Цитаты из книги Zettel

В философии всегда есть опасность произвести миф символизма или миф ментальных процессов. Вместо того чтобы просто говорить то, что должен знать и признавать каждый.

Разговор, то есть применение и истолкование слов, течет в нужном направлении, и только в этом потоке слово обретает свое значение.

128. Я склонен говорить о безжизненном как о том, чему чего-то недостает. Я безусловно рассматриваю жизнь как некий плюс, как нечто добавленное к безжизненному.

126. Разве пламя загадочно не потому что оно неосязаемо? Пожалуй, — но почему это делает его загадочным? Почему неосязаемое должно быть более загадочным, чем осязаемое? Разве что поскольку мы хотим его ухватить.

Непредставимость является критерием бессмысленности.

Nihil est in intellectu, quod non prius fuerit in sensu. - Нет ничего в сознании, чего раньше не было бы в ощущениях. Джон Локк.

114. Слову «мыслить», то есть его употреблению, учатся при известных обстоятельствах, которые, однако, не учатся описывать.

96. Если обсуждать опыт мышления, то опыт говорения столь же пригоден, как и лютой другой. Но понятие 'мыслить' не является понятием опыта. Ведь не сравнивают мысли, как сравнивают данные опыта.

88. Примечательно, что процессы, происходящие при мышлении, почти никогда нас не интересуют. Это очень примечательно, но не странно.

87. По видимости, это тот исходный пункт, на основании которого говорят, что с другим человеком можно поделиться лишь формой, но не содержанием. — Ведь о содержании ведут речь сами с собой! — (Но как мои слова 'касаются' осознаваемого мною содержания? и с какой целью?)

Предложение дано мне и как шифр, и как ключ к нему; тогда, разумеется, в каком-то смысле мне дано всё для понимания предложения.

Иное предложение нужно прочитать несколько раз, чтобы понять его как предложение.

70. Иметь возможность что-то сделать — это как тень действительного поступка, точно так же, как смысл предложения кажется тенью факта, а понимание приказа — тенью его исполнения. В приказании факт словно «заранее отбрасывает свою тень». Но такая тень, чем бы она ни была, не является событием.

Ожидание того, что нечто случится, равно ожиданию исполнения этого ожидания.

Ожидание заложено в ситуации, из которой оно рождается.

Реальность не похожа и на дневной свет, который только и придает цвет вещам, одинаково бесцветным в темноте.

59. Нам трудно освободиться от сравнения: человек входит — событие происходит. Как если бы событие уже сформировалось перед дверью действительности и теперь входило бы в нее (как в комнату).

57. Мысль, что лишь найденное показывает нам то, что мы искали, лишь исполнение желания — то, что мы желали, означает сужение о процессе как о симптомах, наблюдаемых у другого человека, симптомах ожидания или поиска. Я вижу его беспокойно шагающим по своей комнате туда-сюда; тут некто входит в дверь, он сразу успокаивается и проявляет признаки удовлетворения. Тогда я говорю «Очевидно, он ждал этого человека».

4. (Один из речевых оборотов, более других сбивающих с толку, это вопрос «Что я имею в виду?» — В большинстве случаев на него можно было бы ответить: «Да ничего. Я говорю...»)

1. Уильям Джеймс: мысль завершена уже в начале предложения. Откуда это известно? — Намерение высказать мысль может существовать прежде, чем произнесено первое слово. Ведь если спросить кого-то «ты знаешь, что хочешь сказать?», скорее всего, он ответит утвердительно.