Цитаты из книги The Creeping Shadow

– Видела? – окликнул меня Джордж. – Он только что взял и расчленил старушку. Как это низко!

– Типичный поступок для Ротвелла, – хмыкнул Киппс, швыряя свою бомбу. Она ударилась о стену, разбилась, но ничего больше не произошло. – Осечка! – воскликнул Киппс и добавил, погрозив Стиву Ротвеллу кулаком: – Бракованную дрянь выпускает ваша паршивая фирма, мистер Ротвелл!

– Мы повредили защитный барьер железного кольца. Та твоя чудовищная вспышка. Думаю, пора пустить ее в дело.
– Что? Большую Бренду?
– Ты даже имя ей уже дал?

Эй, постой, ты куда? Ты что, с ума сошла? Я ей такое предложение делаю, а она о какой-то картошке думает. Вернись!
Но я к этому времени уже была за дверью. Дурак этот череп! Не понимает, что иногда именно картошка или какая-то другая мелочь и позволяют тебе сохранить разум.

На ночь я поставила его банку на старое место, на подоконник, откуда череп (по его словам) мог любоваться тихой ночной улицей и (а вот это гораздо ближе к истине) пугать малышей в доме напротив своим зловещим зеленым светом.

Он внимательно смотрел на меня. Я постаралась изобразить на своем лице безразличие – дескать, да ладно, что там, есть о чем говорить, – но все равно покраснела. А потом заметила, что все внимательно наблюдают за нами.
– Фу-ты, ну-ты, не смущай девушку, Локвуд, – ехидно ввернул Джордж.
Локвуд ухмыльнулся и запустил в него хлебной корочкой.

Нам с тобой нужно чаще стоять вдвоем внутри набитого призраками кольца. Любую проблему на раз-два решим в такой обстановке…

Отказываться от торта – это безнравственно.

Doubts, like ghosts, gain strength in darkness.

– Ах, верные друзья, наконец, снова вместе! По законам мелодрамы здесь должны вступить сладенькие скрипки, хотя мне больше по вкусу вопли и стоны умирающих.

– Модель потеряли? Ерунда, – добавил Джордж. – Зато у вас теперь появился великолепный трехмерный пазл. Учитесь во всем видеть положительную сторону.

Холод, дождь и тишина – это был целительный коктейль для всех нас. Он помогал успокоиться и собраться с мыслями.

Но потом мне стала надоедать царившая в комнате липкая тишина и, в конце концов, достала меня. Многие люди спасаются от такой тишины тем, что включают радио. У меня вместо радио был говорящий призрак в банке.

– Никакие мы с тобой не друзья-приятели. Между прочим, ты уже раз десять пытался меня убить, скажешь, нет, что ли?

– Так я же и сам мертвый, не забывай. А может, мне очень одиноко, мертвому-то. Ты когда-нибудь хоть раз подумала об этом?

– Череп, – негромко позвала я.
–  Что?
– Мне кажется, ты был прав насчет того цветочного горшка.
–  Вот видишь? Что я тебе говорил?

– А вот это я доставать не буду. Никогда не прикасайся к мумифицированной части тела, если не знаешь, чья она. Это мой девиз. – И к не мумифицированной тоже, это мой девиз, – добавил Джордж.

Что такое расизм ты знаешь? А сексизм? Ну вот, а то, чем вы занимаетесь - это черепизм в самом чистом виде.

«Наверное, лишним будет говорить, что в этот миг я приняла свое решение. Да, это был тот самый миг, когда мы делаем, быть может, важнейший в своей жизни выбор, опираясь не на разум, не на логику, а на интуицию.»

Смекалки у него было не больше, чем у сэндвича с огурцом, но смелости и ловкости хватало.