Хранитель

Глава 3. 22-е, месяц тиверин

Прежде чем вернуться во дворец, я сделал небольшой крюк и посетил площадку подъемника. Вчерашнего сержанта я не увидел. Очевидно, Марий действительно вымел всех, кто находился возле механизма во время вчерашнего инцидента. Охрану тоже заменили. До сих пор инженеры сами присматривали за своим детищем. Сейчас площадку вместе с кордегардией оцепили солдаты городской стражи. Эмблема коннетабля Адменара с пятизубцовой башней красовалась на плаще их офицера. Лицо его показалось мне знакомым.

– Господин полковник, – офицер коротко поклонился. – Чем обязаны?

– Хочу осмотреть площадку, – я спрыгнул с коня. Вряд ли после вчерашнего здесь можно было гулять посторонним. Офицер замялся. Но мое положение Хранителя давало ряд преимуществ, и он не решился перечить представителю правящего луча Дома солнца. Он отступил в сторону, я прошел сквозь оцепление. Нодан, вот как звали офицера. Его имя всплыло в моей памяти, когда я посмотрел на громадную баллисту – ее как раз крепили на краю площадки. Нодан командовал отрядом, обслуживающим такое же мощное орудие во время осады фаянами нашего приграничного Бальбрека. Крепость имела три такие баллисты, и они не дали подвезти к стенам осадные орудия. В результате мы подоспели на помощь до того, как внутри закончились запасы хлеба.

– Коннетабль велел постановить здесь баллисту, – пояснил Нодан, увидев мой вопрошающий взгляд. – И еще одну такую же мы поставили внизу.

Похоже, вчерашние события заставили насторожиться не только Мария.

Сам механизм лежал полностью разобранный, сверкая металлом распотрошенных внутренностей. Детали перебирали инженеры в красных плащах Четвертого луча, тщательно осматривая каждую шестеренку. Цепь толщиной в мою руку лежала на плитах розового гранита.

– Какой-то непорядок обнаружили? – спросил я Нодана, подняв лопнувшее звено. Осторожно потрогал острый край рваного разрыва металла.

– Нет, господин полковник. И с подъемником, и с платформой все в порядке.

– Инквизиция уже была?

– Еще вчера вечером. Следов магического воздействия не обнаружено.

– А когда в последний раз до аварии осматривали весь механизм?

– Проверка была три месяца назад. По правилам положено осматривать механизм раз в полгода. Господин Верон уже забрал отчет об осмотре.

– Я возьму разорванное звено.

Офицер понимающе кивнул:

– Да уж, сувенир на память о вашем везении… – подозвал одного из солдат и велел принести ткань и завернуть железяку.

***

Я подъехал к дворцу Танвигорэна, отдал поводья подбежавшему слуге.

– Господин! Наследник Дома солнца уже спрашивал о вас. Лошадей сейчас седлают.

Я поторопился в свои апартаменты и положил сверток на стол. На диване лежала подготовленная парадная форма. Дверь в ванную комнату была приглашающе растворена. Времени до выезда практически не оставалось. Больше всего на свете я бы хотел сейчас нырнуть в бассейн. Но пришлось обойтись обливанием холодной водой. Я услышал тихий смех и обернулся. Вейя протягивала мне большую махровую простыню.

– Я ждала тебя, господин, – она с укоризной покачала головой. – Ты не отдохнул.

– Это я с тобой бы не отдохнул, – я прикоснулся губами к ее прохладному лбу. Моя служанка могла поспорить красотой с любой из придворных дам. – Я тороплюсь, малышка.

Вейя помогла мне одеться, я выскочил во двор и увидел отряд Танвиэна. Бойцы уже сидели в седлах. Едва я распорядился, чтобы один из них доставил сверток моему отцу, как появился Танвиэн. Наследник выглядел уверенным и спокойным. Мы отправились к Императорской площади, где располагался сенат.

– Отец сказал, Кельвил будет присутствовать на докладе, – вполголоса сказал Тан. – Расскажи об экспедиции как можно подробнее, чтобы сенаторы осознали масштаб наших заслуг.

Здание сената отличалось изысканной простотой. Одно из самых старых сооружений города замыкало огромную Императорскую площадь. На противоположной стороне высился белоснежный дворец Кельвила. Он утопал в широкой листве платанов. Рядом с сенатом возле стелы с высеченным изображением меча Танвиэна Всадника Солнца стояли горожане. Увидев наследника, они начали громко кричать: «Танвиэн! Слава Первому лучу!» Преторианцы Кельвила не давали людям подойти к входу. Мы спешились. Танвиэн развернулся к толпе и поднял руку в приветственном знаке. Кто-то прокричал:

– Да здравствует эльфийский король!

Толпа взревела. Мы поднялись по ступеням, у входа нас ждал Марий Верон.

– Триумфальное возвращение победителей! – он удовлетворенно посмотрел на толпу. – Сенат ждет, господа.

Пока мы шли по широкому коридору с высокими стрельчатыми окнами, я поинтересовался у Мария результатами допроса.

– Никого постороннего возле подъемника не было, – неохотно сказал Марий. – Похоже на несчастный случай. Правда, есть одно «но». Отгадай, кто занимался проверкой подъемника три месяца назад? ТаРабат собственной персоной. И он здорово сэкономил на осмотре: механизм не разбирали…

Времени на вопросы не оставалось. Мы входили в полукруглый зал заседаний. Он был полон. В ложе императора собрались министры. Я узнал герцога Донаверо и только что упомянутого ТаРабата. Высокий трон Кельвила был пуст. Трон, стоящий на ступень ниже, справа от императорского, занимал Родерик. Рядом сидел глава Первого луча повелитель Танвигорэн, за ним – группа жрецов вместе с Верховным служителем Создателей. Напротив, в дубовых креслах, расположились члены Совета тринадцати, что подчеркивало особую связь эльфов Дома солнца с правителями империи. Могучая фигура повелителя Кронвиэна выделялась на фоне остальных, рядом с ним госпожа Кариэль выглядела особенно хрупко. За советом вверх уходил амфитеатр, где на скамьях сидели остальные государственные мужи, а по верхнему краю располагались ложи, заполненные эльфийской и человеческой знатью.

Мы прошли к креслам, стоящим возле трибуны из малтского мрамора. Не успели сесть, как от входа послышался шум. Все встали с мест. В зал заседаний вошли Кельвил, АтТанари и свита придворных. Кельвил обнял Родерика, кивнул Танвигорэну и занял свой трон. АтТанари встала слева от императора. Наступила тишина.

– Хранитель наследника Дома солнца Ридаан, сын повелителя Ридаэна, расскажет императору и сенату о благоприятном результате экспедиции к Изначальным землям, – объявил глашатай.

Я поднялся на трибуну, оперся на мраморную доску и, обращаясь то к императору, то к залу, пустился в описание нашей героической экспедиции. Слушатели реагировали эмоционально, рассказ несколько раз прерывали одобрительными возгласами. Мне подумалось, что большинство сенаторов благожелательно настроены к Танвиэну. Я, его правая рука, привез ключ, который отопрет ворота к звездам. Только полный политический самоубийца мог выступить против Танвиэна. Под конец я рассказал о нападении горных троллей на отряд. В красках расписав, как тролли устроили нам засаду в развалинах безымянной маленькой крепости, я перешел к завершению своего увлекательного рассказа:

– Материк населен ужасными созданиями, и не только горными троллями. Мы видели грифонов, виверн и других тварей, которые пока не классифицированы нашими учеными. Все они вели себя очень агрессивно. Чтобы вернуть нашу землю, нам придется провести там Великую охоту, такую же, как в Электрийской империи. Адмирал Танлориэн ждет подкрепление, чтобы не только противостоять магическим врагам, но и продолжить изучение разрушенных городов нашей прародины. Письмо адмирала находится у госпожи Кариэль, которая служила наблюдателем сената. Я закончил.

Я уже собирался покинуть трибуну, как поднялся сенатор с третьего ряда.

– Вопрос полковнику Ридаану, – этот человек мне сразу не понравился. Он беспокойно переминался с ноги на ногу, дожидаясь тишины. А потом заговорил:

– Как вы объясните злодейское убийство почтенного капитана Соидена? Вы, Хранитель наследника Дома солнца, принесли жертву Девам моря! Позор! – зал загудел, а Кельвил чуть подался вперед. – Я еще не закончил! – сенатор взвизгнул: – Полковник! Вы вступили в сговор с морским монстром и подарили ему в знак дружбы ожерелье с рубинами!

– У вас совершенно неверная информация, – я дружелюбно улыбнулся сенатору и поднял руку, унимая шум в зале. Ситуация складывалась аховая, но придурок совершенно напрасно упомянул про ожерелье, втягивая в разбирательство дочь главы сената и Совета тринадцати Кронвиэна. Мельком взглянул в его сторону и увидел, что Кариэль сидит как аршин проглотив.

– Не знаю, кто предоставил заведомо ложные данные многоуважаемому сенатору, э-э-э? – я обернулся к распорядителю. Тот быстро произнес имя сенатора. – ТаМилт? Отлично! ТаМилту, – я испытал легкое недоумение. Сенатор оказался фаяном. И при этом выступал сейчас не просто против Танвиэна, но и против императрицы АтТанари, ведь госпожа Кариэль была ее придворной дамой. – Я готов рассказать, как все происходило на самом деле.

– Слушаем! Слушаем! – раздалось из зала.

– Случилось так, что на обратном пути, всего лишь в дне перехода до Таэн Виэна, Девы моря, обладающие противоестественной властью над морской стихией, сковали воду вокруг брига «Стремительный». Они требовали живой крови за свободу корабля. Напомню, что на борту находился величайший артефакт, добытый нами во время экспедиции, а корабль не имел вооружения, с помощью которого мы могли бы отогнать волшебное создание, – я мысленно досчитал до пятнадцати, выдерживая драматическую паузу, как учил нас в академии великий оратор Лорус. Зал затаил дыхание. – Что нам было делать? Капитан Соиден предложил отдать монстрам мужественного и храброго юношу, только что произведенного в офицерский чин. Вот он, живой свидетель предательства Соидена – лейтенант Кринэн! – я решил добавить красок. – Его, почти ребенка, юношу благородного происхождения, близкого родственника повелителя Кронвиэна! – я, молясь Создателям, чтобы Кринэн молчал в тряпочку, повернулся к отцу Кариэль. – Вашу кровь капитан хотел пожертвовать злокозненному монстру! Знал ли об этом сенатор ТаМилт, обвиняя меня в страшном преступлении против законов Электрийской империи? – тут я всем корпусом повернулся к сенатору. – Я повторю вопрос: кто ввел в заблуждение сенат?

– Продолжайте! – раздался повелительный голос Кельвила. Я низко поклонился императору, искренне сожалея, что мое выступление не возымело на него нужного воздействия. Зато на сенаторов я произвел видимое впечатление.

Я продолжил:

– Преступника, готовившего страшную смерть сыну Шестого луча, покарали на месте. В воду упало мертвое тело капитана! И, чтобы спасти корабль, я применил военную хитрость: закричал «лови!» монстру. И тот удовольствовался трупом, так и не получив живой крови. Формально, возможно, я был неправ. Но, по сути, является ли преступлением обман монстра? Мы спасли не только жизни воинов, которые пригодятся империи в дальнейшем, но и ключ портала! Тем не менее, я готов принять любое наказание, если император и сенат посчитают, что я нарушил закон.

Зал загудел. Я ждал, что сенатор снова заговорит об ожерелье Кариэль. Но тут Верховный жрец неторопливо вышел на сцену и внушительно произнес:

– У архонтов нет претензий к Хранителю. Жрецы не видит ошибки в решении Ридаана, – у меня появилось стойкое чувство, что жрец сейчас потреплет меня по плечу. Но тот воздержался и вернулся в ложу Кельвила.

– Есть ли у сената претензии к Хранителю? Хочет ли высказаться Третий луч мореходов? – повелитель Кронвиэн поднялся во весь рост. Сенаторы зашептались, но никто не поднял руки в знак желания выступить. – Что же, если вопросы возникнут, мы попросим полковника Ридаана дополнительно на них ответить. Что касается ТаМилта, он должен отчитаться перед сенатом. Ибо публичные обвинения такого рода можно выдвигать только после обсуждения с главами лучей и министерств. Таков регламент, который сенатор нарушил.

АтТанари сделала шаг вперед. Я напрягся.

– Император прощает вынужденное нарушение закона, Хранитель Ридаан. Но только один раз. Если в дальнейшем случится нечто подобное, ты ответишь за оба преступления.

Я снова поклонился и затем отважился посмотреть на Кариэль. На скулах у нее играли красные пятна. Она внезапно подняла глаза, я встретился с ней взглядом и поймал тень улыбки.

Все встали. Император и его свита покинули зал, за ним на выход устремились министры, среди которых затерялся Марий Верон. Танвиэна окружили сенаторы, восхищаясь итогами нашей экспедиции. Повелитель Кронвиэн и его дочь также направились к Тану. По пути повелитель Шестого луча остановился возле меня и отрывисто произнес: «Благодарю!»

Кариэль поклонилась Танвиэну, кивнула мне, указывая на выход, и совершенно одна двинулась в ту сторону. Я поспешил за ней. Вместо того чтобы идти прямо к огромным дверям, Кариэль свернула налево, в низкую резную дверцу. Я прошел следом в узкий коридор. Ее синее платье мелькнуло у очередного разветвления, и я увидел абсолютно пустой тупик, заканчивающийся приотворенной дверью. Я бросился к ней и оказался в библиотеке сената. Кроме Кариэль, в помещении никого не было.

Кариэль стояла возле стеллажа с книгами и пристально смотрела на меня. Меня словно арканом потянуло. Я шагнул к ней и обнял. Она ткнулась лицом мне в грудь. Я зарылся лицом в ее черные волосы и замер, вдыхая нежный запах. Я почувствовал, что она вздрагивает, и взял в ладони ее лицо. Оно было в слезах.

– Почему ты плачешь? – нелепый вопрос. Она только что чудом избежала обвинения в сговоре с монстрами, что каралось изгнанием. Понятно, что такое потрясение вызвало нервную реакцию.

– Ты вчера чуть не погиб прямо на моих глазах…

Такого ответа я не ожидал. Она оказалась единственным человеком, который во время обрыва цепи испугался именно за меня. Она замолчала, и я стал собирать губами слезы с ее лица. Но когда попытался поцеловать, Кариэль слегка отстранилась:

– Зачем ты хотел меня увидеть?

– Соскучился.

Она тут же перестала плакать, тень улыбки затрепетала в уголках губ:

– А теперь скажи правду.

– Это правда. И еще мне нужно встретиться с АтТанари. И тоже тайно.

Кариэль засмеялась.

– Ты сегодня выручил меня, уведя в сторону речь о моем рубиновом ожерелье. Теперь моя очередь помочь тебе. Я сообщу, когда императрица захочет тебя увидеть. Теперь уходи, ты еще успеешь догнать Танвиэна.

Я поцеловал ее нежное запястье, вышел в коридор и быстро направился к выходу.