Цитаты из книги Никомахова этика

Многие дружбы расторгла нехватка беседы.

Лучшие люди просты, но многосложен порок.

Кроме того, по словам Гераклита, с удовольствием бороться труднее, чем с яростью, а искусство и добродетель всегда рождаются там, где труднее, ведь в этом случае совершенство стоит большего.

Удовольствие выбирают, принимая его за благо, а страдания избегают, считая его злом.

Добродетель, следовательно, есть некое обладание серединой; во всяком случае, она существует постольку, поскольку ее достигает.

Счастье, таким образом, - это высшее и самое прекрасное благо, доставляющее величайшее удовольствие

...ведь легко промахнуться, трудно попасть в цель.

А если [сказать], что человек лучше [всех] прочих живых существ, то это ничего не меняет, ибо даже человека много божественнее по природе другие вещи, взять хотя бы наиболее зримое — [звезды], из которых состоит небо (κοσµος).

Итак, блага подразделяют на три вида: так называемые внешние, относящиеся к душе и относящиеся к телу, причем благами в собственном смысле слова и по преимуществу мы называем блага, относящиеся к душе и ее деятельности. Таким образом, получается, что наше определение высшего блага и счастья правильно, по крайней мере оно согласуется с воззрением, которое, будучи древним, разделяется и философами.

[КОМЕНТАРИИ: Подробно рассмотреть добродетели, чтобы понять все, связанное со счастьем. Ибо счастье – это деятельность души в полноте добродетели. - (В. В. Шкода)]

И ярость (ho thymos) относят к мужеству... Ярость сильнее всего толкает навстречу опасностям, а отсюда и у Гомера: "силу ему придала ярость", и "силу и бурную ярость это в нем пробудило", и "жаркую силу у ноздрей", и "закипела кровь", ибо все такие признаки, видимо, указывают на возбуждение, ярость и порыв.

Считается, что опыт в отдельных вещах - это тоже мужество. Исходя из этого, Сократ думал, что мужество состоит в знании.

...избыток и недостаток присущи порочности (kakia), а обладание серединой - добродетели.

...добродетель - это способность поступать наилучшим образом [во всем], что касается удовольствий и страданий, а порочность - это ее противоположность.

Итак, искусство, как сказано, есть творческая привычка, следующая истинному разуму.

Честь более принадлежит тому, кто ею наделяет, чем тому, кого ею наделяют.

Только в государстве лакедемонян и, может быть, в немногих других законодатель, видимо, уделил внимание воспитанию и занятиям [молодежи], а в большинстве государств к таким вещам нет внимания и каждый живет, как желает, наподобие циклопа, «право творя над детьми и супругой».

Однако если отсутствие друга продолжительно, оно, кажется, заставляет забыть даже дружбу; потому и говорится: «Многие дружбы расторгла нехватка беседы». По — видимому, ни старики, ни скучные люди не годятся для дружбы, ибо с ними возможны лишь скудные удовольствия, а ведь никто не способен проводить дни с тем, кто не доставляет удовольствия; действительно, природа, очевидно, прежде всего избегает того, что доставляет страдание, стремится же к тому, что доставляет удовольствие.