Король Лир. Трагедия

Сцена шестая

Комната на ферме близ замка.

Входят Глостер, Лир, шут и Эдгар.

Глостер

Здесь лучше, чем под открытым небом, – и на том спасибо. Я постараюсь устроить все, что в моих силах, для вашего спокойствия. Ненадолго я вас оставлю.

Кент

Вся сила его ума отступила пред его яростью. Боги вознаградят вас за доброту.

Уходит Глостер.

Эдгар

Фратеретто зовет меня и говорит, что Нерон – рыбак на озере мрака. Молись, глупенький, и берегись нечистой силы.

Шут

Скажи, дяденька, пожалуйста, кто полоумный – дворянин или крестьянин?

Лир

Король, король.

Шут

Нет. Крестьянин, у которого сын – дворянин. Надо сойти с ума, видя, как сын-дворянин выше отца стал.

Лир

Пусть тысяча каленых вертелов
С кипящими на них…

Эдгар

Злой дух щиплет меня в спину.

Шут

Полоумный тот, кто верит, что можно волка приручить, узнать, здоровая ли лошадь, доверять любви мальчика и клятвам девки.

Лир

Готово все: я открываю суд.

(Эдгару.)

Сюда садись, ученейший судья.

(Шуту.)

Ты, мудрый сэр, сюда. – Ну вы, лисицы!

Эдгар

Смотри туда, где он стоит и сверкает глазами. – Сударыня, довольно играть глазами на суде.

Бесси, ко мне через ручей!

Шут (поет)

А в лодке дыра;
Не скажет она,
Почему к тебе не добраться ей.

Эдгар

Нечистая сила изводит бедного Тома пеньем соловья. Хопданс требует у Тома в животе двух маринованных селедок. Не каркай, черный ангел, нет у меня для тебя еды.

Кент

Как поживаете? Не стойте так.
Угодно лечь сюда вам на подушки?

Лир

Продолжим суд. Свидетелей ввести.

(Эдгару.)

Ты в мантии судейской сядь сюда.

(Шуту.)

А ты, его товарищ правосудья,
Судьею будешь.

(Кенту.)

Мировой судья,
И вы садитесь.

Эдгар

Рассудим справедливо!
Спишь ли ты, нет ли, пастух веселый?
А овца там в рожь ушла.
Но свой рожок подносишь ты к губам,
И овце твоей нет зла.
Перр, серый кот!

Лир

Ее первую к допросу. Это Гонерилья. Клянусь перед этим почтенным собранием, она вытолкала бедного короля, своего отца.

Шут

Подите сюда, сударыня. Ваше имя – Гонерилья?

Лир

Она не может отпереться.

Шут

Прошу прощенья, я принял вас за стул.

Лир

А вот другая. Как глаза скосила!
По ним уж видно, что́ на сердце. – Стой!
Тревога! Меч! Огня! – Подкуплен суд.
Зачем судья позволил улизнуть ей?

Эдгар

Благословенны пять чувств!

Кент

О жалость, где ж у вас терпенье, сэр,
И сдержанность, которой так гордились?

Эдгар (в сторону)

Так слезы начинают сильно течь,
Что выдадут меня.

Лир

Смотри, щенки и все,
Трей, Бланш и Милка, лают на меня.

Эдгар

Том бросит им свою башку. Прочь вы, собачонки!

Мордой будь бела, черна;
Ядовитой будь, слюна;
Догом, сеттером, борзой,
Будь легавой, будь простой,
Хвост трубой, отрублен хвост, –
Том прогонит через мост,
Вот башкою запустил, –
Псы хоп-хоп! – и след простыл.

Брр! брр!.. Но-но! Двигайтесь, отправляйтесь на ярмарки, базары, престольные праздники. Бедный Том, твой рог опустел.

Лир

Пусть вскроют Регану; посмотрю, какой нарост у нее около сердца. Есть ли в природе причины, которые делают сердца черствыми?

(Эдгару.)

Вас, сэр, я принимаю к себе на службу одним из моей сотни. Но мне не нравится фасон вашего платья. Вы скажете, что это – персидское одеянье, но надо его переменить.

Кент

Прошу вас, успокойтесь, государь.

Лир

Не шумите, не шумите; задерните полог. Так, так, так. Поужинаем поутру. Так, так, так.

Шут

А я в полдень усну.

Входит Глостер.

Глостер

Поди сюда. Как с нашим королем?

Кент

Вот. Не тревожьте: он ума лишился.

Глостер

Друг, я прошу, приподними его.
Я слышал, что его хотят убить.
Здесь есть носилки под рукой. Возьмите
И к Доверу ступайте. Там найдем
Защиту и приют. Бери его.
Промедлить полчаса – и жизнь его,
Твоя и всех, кто мог ему помочь, –
В опасности. Ну, поднимай скорее,
Иди за мной. В дорогу дам еды я
И отряжу людей.

Кент

Спит, натерпевшись.
Покой тебе пусть силы восстановит;
Коль обстоятельства нам не помогут –
Здоровья не вернуть.

(Шуту.)

Ну, помоги,
Не стой без дела.

Глостер

Так идем скорей.

Уходят все, кроме Эдгара.

Эдгар

Кто видит, как других судьба гнетет,
Свою беду скорей перенесет.
Один страдаешь – кажется тебе:
Погибло все, судьба с тобой в борьбе,
Но легче вытерпеть страданья нам,
Когда беда приходит и к друзьям.
Теперь не тяжки мне ни стыд, ни боль,
Когда под горем изнемог король.
Он – от детей, я – от отца. Ну, Том,
Явись тогда лишь в образе своем,
Когда от злой и грязной клеветы
Очищен и оправдан будешь ты.
Лишь удалось бы короля спасти!
Скрываться должен я.

Уходит.