Глава 4. Такуми
Голубые глаза, цвета аквамарина – большая редкость. Интересно, откуда она? На японском говорит почти без акцента. Если бы она была коренной японкой, возможно, я бы решил, что у нее диалект Хоккайдо, как и у моей мамы. Она была одета в белую блузку, темную юбку, а длинные темные волосы свободно лежали по всей линии спины. Ничем не привлекательная на первый взгляд, но все же я с особым вниманием ее разглядывал.
На самом деле я вовсе не планировал сегодня никуда идти. Неделя была напряженной и загруженной, а завтра снова нужно уезжать. Но случайно столкнувшись со своим старым знакомым, не смог ему отказать посидеть в баре. Макото был неплохим парнем и быстро учился. Он даже как-то одалживал у меня денег на вложение в разные криптовалюты и с успехом смог вернуть все в короткий срок. Интересно, много ли можно заработать, изучая историю?
Я старался не задерживать свой взгляд на Айуми, чтобы это не выглядело грубым и невежественным, хотя тяжело было не смотреть и не разглядывать ее.
На протяжении вечера она поддерживала разговор и даже смеялась. Но под конец мне стало уже казаться, что все это фальшивое и она не разделяет настоящего веселья с нами, в отличие от ее соседки Лилиан.
– Извините, Айуми-сан, можете немного рассказать, чем вы занимаетесь и как давно вы в Токио? – решил я все-таки копнуть чуть глубже.
Тяжелый, свинцовый взгляд встретился с моим. Девушка совсем не умела пить, и возможно, мой образ уже поплыл перед ее глазами. Она хотела что-то сказать, уже поднимаясь со спинки кресла, но не успела, икота ее опередила. Мне показалось это забавным, но было бы неприлично смеяться над незнакомым человеком, и смог сдержать смешок.
– У-у, кого-то уже уносит, это какая чашка саке? Четвертая? – спросил Макото. – Но ничего, пить-то все равно нужно учиться, а не дыхательную гимнастику делать, вы согласны, Такуми-сан?
– Раз в год и палка стреляет, – наконец-то успокоив свою икоту, сказала Айуми. – В конце концов, через неделю я буду магистром и наконец-то съеду от вас.
Лилиан и Макото засмеялись почти в один момент, когда она тыкала в них пальцем.
– Она точно пьяна, – заключила Лилиан, все еще сдерживая смех. – Такуми-сан, вы же точно нас подвезете? Если мы здесь останемся еще на час, боюсь, ей придется остаться ночевать прямо здесь.
– Я думаю, девушке следует поесть, – предложил я. – Думаю, тарелка рамена не будет лишней для непьющего и слабого желудка.
– Вы ко всем так любезны, Такуми-сан?
Ее голос как молния прошелся по мне. Мне уже казалось, что в этот вечер у меня совсем не будет шанса завести с ней хоть какую-то беседу. Почти два часа мы обсуждали, кто сколько однажды выпивал на пивном фестивале в июне. Но Айуми, видимо, было все это неинтересно. Процесс чтения состава упаковки на влажных салфетках казался ей более увлекательным.
– Нет, – сказал я на ее вопрос. – Только к слегка выпившим студенткам.
– Значит, если бы мы встретились здесь после моей защиты, вы бы не были так учтивы? – слабо улыбнулась одна, подпирая голову одной рукой.
– Меня бы все равно здесь не было.
– А где бы вы были?
Я опустил голову чуть ниже и почти вплотную приблизился к ее лицу. Вишневый запах ударил мне в нос. Не самый мой любимый.
– Свои секреты открываю только трезвым, – прошептал я, стараясь, чтобы это прозвучало как можно серьезнее.
Она не улыбалась, но и не злилась. Мне было интересно, что она ответит на мою колкость.
– Эй, вы уже шептаться начали, – недовольно сказал Макото. – Не рановато ли?
– Все хорошо, – сказала Айуми. – Такуми-сан попросил налить ему еще саке.
Не успел я опомниться, как она умело вылила содержимое кружки на мой костюм. Напиток растекся по рубашке, оставляя за собой огромные пятна. Не зная, что на это ответить, я лишь пристально смотрел ей в глаза в ожидании ее собственной реакции.
На секунду между нами воцарилось молчание. Лилиан зажала рот руками, а Макото просто не знал, что сказать.
– Хотите еще чашечку саке? – с вызовом взглянула она на меня, как солдат, сдавливающий горло своей жертве, пока она еще жива.
В обычной ситуации я бы нашел что сказать. Но ее огромные голубые глаза не дали мне произнести и слова. Слишком большие, слишком голубые, слишком притягательные.
– Айуми, ты чего… – начал Макото, но не смог договорить.
– Все нормально, – проговорил я. – Время действительно позднее. Я, как и обещал, вас подвезу. Буду ждать внизу.
Весь путь она молчала. А может быть, уже спала. Макото и Лилиан изредка о чем-то говорили, но я был достаточно глубоко погружен в свои мысли, поэтому и не расслышал, что они обсуждали.
Если можно было бы отмотать время назад, я бы выбрал шутку куда более уместную. Но девушка показала свой характер. В любом случае завтра мне улетать в Осаку, и я больше ее не вспомню. Рубашка уже подсохла. Придется соврать, что сам облил себя. Но она не поверит. В ту же секунду, как я подумал об этом, телефон завибрировал, на экране:
Юри [23:45]
Ну где-е ты?
«Не спит еще», – пронеслось у меня в голове.
Такуми [23:47]
Буду через полчаса.
Дорога к кампусу уже заканчивалась, и я притормозил у ворот. Осталось разогнать эту кучку ученых по кроватям.
– Мы прибыли, – тихо отозвался я, не заметив для себя, что я не хочу будить Айуми.
Макото и Лилиан, энергии которых могло хватить, чтобы просидеть в баре до самого утра, первыми вышли из машины и уставились на спящую Айуми.
– Ее не вытащить, – заключила Лили, осматривая ее неподвижное тело, только если внимательно приглядеться, можно было заметить едва уловимое дыхание в ее груди. – Можешь ее себе забрать, – пошутила она, обращаясь ко мне, но потом осознала, что сказала глупость. – Тяни ее за руки, – кивнула она Макото. – На счет раз-два…
– Что? Да я ее не подниму, – отозвался он, отходя подальше от машины.
Я начал поглядывать на часы и понял, что не смогу сдержать обещанные Юри 30 минут.
– У вас строгий комендант?
– Ну, как сказать, – подумала Лилиан. – Его обычно никогда нет на месте.
По ее хихиканью можно было смело предположить, что они не в первый раз возвращаются в общежитие за полночь.
– Отлично, – сказал я, аккуратно вытаскивая Айуми из машины. Удивительно, она даже не проснулась, но инстинктивно обвила мою шею руками. Интересно, вспомнит ли она сегодняшний вечер? Ее ладони были холодными как лед, и по моему телу пронеслись мурашки.
– Дорогу покажете? – вопросительно кивнул я этим двоим и последовал за ними.
