Цитаты из книги Ճանապարհին (Բնագիր գլանափաթեթ)

Я с изумлением уставился в холодную пустоту собственной жизни. К тому же мне ещё предстоял страшно долгий путь.

Невежество, достойное сожоления.

ДИН: И всё же... всё же никогда я ещё не был так счастлив и доволен жизнью; я счастлив, что вижу, как играют на солнышке прелестные маленькие дети; я страшно рад видеть тебя, мой славный бесподобный Сал, и я знаю, ЗНАЮ, что всё будет хорошо!

Мой приезд походил на явление зловещего демона-искусителя в обитель непорочных ангелов.

Кругом царила возбуждение, воздух был напоен трепетом подлинно счастливой жизни,которой неведомы ни разочарования, ни "белая скорбь", ни прочая подобная чушь.

Всю жизнь меня обуревало честолюбие белого человека. Именно поэтому я покинул в долине Сан-Хоакин такую замечательную женщину, как Терри.

(...) И жалел о том, что я не негр, я чувствовал, что даже лучшее из всего, что способна дать "белая" работа, не приносит мне ни вдохновения, ни ощущения радости жизни, ни возбуждения, ни тьмы, ни музыки, ни столь необходимой ночи.

Я ощущал себя пылинкой на поверхности унылой багровой земли.

Сам не пойму, ради чего я приехал во Фриско.

"Где же Дин, почему его не волнует то, как мы устроились?" В тот год я потерял веру в него.

Потом мы с Мерилу рассмеялись, а Дин, ничуть не смутившись, скорчил идиотскую радостную гримасу, как бы говоря: "Разве, не смотря ни на что, мы не берём от жизни своё?" И он был прав.

БУЙВОЛ: Дин явно испортился. Мне кажется, он стремится к идеальной для него гибели, то есть к неизбежному психозу, разбавленному психопатичнской безответственностью и насилием. Если ты отправишься в Калифорнию с этим сумасшедшим, то никогда не доедешь.

Она безумно любила этого парня, однако любовь эта носила какой-то исступленный характер. Не было ни заигрывпний, ни жеманство --- только разговоров и очень тесное дружеское общение, глубину которого вряд ли кто из нас когда-нибудь сможет постичь. (...)

Любовь всесильна.

Двери покосившейся веранды то и дело открывались, и действующие лица нашей печальной драмы, разыгрывавшейся в американской ночи, выскакивали выяснить, гдн все остальные.

Облокотившись о поручень, мы глядели на великую бурую мать всех рек, несущую из срединной Америки свои воды, словно стремительный поток истерзанных душ.

Что я делаю? Куда еду? Скоро всё узнаю.

Начало нашего путешествия было ознаменовано моросящим дождём и таинственностью. Я понимал, что впереди одна большая сага туманов. --- Эге-гей! --- крикнул Дин. --- Поехали!

Мир каждый день стонал от желания перевернуться.

КАРЛО: На шляпах ваших знак дракона, на вашем чердаке --- мышей летучих легионы.

Мы были готовы вновь пересечь стонущий континент.