Цитаты из книги Ночная смена

Хвосты и лишних персонажей в тексте оставляют только дураки и неучи

В каком-то смысле быть писателем – значит постоянно видеть перед глазами воображаемое табло с подсчетом промахов и неудачных сюжетных ходов.

ни один живой человек у себя в голове обычно не цитирует рецензии на фильмы 1974 года и не ссылается на семидесятистраничное эссе о моральном банкротстве постмодернизма (и если вы так делаете, то тут два варианта: вы или кинокритик, или сумасшедший)

У Кауфмана герои не разговаривают, они обмениваются цитатами.

При вскрытии у каждого трупа выдирают язык – это факт. Но если кому сказать – не поверят, звучит ведь как лобовая метафора: после смерти тебя первым делом лишают голоса.

Вопрос о том, насколько морально (или аморально) использовать чужую жизнь, боль, личность в качестве топлива для книги или эссе, - один из главных в литературе. Где та граница, за которой осмысление становится эксплуатацией?

Книга - объект уникальный в том смысле, что по-настоящему она существует, только когда её читают; книга, которую не читают, мертва.

Любой писатель, кого ни спросите,  скажет вам, что дебютный роман - опыт особенный, потому что, работая над первой книгой, ты как бы делаешь два дела одновременно: пишешь и учишься писать.

...идеальных текстов не бывает, как не бывает идеального отчаяния. Что ошибаться  - это нормально и что ошибки и поражения  - важная часть писательской работы.

Один из главных признаков хорошего фильма - он заражает тебя интересом к теме, после просмотра хочется узнать больше.

...родители передают по наследству детям не только черты лица, болезни и долги, но и прошлое.

То есть мир, может, и стал глобальным в смысле географии и сотовой связи, но культурные границы все ещё очень сильны, и, возможно, даже сильнее,  чем раньше.

...выход из одной клетки - это одновременно вход в другую, не более.

Если религия  - опиум для народа, то традиция - анальгетик ещё более опасный, потому что часто кажется безобидной. Религия  - это тугой жгут, пульсирующая вена и игла, а традиция - затея куда более домашняя: маковая пыль, добавленная в чай; сладкий кокосовый напиток, приправленный кокаином.

Сахота как бы выводит проблему ассимиляции мигрантов на новый уровень: одно дело, когда ты просто понаехавший, но в этом романе мы наблюдаем за героем, который уже родился и вырос в западной культуре - и все равно не может стать своим; просто в силу того, что его родители пакистанцы.

Да Багс Банни имеет в Америке куда как большее культурное влияние, чем сто величайших книг.

Но самое главное отличие кинематографа от литературы в том, что кино - это социальное действие, совместное проживание, разделенный опыт. Причём на всех этапах - и в производстве, и в потребление.
Литература - дело тихое, интимное. Да, есть книжные клубы, где люди собираются и обсуждают прочитанное, но они делятся уже прожитым опытом; в кинозале же зрители испытывают эмоции одновременно - и это важно.