Танкред

Явление третье

Аржир и Аменаида.

Аржир

О дочь, для нас лучи надежды воссияли;
Утешу ль я тебя, предавшуюсь печали?

Аменаида

Утешусь я тогда, как будет здесь Танкред;
Как страха моего несчастный сей предмет
Предстанет и спасен и справедлив душою;
И скажешь ты, что он желает предо мною
Раскаяньем стереть обиды мне его.

Аржир

Ах! тягостны они для сердца твоего.
Но, дочь моя, Танкред, из наших стен изгнанный,
Теперь от всех почтен, и, славою венчанный,
Он самую тебя сей славой озарил;
Он, зависть постыдя, торжественно открыл,
Чрезмерностью услуг, для нас им совершенных,
Чрезмерность клеветы врагов его презренных.
Довольствуется чернь, один свой долг сверша, –
Герою мал сей труд; геройская душа
Над упованьем всех возвыситься желает –
Так общую Танкред надежду превышает.
Он будет справедлив, познав любовь твою.
Смягчился весь народ, узря вину свою.
Танкред уже готов оставить подозренье;
Чтоб укротить его, рассеять заблужденье,
Лишь нужно слово…

Аменаида

Но не сказано его.
Ах! что обиды мне народа твоего,
И легковерная любовь и сожаленье,
И всё его ко мне ничтожное почтенье?
Во мненьи одного мою я ставлю честь;
И знай, что дочь твоя смерть легче может снесть,
Чем миг прожить, его почтения лишася.
Признаюсь наконец, и, может быть, гордяся,
Что в защитителе – люблю супруга я.
Обет наш приняла в час смерти мать моя;
Нам руки трепетной рукой соединила
И, закрывая взор, союз благословила.
Ее мы тению, тобою, мой отец,
Перед лицом небес клялись в любви сердец;
Клялися, чтоб тебе быть в радость, в утешенье,
У ног твоих принять на брак благословенье…
Родитель… эшафот нам был здесь алтарем!
И грустный мой жених, в отчаяньи своем,
Со смертию одной желает сочетаться;
А мне одним стыдом осталося терзаться.
Вот жребий мой.

Аржир

Рассей печальные мечты;
Мы боле обретем, чем ожидаешь ты.

Аменаида

Страшусь всего.