Решила выполнить своё желание и прочитать Сансиро-Затем-Врата подряд, чтобы впечатления не забывались, а общая картина чувств и медленного угасания героев, которую задумал Сосэки Нацумэ, сложилась именно по его, автора, замыслу. «Врата» меня только ждут (и я не понимаю логику руиздателя, который выпустил первую и третью книгу, но не выпустил «Затем», которую я сейчас прочла), а вот «Затем» уже прочитана и, кажется, эта часть станет для меня самой значимой на текущей момент. Никакого секрета здесь нет, с героем мы совпадаем по возрасту и беспокоят нас многие схожие мысли. Учитывая, что этот условный цикл господин Сосэки задумал как угасание сил и чувств в человеке с возрастом (от юношества до условного пожилого возраста), мне становится действительно неуютно и тревожно от того, что меня может ждать во «Вратах» (и в реальности). Но сейчас я здесь, и вот что хочу сказать.

Для многих главный герой, Дайскэ, может показаться незрелым, странным, возможно даже трусливым. Я же вижу его очень смелым, не боящимся высказывать свои взгляды, но вынужденным чтить общепринятые нормы; одновременно с этим он будто бы идёт вперёд с завязанными глазами, перед ним стоит много вопросов и проблем, на которые нет единственно верного ответа. Это касается и внутреннего конфликта, и внешних – с семьей, с другом, с обществом. При этом Дайскэ является как ни на кого не похожим персонажем, так и собирательным образом множества людей, отражением части общества. С первых же страниц ты понимаешь, что с героем вы будите близки:

Сердце билось, как всегда, ровно. Не отнимая руку от груди, он попытался представить себе, как спокойно, в такт биению сердца, течёт тёплая алая кровь. Это и есть жизнь. Сейчас он ощущает ладонью её течение. Похожие на тиканье часов звуки выросли в воображении Дайскэ в мощные удары набата, зовущего к смерти. Как легко, как беззаботно ему бы жилось, если б не было этих звуков, если б сердце отмеряло только кровь, а не время! Жизнь стала бы радостью, наслаждением. Однако… Дайскэ невольно содрогнулся. Жажда жизни делала невыносимой самоё мысль о том, что сердце может остановиться.

Сюжет достаточно простой, большая часть истории – это переживания, метания, чувства, сложные решения. Помимо этого ты находишь много «своих» крючков как в характере самого Дайскэ, так и, внезапно, в японском обществе начала двадцатого века. Если говорить о Дайскэ, то это излюбленные мною (и также достаточно тяжелые) темы одиночества и быстротечности времени твоей жизни. Сюда же, расхождения во взглядах, в образе жизни с лучшими друзьями, доходящие чуть ли не до разрыва. При этом в лоб об этом никто не говорит, но ведь именно за счет недосказанности такие темы острее воспринимаются.

Дайскэ прочёл письмо, снова вложил его в конверт и вдруг со всей отчётливостью ощутил, что этот его старый друг, некогда близкий ему по духу, и мыслит и живёт теперь совсем по-другому. И Дайскэ попробовал определить разницу в частоте колебаний их жизненных струн.

Если же говорить о конфликте личности и общества, то это извечная проблема непонимания между поколениями вместе с беспокойством о том, что подумают окружающие люди; есть и темы, которые переходят уже из «Сансиро» (да и куда им деться) – влияние западного общества на японское (для интересующихся, конечно), проблема образования, разочарование в своих былых устремлениях и решениях; сюда же, боязнь остаться одному без какой-либо поддержки и одновременно какое-то судорожное ожидание такого исхода. И здесь сложно (да и не нужно) встать на чью-либо сторону, ибо и сам Дайскэ, и его антогонисты движутся в никуда. Разница лишь в том, что первый может и довольно часто сомневается, но его метания понятны простому человеку (часто хочется поставить себя на его место, но одновременно и страшно это делать – например, меня тянуло на холодную, рациональную сторону с отговоркой «ну и как-нибудь и остальное решим»). Вторые же непоколебимы и уверены в своей правоте. Возможно, именно поэтому и Дайскэ в финале так безумно жаль. В то же время эта жалость меня злила – какой от неё прок, если нужна помощь, какие-то решения, поддержка. И сразу же - да и нужна ли здесь жалость и все остальное? Ведь Дайскэ наконец-то пришел к точке, которая заставит его двигаться дальше. Да, сложно, буквально полностью меняется его жизнь, но всё же в этом «движущемся мире», в этом красном цвете и огненном дыхании, я уверена, он найдёт своё место. И к неизведанному, новому мы уже мчимся на всех порах. … или я хочу так думать, и просто закрываю глаза на очевидное.

С тревогой смотрю на «Врата». Возможно, я уже в той точке? Что же ждёт меня здесь?