Цитаты из книги Ужасные дети

День тяготил их. Он казался им пустым. Течение несло их к ночи, где они снова могли жить.

Случается, что из всех жертв упорнее всего сопротивляется убийце молодая девушка.

С этого вечера между Полем и Агатой протянулись, скрещиваясь, нити и начали сплетаться в ткань. Справедливое время перераспределило роли. Гордый Даржелос, уязвлявший сердца безысходной любовью, перевоплощался в робкую девочку, над которой Поль мог властвовать.

“Tous deux aimaient, ne se plaignaient pas et jamais n’eussent osé formuler leur amour. De la base, la tête levée, ils adoraient les idoles ; Agathe le jeune homme de neige, Gérard la vierge de fer.”

“Un grand mystère y devenait limpide : ce n’était ni pour sa fortune, ni pour sa force, ni pour son élégance qu’Élisabeth l’avait épousé, ni pour son charme. Elle l’avait épousé pour sa mort”

“Suivaient des oracles. Élisabeth ne les rendait que les soirs où elle se sentait en forme, en proie au dieu, sur un trépied.”

“Il faisait plus que se coucher, il s’embaumait ; il s’entourait de bandelettes, de nourritures, de bibelots sacrés ; il partait chez les ombres.”

“Jeu est un terme fort inexact, mais c’est ainsi que Paul désignait la demi-conscience où les enfants se plongent ; il y était passé maître. Il dominait l’espace et le temps ; il amorçait des rêves, les combinait avec la réalité, savait vivre entre chien et loup, créant en classe un monde où Dargelos l’admirait et obéissait à ses ordres”

Она считала себя дурнушкой и готовилась к худшему. Ее великолепная стать молодого животного уязвляла всех этих крашеных и заморенных девиц, но она же замораживала их насмешки.

"Она же их, несчастных, любила. Это ведь из сочувствия, их страсти она сделала их своими жертвами."

Между ними возникла потаённая дружба, так привязываются друг к другу люди, у которых общий недуг.

К сожалению, профессия продавщицы требует знания языков. Элизабет может рассчитывать только на работу манекенщицы.

Ни тот, ни другая не руководствовались желанием нравиться. Эти эксперименты были делом личным и никого не касались.

Считать Поля действующим лицом этой поездки было все равно что принять за живой румянец беглый отсвет пожарных машин.

Но у такого человека, как Майкл, ошибка в расчете – это проявление жизни; миг, когда машина очеловечивается и дает сбой.

Этим бедным сиротам даже в голову не приходило, что жизнь – это борьба, что существуют они контрабандно, что судьба только терпит их, закрывает на них глаза.

Перед лицом такого рода опасности детство совмещает две крайности. Не ведая, как глубоко коренится жизнь и сколько силы у нее в запасе, оно сразу воображает худшее; но это худшее кажется ему совершенно нереальным из-за невозможности представить себе смерть.

Привилегии красоты неизмеримы. Она действует даже на тех, кто ее не признает.

И вместо того, чтобы понять, что он ее любит, что господствует она над ним своей нежностью, что нужно всего лишь дать себя победить, он петушился, брыкался, боролся с тем, что считал своим демоном, дьявольским роком.