Цитаты из книги Город вторых душ

Толпа… Слово-то какое. Толпа тупа. Народ. Масса. Да хоть обкричись – никто не услышит, так?

Трюизм, – опешил Север. – Трю… Слушай, нам постоянно кажется, что все понятно и уже было. Все уже написано и сделано кем-то до нас, нет никакого смысла пытаться… Магия-шмагия. Да эти волшебники уже в печенках сидят! А потом книга про мальчика со шрамом на лбу завоевывает мир.

... утренняя богиня утешения страждущих с отпечатком наволочки на щеке.

Мы устали еще до рождения. Шагаем по улицам, и за каждым – тянется, тянется, тянется сукровицей следок… А если мы все устали, все мы одинаково одинаково устали настолько, что нет сил голову поднять, – не то что смотреть друг на друга, не то что слышать, – значит, вообще все зря.

Мертвым бывает больно? А страшно? Мертвые – любят?

Только бы хватило ума не врать… Не протягивать хлеб истощенному от голода, чтобы тут же сожрать его самому. Не давать надежды, которая и не надежда вовсе, а оборвавшаяся веревка, которую немедля заменят новой.

Мертвым не бывает больно.

И вот стоит тут эта говорящая валюта, деньги свои пихает. И не понимает, о чем просит.

Что за мизантроп сочинил сюжет, в котором бороться приходилось не за жизнь, а за то, чтобы наконец-то сдохнуть?

Совсем не хочет работать, чистоплюй. Впрочем, в настроение, как обычно, попал.

Слова были настойчивы. Слова оказались сильней. Будешь молчать, намекнули они, застрянем у тебя в глотке. Тебе ведь нужен воздух? Ну же, воздух, совсем немного воздуха, всего глоточек…

Хочешь стать незаметным – оденься в черное. Хочешь исчезнуть вовсе – пусть этим черным будет ряса

Им, мертвым, от чужих секретов одна тяжесть. Как и живым.

... смерть, смерть вокруг, многих не стало, многие сошли в могилу. Все мы там будем. Скот дохнет, рыбы уснули, раки перешептались. Будущие мертвецы стоят сейчас за дверью,

Он был отвратительно, беспощадно и абсолютно трезв.