Отзывы о книге Это я – Эдичка

И вот, идя на работу, возвращаясь с работы, я чувствовал себя таким нищим, одним из тех, кого провели. Моя родная русская литература не давала мне стать простым человеком и жить спокойно...

Во-первых, я сильно удивлена, что чтение оказалось лёгким, быстрым и ненавязчивым, как-то ожидалось больше грязи и разгульной жизни (а значит и отвратительных сцен). Во-вторых, моя краевая библиотека выдала очередной прикол, поэтому вас ждёт ещё одна история из серии «Litera_S и её попытки читать бумажную книгу».

Пошла я значит в библиотеку, предварительно проверив, что в каталоге книга числится. Так как книга находится в хранилище, а не в основном фонде, мне сказали что дадут только если её смогут найти. И вот пока её искали, я выслушала от библиотекаря лекцию о том, что лучше мне завести детей (вот у неё уже двое было в моём возрасте!), чем читать такие непотребства (особенно сделав ударение на половых экспериментах автора). Я конечно много чего подумала на этот счёт, и мало цензурного в том числе:

Когда же я начала читать роман, то нашла в нём достаточно интересные вещи и ассоциации − герой Сэлинджера повзрослел, и теперь он проживает свою тридцатилетнюю жизнь. Так же уловились вайбы «Полуночного ковбоя» и «Бойцовского клуба». Напрягали только отношения Эдички к его молодой (и уже бывшей) жене, расставание с которой повергает героя в состояние экзистенционального одиночества.

А я таскался по свету, из-за честолюбия потерял любовь, и когда потерял − понял, что любовь для меня была куда дороже честолюбия и жизни самой, и вновь стал искать любовь, и в этом состоянии поисков любви нахожусь. С точки зрения любви в этом мире, в России ее, конечно, больше, чем здесь. Это видно невооруженным глазом. И пусть простят меня, Эдичку, пусть скажут, что я мало знаю Америку, но здесь любви меньше, господа, куда меньше…

Наверное главным вопросом остаётся фактологическая составляющая романа: сколько в нём оригинального Лимонова, а что есть художественный вымысел? Так или иначе, для поэта она стала первым прозаическим произведением, т.к. в лаконичную стихотворную форму уже не получалось вписать всё многообразие впечатлений. Если отбросить сцены, которые обычно шокируют читателя, мы увидим широкую филологическую осведомлённость главного героя и чёткую позицию:

Вопрос состоит не в том, чтобы добиться для всех национальностей независимости, а в другом − как перестроить основы жизни человеческой, чтобы хотя бы избавить мир от войн, чтоб от имущественного неравенства избавить, чтобы от всеобщего убийства жизни работой избавить, чтоб мир любви научить, а не злобе и ненависти, к чему ведет национальное выделение неизбежно.

ФанФакт. Если открыть одну современную литературную энциклопедию Сергей Чупринин - Русская литература сегодня. Жизнь по понятиям , то в перечне имен, мы увидим очаровательный список статей, связанных с именем Эдуарда Лимонова:

Лимонов (Савенко) Эдуард Вениаминович – Властитель дум; Гей-литература; Гражданская война в литературе; Иерархия в литературе; Имперское сознание в литературе; Конкретная поэзия; Культовый писатель; Литература больших идей; Литература существования; Нарциссизм в литературе; Ненормативная лексика; Памфлет и пасквиль; Партийность в литературе; Патриоты и демократы; Пиар в литературе; Позиционирование; Поколенческий расизм, шовинизм; Постмодернизм; Порнография; Провокация художественная; Радикализм; Самиздат и тамиздат; Стратегия авторская; Табу в литературе; Толстожурнальная литература; Эксгибиционизм в литературе; Экстремальное, экстрим в литературе.

Который даёт ключ к общему пониманию творчества Лимонова. Я колебалась в своей оценке, и склоняюсь что мне совсем немного не хватило до 4 баллов. Ставлю 3,8 из 5.

Я еще не встречал людей, которые бы отказывались от интересного, пусть оно и «дурное».

Мне мама говорила, что книга очень откровенная. Она читала ее еще тогда, когда книга была под запретом. И тема гомосексуализма и уж подробного описания занятия сексом двух мужчин тогда, в конце 80-х годов, не обсуждалась даже шепотом на кухне. Сейчас, конечно, все эти темы обсуждаются достаточно открыто, проходят прайды. И гомосексуализмом вряд ли кого-то можно удивить. Но, честно скажу, книга меня удивила. Во-первых, это было первое мое знакомство с Эдуардом Лимоновым. Я читала его ЖЖ, статьи, смотрела интервью у Дудя. И в целом, могу сказать, мне Лимонов нравится. Не весь, конечно, и не все. Но определенные мысли его мне близки. Это я еще не о книге. А просто о Лимонове. Так вот, чем мне понравилась книга. А она мне понравилась, я не буду кривить душой. Она мне понравилась откровенностью. И всю книгу я пыталась разгадать – это был просто вызов обществу, как сейчас говорят, хайп, буйная фантазия автора, желание привлечь к себе внимание или же… Или чистейшая правда, личный опыт, своего род, автобиография. Кстати, этот вопрос Лимонову и Дудь задал. На что Эдуард ответил: «Не скажу, я сдохну, а следующие поколения будут читать эту книгу, и думать – занимался ли я сексом на пляже с мужчиной или нет». Я читаю разные книги, в том числе и духовные. При чтении этих книг, кажется, что человек – это душа, просто грешная душа со своими слабостями, грехами, потребностями. Но когда я читаю книги, подобные этой, мне кажется, что человек – это мерзейшее животное, которому главное только жрать и удовлетворять своими самые низменные и грязные потребностями. Быть животным в худшем понимании этого слова. Помимо жутко откровенных сцен и не только гомосексуальных, в книге дичайшее количество ненормативной лексики. Просто ужасно много. У нас маргиналы так не ругаются матом, как Лимонов в своей книге. Но он и у Дудя употреблял ненормативную лексику. Книга очень и очень неоднозначная, но в ней есть что-то, что мне понравилось. И симпатия эта вызвана тем, что у меня была возможность посмотреть на человека не только как на одухотворенное существо, а с очень и очень низменными потребностями. Эта книга как попытка проанализировать человеческую психику и потребности на примере одного человека. И это достаточно интересный опыт. В реальной жизни мне вряд ли такой человек был бы приятен.

Описание: -без цензуры -до фига откровений интимного плана -главный герой какой-то би-сексуал, но в общем стал голубым после ухода жены -постоянно нытье за несложившуюся жизнь в эмиграции и в СССР (его не признавали) -живет, как бомж -спит с бродягами, незнакомцами и т.д. -постоянно представляет свою бывшую русскую жену-модель голую с другими мужиками -постоянно хвалится своим телом, белыми брючками и каблуками -получает месячное содержание и говорит, что работать не будет, что он достойнее всех -обсуждает каждого героя в отрицательной стороны -постоянно пьет и ничего после этого не помнит

Итог: Написано по своей сути неплохо, читается нормально, но совершенно бессмысленное чтиво. Вот я прочитала - какой итог? Что я для себя почерпала из этой книги - ничего. Просто эмоции и то не самые лучшие, поскольку главный герой жалок.

Совет: Не стоит читать эту книгу. Нет просто смысла, если вы не поклонник этого писателя.

Вот и домучила я Эдичку Лимонова. Впечатления...хм, ну они есть. Правда я сама до сих пор не могу понять, какие они. Нейтральная оценка - результат замешательства и некоторого раздражения. Плохо представляю, как писать отзыв об этом, но попробую и спешу предупредить, что далее лучше не читать детям, гомофобам и борцам с ненормативной лексикой. Ну а, как говорится, кто не спрятался - я не виноват.

Эдичка Лимонов - личность весьма занятная. До этой книги фамилия Лимонов в моем мозгу была твердо связана с образом старого чудилы из околополитического мира, который выпускает газету Лимонка. После прочтения образ не изменился, лишь оброс подробностями.

В бумажной книжке чуть более трехсот страниц. Три раза по сто. И каждая сотня читалась по-разному. Первая прочиталась легко, несмотря на то, что я была немного обескуражена текстом, все-таки подача достаточно специфическая. Вторая сотня меня веселила и забавляла. Некоторые ситуации и фразы вызывали улыбку и даже смех. А вот на третьей сотне Эдичка (ну что за ужасная вариация имени!) меня утомил, начал раздражать, и интерес почти полностью исчез.

О чем эта книга? О поэте Лимонове, приехавшем в Америку и понявшем, что в Америке его стихи в принципе никому не нужны. Как поэт за океаном он не востребован, а заниматься чем-то другим ему претит. Его бросила жена Елена, уйдя не то к любовнику, не то и к любовнику и к любовнице. Он очень переживает, хочет любви и революции. Революция по версии Эдички такова, что после нее никто не будет работать, и дни людей будут проходить в неге, любви и ласке. Но до таких перемен еще далеко, а пока он получает Вэлфер, живет в маленьком номерке убогого отеля и озабочен поиском мужчины или женщины для интимных нужд. Забавно, что мужчины его привлекают в основном черные с сомнительным родом деятельности (как он с негром-бомжом затусил - это просто финиш), а женщины слегка тронутые. Но поиски эти весьма печальны, потому что мысли о сбежавшей жене его не оставляют. А между делом читатель может увидеть эмигрантскую Америку, причем образ этот далек от благополучного, и истории разочарованных людей.

Мне не понравилась манера, в которой написана книга. В романе полно постельных сцен и непечатных выражений. Но это ерунда. Что же меня радражало, так это ужасная однообразность. Слово "хуй" встречалось по десять раз за страницу, и к месту и не к месту. В конце концов. Эдичка, вы же поэт, могли бы и поразнообразнее нецензурно выражаться, если уж без мата никак. Да и сам текст какой-то корявый, неудобочитаемый с кучей исковерканных английских слов. А самолюбование? Ну это вообще противно. Автор постоянно нахваливает себя. Прям и попка у него хороша, и личико, и фигурка, ну прям Апполон собственной персоной, фу. Да, Лимонов, не стесняется называть себя ничтожеством, мразью, педерастом, грязью, но делает он это с таким воодушевлением, что становится ясно, такие эпитеты ему по кайфу. Он наслаждается положением маргинала и городского руского "крейзи". В своих глазах он выглядит не иначе, как герой, который не по зубам ни одной системе. Не скажу, что это так уж плохо, просто к концу книги очень сильно надоедает.

В принципе я рада, что прочитала. Для общего развития, как говорится. Да и, признаться честно, некоторые Лимоновские мысли и фразы мне понравились.

И вы можете встретить меня и сказать мне: "Здравствуй,Эдичка!". И я отвечу: "Здравствуй, сладкий!".

Этой зимой я запоем, влёт прочитал харьковскую трилогию: «Подросток Савенко», «Молодой негодяй» и «У нас была великая эпоха». После этой трилогии писатель Лимонов показался мне очень похожим на Толстого. Тут, конечно, и ассоциации с «Детством-Отрочеством-Юностью», но больше сходства в интонации, в положении автора относительно читателя – бескомпромиссно тотально, но ненавязчиво. Будто рассказ ведётся с точки зрения Вечности, но если ты хочешь, то можешь к этой самой проплывающей мимо тебя Вечности и не прислушиваться – ей от этого ничего не сделается, сам себя только в дураках оставишь. Разве что герой Толстого, который альтер-эго, обычно приходит к какой-то своей, толстовской истине и в её парадигме приходит к гармонии, то вот Лимонов ничего такого предложить не может. На волне этого восторга я взялся за первую книгу, с которой начался путь прозаика Лимонова - «Это я – Эдичка». Эта книга своим тоном значительно отличалась от трилогии и мне она показалась более истеричной, неровной, но в то же время более искренней и живой, нефильтрованной. Поэтому осадок в этом случае является признаком доброкачественности продукта, а осадок у вас останется точно. Вот попробуйте вбить в поисковике «Лимонов» или «Это я, Эдичка». Поисковик услужливо предоставит вам несколько вариантов, указывающих на самые заметные для читателя элементы книги, а именно там, где о партнёршах и особенно о его чернокожих партнёрах. Не знаю, насколько нужны книге эти шок-элементы. Нет, безусловно, своей популярности книга во многом обязана именно этим натуралистичным описаниям оральных и анальных утех, но , скажем, персональный я десять лет назад просто закрыл бы книгу, чтоб никогда к ней не возвращаться, да и современный я подобные моменты с середины книги читал по диагонали. Потому что не очень шокирующе стало. Как если впервые попробовал приправу, японский очень вкусный соус гомодари эдакий. Сначала, попробовав первую ложку, ты такой: «Ух ты, вот это да!». От второй ложки будет уже: «Ну ладно, я уже понял, здорово», а от третей: «Кроме этого гомодари что-то ещё будет!?». Дело в том, что этот вот необычный для тогдашней русской литературы соус перекрывает, прячет под собой другие, на мой взгляд более важные составляющие блюда. То есть под спермой на трусиках Елены можно пропустить политическую составляющую книги. За мастурбацией в ванной можно не разглядеть иммигрантской тоски, а за совокуплениями с неграми совсем пропадает идея, что никому никто не нужен «на х#й»(с). Можно превратно истолковать мысль, что раз на х#й автор нужен только неграм из подворотни и старым развратникам из пентхаусов, то к ним бы он и пошёл радостно в своих белых сапогах, фирменных джинсах и французских рубашках. Можно не понять, что главное в этой книге – исповедь резавшего вены героя, в жизни которого нету места для подвига. Который ищет, но не может найти применения себе. В его жизни не случилось ни Каялы, ни Куликова поля, ни Бородина, ни обороны Севастополя, ни даже Экибастуза, а что предстоит – пока покрыто мраком для этого уже не очень-то молодого человека.

Я покидаю Алису и улыбка чеширского кота тает в воздухе. Полу-педераст, красная сволочь Эдичка идет в гору под бравую песню русской гражданской войны: Белая армия, черный барон Снова готовят нам царский трон Но от тайги до британских морей Красная армия всех сильней… Так пусть же красная, сжимает властно Свой штык мозолистой рукой И все должны мы, неудержимо Идти в последний смертный бой!!! И хочется мне, господа, в этот момент только пулю в лоб, потому что устал я, честно говоря, держаться и боюсь умереть не героем. За оградой парка меня подхватывает на руки Нью-Йорк, я окунаюсь в его теплоту и лето, кончающееся лето, господа, и несет меня мой Нью-Йорк мимо дверей его магазинов, мимо станций собвея, мимо автобусов и ликерных витрин. – «И все должны мы, неудержимо! Идти в последний смертный бой!» – звучит во мне.

При чтении мешали непонятные англицизмы. Что подразумевает автор под «собвеем», который иногда похож на метро, иногда на автобус, а порой и вовсе на такси., осталось загадкой. Ещё странно, что массу тут зачастую измеряют не в привычных килограммах, не в международных и в очень старорежимных фунтах, а в каких-то «паундах».

Говорят, достоинство ранних стихов Лермонтова в том, что они до нас не дошли. Не знаю, есть ли какое-то достоинство «Эдички» в том, что он до нас дошёл. Конечно, эта книга – стотысячные тиражи, сделавшие возможными последующие, менее эксцентричные книги Эдуарда Вениаминовича, а были бы эти тиражи такими стотысячными без откровенных сцен в объятиях афроамериканцев – загадка. Лично мне бы хотелось, чтобы эта книга была менее перчёной.

Надеюсь, что это вымышленная автобиография. Если нет, то сочувствую Лимонову. Теперь я стала понимать, почему он стал таким забитым и жалким колючим ёжиком. Жизнь в США для советских эмигрантов больше похожа на выживание в Аду, а не на исполнение голубой мечты. Эдичка придумал себе любовь к Елене Прекрасной и поверил в неё как в сказку. Но как история – больная страсть, патологическая ревность, одержимость, сжигающая Эдика Лимонова изнутри. Душа поэта просит огня! Для советского времени роман получился смелым, но сегодня сексом между однополыми партнёрами уже не шокируешь, потому что это стало почти нормой, так сказать экспериментальной частью обычной человеческой жизни.

Я очень давно собиралась почитать Лимонова и конечно мне хотелось больше всего познакомиться с самым скандальным произведением этого автора - "Это я - Эдичка". И вот я добралась до него. Книга шла довольно легко, несмотря на обилие эротических сцен. Были моменты когда я уставала от перегибов, тогда я просто переключалась на другую книгу (я всегда параллельно читаю две или три книги) и это быстро проходило.

Что я могу сказать о самой книге. Думаю, что я понимаю, почему Лимонов не хотел что бы ее издавали, возможно ему она напоминала о боли, об отчаянии в котором он был в тот период своей жизни. Книга, на мой взгляд, пропитана болью глубоко травмированного человека. Все действия, все поступки, все эти бестолковые блуждания по городу, беспорядочные половые связи, алкоголь, все это искренняя история о своей боли от Эдички. Все это Крик души о помощи. Мне было очень жаль этого человека. А теперь мне грустно.

Очень противоречивые ощущения у меня после прочтения этого романа. На одном плече у меня книжный червячок с ангельскими крылышками, на другом – с демоническими рожками.

Так вот один плюется, считая, что это просто высер обиженного жизнью человека. Что написано это криво, что спотыкаешься на каждом англицизме. И не понятно, то ли автор начал забывать русский язык (так и писал бы уж тогда на английском), то ли это нарочно заимствованные словечки рассыпаны по тексту, чтобы создать особую атмосферу. А еще в книге слишком много животных каких-то, низменных натуралистичных подробностей и грязи. И мат употребляется только ради того, чтобы его употребить – к месту или нет.

Другой же примирительно говорит, что это вполне себе продолжение книг о маленьком человеке, которого буквально перемалывает большой город, лишая всего, даже любви. Оставляя в безвестности и одиночестве, без средств к существованию, без даже капли надежды. Этакий вариант «На дне». А шокирующие некоторых подробности – так это параллель, например, с миллеровским «Тропиком рака». То же обилие подробностей, эротических сцен, ненормативной лексики. Отсылка к классическим темам в литературе – не попытка принизить автора, а наоборот – защитить его и поставить в один ряд с ними. А выбранный способ изложения – не более чем провокация и эпатаж, как желтая кофта Маяковского. И все эти сцены с неграми, возможно просто пиар-ход для закрепления той эпатажности, потому что было или не было – не доказано и вряд ли уже когда будет.

В общем, я так и не определилась, на какую сторону переметнуться, очень неровное ощущение, противоречивое от романа. Но продолжать знакомство с автором желания не возникло.