможностей и прав, но всё равно до сих пор женщины подвергаются насилию, абьюзу, тирании и попадают против воли в сексуальное рабство. Современный мир по-прежнему очень жесток. Но мы можем оставаться людьми.
Девочки, будьте внимательны к себе, финансово независимы, любите себя, развивайте самооценку, не позволяйте "вытирать об себя ноги", не бойтесь, не терпите, бросайте нездоровые отношения, пока не стало слишком поздно
Обличающая человеческие пороки и слабости книга. В произведении поднимаются темы низменности, лицемерия и безобразности общества, продуктом которого и является проституция. Автор показывает суть «домов терпимости», всю ужасающую рутинность и повседневность предоставляемых этими заведениями услуг, и именно это тяготит более всего. Он раскрывает эмоции и переживания сотрудниц, которые попадают в эту «Яму» в силу абсолютно разных жизненных обстоятельств, а выбраться из неё становятся практически невозможно.
Перечит повести не вскрыл никаких новых нарывов на душе, чему я несказанно рада.
И сквозь года это — честно, беспристрастно, тоскливо безысходно……
Ямская Слобода сродни маргинальной тусовке коллективного бессознательного, не задумывались?
Мы продолжаем упиваться детализированностью порока и умением Александра Ивановича в одном абзаце сочетать полярности излагаемого.
Параллельно я ещё пересматриваю экранизацию 90-х с Догилевой и Меньшиковым, но созвучности как не было в университетские годы, так не наблюдается и сейчас.
Искушенный читатель пропустит строчки о подробностях жизни в публичных домах, без надрыва прочитает о тоннах несправедливости и желтом билете, душа его не дрогнет при перечислении «кавалеров» и их количественном соотношении, но вот оттопыренный мизинчик впечатается на подкорку наряду с искусством заваривания чая…
Скверный водевиль с глубокой драмой? Конечно!
Но наряду с дуализмом душ привычные жизненные мелочи выглядят ещё страшнее. Вы замечали?
Самые гнилые души — набожны, самое праведное стремление — имеет двойное дно.
«Яма» по праву считается одной из самых скандальных книг русской литературы, которая одновременно шокировала и заставляла общество взглянуть в лицо собственным порокам. Я давно хотела прочитать эту книгу и когда она появилась в серии «Вечная классика», это стало для меня лучшим мотиватором. Ожидания, подогретые статусом классики, были высоки, но роман превзошёл их, открыв целую панораму человеческих трагедий и социальных противоречий.Куприн воссоздаёт предельно реалистичную картину эпохи, не сглаживая острых углов и не избегая тяжёлых тем. Он обращается к табуированной для того времени проблеме, (жизни публичных домов) и делает это не ради эпатажа, а чтобы через яркие и трагические образы попытаться понять причины падения человека и жестокости общества. В основу повести легли кропотливые исследования: автор изучал документы, своды правил публичных домов, материалы о полицейско‐медицинском надзоре, и в тексте порой встречаются почти дословные цитаты из этих источников.Эта документальная точность придаёт повествованию особую силу — читатель словно становится свидетелем настоящей хроники той эпохи, где быт, нравы и мироустройство переданы с беспощадной достоверностью. В центре сюжета — судьбы женщин, по разным причинам оказавшихся в публичном доме. Куприн не сводит их истории к единому шаблону: каждая героиня — отдельная трагедия.Реакция современников на повесть была бурной и противоречивой. Обвинения в безнравственности и излишнем натурализме соседствовали с признанием обличительной силы текста. Куприн затронул то, о чём общество предпочитало молчать. К. И. Чуковский видел в «Яме» «пощёчину всему современному обществу» — и в этом определении кроется суть авторского замысла.«Яма» — это и реальное наименование Ямской слободы, и метафора социального дна, в котором оказываются героини. Куприн показывает не столько вину женщин, сколько ответственность общества, которое создаёт условия для падения: нищету, бесправие, лицемерие и двойные стандарты.Мужчины свободно пользуются услугами публичного дома, но при этом презирают его обитательниц — эта моральная пропасть становится одним из главных обвинений, звучащих со страниц повести.Читая «Яму» сегодня, невольно задумываешься о том, как мало меняются фундаментальные проблемы человеческого существования. Несправедливость, бедность, социальное неравенство — они никуда не исчезают, лишь принимают иные формы. Куприн заставляет не просто сопереживать героиням, но и спрашивать себя: что мы делаем для того, чтобы «ям» становилось меньше? Где проходит граница между личной ответственностью и коллективной виной?Для меня «Яма» стала не просто книгой, а сильным нравственным опытом. Это произведение требует от читателя внутренней работы. Куприн не столько рассказывает историю, сколько предъявляет обществу зеркало, в котором отражаются его самые неприглядные черты. И сила «Ямы» как раз в том, что это зеркало остаётся актуальным спустя десятилетия, заставляя нас видеть боль других и задумываться о собственной роли в мире.вк
"я – ничто, я – публичная девка! Понимаете ли вы, Сергей Иванович, какое это ужасное слово? Пу-бли-чная!.. Это значит ничья: ни своя, ни папина, ни мамина, ни русская, ни рязанская, а просто – публичная! И никому ни разу в голову не пришло подойти ко мне и подумать: а ведь это тоже человек, у него сердце и мозг, он о чем-то думает, что-то чувствует, ведь он сделан не из дерева и набит не соломой, трухой или мочалкой!"
Эта история о сотнях русских женщин, чьи жизни были разрушены с самого детства, о женщинах, которые на протяжении всей своей жизни не видели ни света, ни счастья, которые каждый день ощущали на себе отношение, будто они не более чем кусок мяса, со стороны самых разных мужчин, от последних маргиналов до высокопоставленных чиновников и так называемых «благородных» отцов семейств. О женщинах, что вели лишь ночную жизнь и мечтали о спокойном сне.
Печальная история о жительницах публичных домов, которые в детском возрасте уже были развращены или же проданы кому-то, тем самым оказавшись на такой дороге жизни. Характеры героинь разные, среди них встречаются и наивные девушки, словно дети малые, и более расчётливые и умные, которые благодаря своей красоте, красноречию и знаниям могли бы "править миром", однако всех их объединяет печальный конец их короткой жизни, у всех своя грустная история.
Прекрасно и омерзительно. А. Куприн «Яма» и А. Чехов «Припадок»
Прочитала подряд обе эти книги, т.к. «Припадок» А.П. Чехова упоминался в романе Куприна. Да и смыслом, текстом они так похожи как-будто одно произведение.
Давно я не читала книгу, которая бы меня так затянула и вызвала бы такую бурю эмоций: от жалости до гнева, бессилия, опустошения, безысходности. Наша невероятная классика, до которой нужно дорасти эмоциональным багажом и жизненным опытом.
Было тяжело читать про то, как девушки рассказывают о своей жизни или хозяйка за них. Как Женечку мать продала в 9 лет и всю свою сознательную жизнь она знала только боль и обиду. Как Нюру поматросил военный, а как надоела продал в публичный дом. Как полиция зная, что девушку ищут родители за взятку скрывают ее местонахождение и несчастная продолжает мучиться. Как же тяжело читать про некоего Горизонта, который своих жен продает в публичные дома, собирает девушек по России и увозит девушек в Аргентину, а в Российскую империю завозит из Африки! Уже в 19 веке девушек увозили на другие континенты, где они пропадали в своей страшной судьбе! Как же тяжело это было читать! Какой гнев и бессилие! Сколько загубленных жизней ради выгоды других. Какие жестокие и беспринципные люди их окружали: сводни, продажные полициейские, мужчины, которые их под это подводили.
С другой стороны история девушки, которую выкупил наивный студент и которая просто не умела уже жить по-другому. Отношения с мужчиной видела только такие, училась с трудом, не понимая зачем. Но она все же видела в этом свою семейную жизнь и как же больно ей было, когда он выкинул ее. Единственная попытка и снова в заведение, где ей все было понятно и жизнь шла по распорядку. Была еще девушка, которую бы сейчас назвали нимфоманкой, ей все было в радость.
Хорошо про них думал студен из «Припадка» Чехова:
« «Все эти немногочисленные попытки, — думал Васильев, — можно разделить на три группы. Одни, выкупив из притона женщину, нанимали для нее нумер, покупали ей швейную машинку, и она делалась швеей. И выкупивший, вольно или невольно, делал ее своей содержанкой, потом, кончив курс, уезжал и сдавал ее на руки другому порядочному человеку, как какую-нибудь вещь. И падшая оставалась падшею. Другие, выкупив, тоже нанимали для нее отдельный нумер, покупали неизбежную швейную машинку, пускали в ход грамоту, проповеди, чтение книжек. Женщина жила и шила, пока это для нее было интересно и ново, потом же, соскучившись, начинала тайком от проповедников принимать мужчин или же убегала назад туда, где можно спать до трех часов, пить кофе и сытно обедать. Третьи, самые горячие и самоотверженные, делали смелый, решительный шаг. Они женились. И когда наглое, избалованное или тупое, забитое животное становилось женою, хозяйкой и потом матерью, то это переворачивало вверх дном ее жизнь и мировоззрение, так что потом в жене и в матери трудно было узнать бывшую падшую женщину. Да, женитьба лучшее и, пожалуй, единственное средство».
— Но невозможное! — сказал вслух Васильев и повалился в постель. — Я первый не мог бы жениться! Для этого надо быть святым, не уметь ненавидеть и не знать отвращения. Но допустим, что я, медик и художник пересилили себя и женились, что все они выйдут замуж. Но какой же вывод? Вывод какой? А тот вывод, что пока здесь, в Москве, они будут выходить замуж, смоленский бухгалтер развратит новую партию, и эта партия хлынет сюда на вакантные места с саратовскими, нижегородскими, варшавскими... А куда девать сто тысяч лондонских? Куда девать гамбургских?»
Неразрешимый вечный вопрос….
P.S. После прочтения советую посмотреть отличный русский сериал «Куприн». 3 часть как раз по мотивам «Ямы», «Гранатового браслета» и еще нескольких менее известных произведений. Отличная экранизация с очень хорошо подобранными актерами. Так сказать визуализировать персонажей и закрепить послевкусие. Хотя сериал все-таки не вызвал таких эмоций как книга.
P.P.S. Беру свои слова назад про сериал. Хорошего там только хорошо воссозданных антураж:костюмы, украшения, декорации. Интересно было увидеть как выглядели самый дорогой дом терпимости и дом Анны Марковны. А в остальном все произведения перемешали, потеряли мотивации героев и получилась какая-то мешанина. Очень дурная экранизация.