"Алая буква" - комментарий о нравственности, морали и нетерпимости в обществе пуритан XVII века.
Главная героиня — Эстер Прин — прибыла в Новую Англию без мужа, которого дела оставили в Европе. В отсутствии супруга, Эстер родила дочь от другого мужчины. Поскольку неизвестно, жив ли муж Эстер, ханжески настроенные горожане творят возмездие за вероятную супружескую измену — Эстер предают социальному остракизму и обязывают до конца жизни носить на своем платье вышитую красным букву А (сокращение от "адюльтер"). Эстер не выдает имени отца своего ребенка, ведь она родила не от кого-то там, а от святого отца Димсдейла, уважаемого и почитаемого в местных кругах за свое незапятнанное благочестие. Да и сам святоша не рвется ни пригреть "блудницу", коей считают Эстер, ни уж тем более признать своего ребенка. А ведь это бывший духовник Эстер. Вместо того, чтобы надоумить ее ждать своего мужа из Европы, или признать его умершим и носить траур, Димсдейл просто спит со своей прихожанкой.
После рождения ребенка от связи на стороне, Эстер несет бремя публичного позора одна. Она живет тихой и неприметной жизнью изгоя, зарабатывает на жизнь честным трудом, выхаживает больных, помогает бедным, утешает обиженных. В общем, становится двоякой личностью, и грешницей и праведницей одновременно. Люди одной рукой берут подаяния Эстер, а другой кидают в нее камни. И она абсолютно согласна с происходящим.
И тут у меня возникает вопрос. Если Эстер Прин святая и богобоязненная женщина, образец религиозного смирения и морали - почему же она не увидела в своем старом и больном муже свой крест, который обязана нести пожизненно? Разве брак не подразумевает верность в болезни и здравии? Разве клятва при заключении брака перед Господом ни к чему ее не обязывает? Почему же мимолетная иллюзия любви от другого мужчины, от, на секундочку, духовника, не смущает ее? Почему она верит ему? Не потому ли именно, что он духовник, спаситель человеческих душ на земле? Почему она не видит за этой личиной бесчестного и слабого мужчину, подлеца, каким и является Димсдейл? Не потому ли, что она продукт лицемерного общества, не имеющего в сердце Бога, но поклоняющегося церковным царькам, как идолам?
Зачем Эстер добровольно остается среди людей, кто презирает ее? Эстер зарабатывает шитьем, стало быть, у нее есть возможность уехать из этого городишка, а может быть даже и вернуться обратно в Европу. Она отказывается от возможности больше не носить алую букву на груди, отказывается воспитывать дочь в более благоприятных условиях, а ведь местные дети не хотят дружить с маленькой Перл, она такой же изгой, как и ее мать.
Фигура отца Димсдейла вызывает только гадливую неприязнь. По ночам он держит за руки Эстер и свою внебрачную дочь, кается, хватаясь за сердце, божится что его место на позорном помосте рядом с женщиной, которую он обесчестил и ребенком - плодом бесчестия. А днем он знать их не хочет и открещивается от прелюбодеяния, в котором он был одним из главных участников.
— А если это любовь, Надя? — Кака любов? — Така любов!
Зачем это Эстер, почему она несет бремя позора одна? Ради какой высокой любви? Почему не уедет, не обрубит связь? Зачем она продолжает наказывать себя всю свою оставшуюся жизнь, хотя живет в мире святош, чье благочестие держится только на том, что их не удалось поймать с поличным?
Возможно, книга потому и стала классикой, что показывает лицемерное общество и женщин, которых это религиозное лицемерие воспитывало. Женщин в пуританском обществе растили как скот, который однажды должен будет безропотно пойти на скотобойню. Вот и Эстер видится мне не человеком с волей, а как восторженная овца на алтаре, типичный продукт своего времени. Она оступилась, поверив в иллюзию романтической любви и тепла от недостойного мужчины. А после своего падения, вместо того, чтобы встать, она зачем то доползла до лужи поглубже и стала покаянно обмазывать себя грязью. Просто глупая женщина и романтичная натура, которую даже нельзя упрекнуть в ее глупости, ведь она просто впитала лицемерную религиозную мораль отцов основателей, которые свое насилие и блуд оправдывали провидением.