Цитаты из книги Little Man, What Now?

Три недели спустя Пиннеберг медленно закрыл входную дверь в контору своего профсоюза - профсоюза торговых и конторских служащих. На минуту он задержался на площадке и и рассеяно посмотрел на плакат, призывающий всех служащих к солидарности. Он глубоко вздохнул и медленно сошёл по лестнице.
     Толстый господин с превосходными золотыми зубами, разговаривавший с ним в профсоюзе, убедительно доказал ему, что для него, Пиннеберга, сделать ничего нельзя, что ему остаётся одно - быть безработным, вот и все.

Пинненберга в дни его несчастий не отравляло чувство ненависти против несправедливости жизни, против существующего порядка вещей. Этот гнев естественен для миллионов пинненбергов, угнетаемых капитализмом. 

Однако пинненберги не пожелали воспользоваться той возможностью освобождения, которая открывалась им в революционной борьбе рабочего класса, ибо мелкий  буржуа, несмотря на свойственное ему анархическое бунтарство и ненависть к более обеспеченным классам, никогда не был и не является последовательным защитником идей социальной справедливости. Он мечтает жить в обществе, основанном на собственнических принципах, и быть независимым от общества. Он демократ, но до известных пределов. Он жаждет свободы, но такой, которая не ущемляла бы его частных интересов, отнюдь не совпадающих с интересами эксплуатируемых капитализмом народных масс, ставящих перед собой задачу переустройства общества на социалистических началах. Гансу Фалладе не удалось раскрыть эту диалектику общественного сознания и общественного поведения своего героя, поэтому в романе не нашёл отражения процесс фашизации мелкобуржуазных масс. А между тем мелкая буржуазия уже делала свой роковой выбор: сынки лавочников напяливали на себя коричневые рубахи и горланили погромные песни на улицах германских городов. Пинненберги втягивались в зловещую игру реакционных сил и поставляли из своей среды ландскнехтов фашизму: ослеплённые его демагогией, они надеялись под знамёнами свастики поправить свои пошатнувшиеся делишки. Замечательному по своим художественным качествам романы Фаллады недостаточно той ясности общественной мысли, которая дала бы писателю возможность провидеть ход истерических событий, определивших дальнейшую судьбу его героев. Он бросает из на распутье, наедине с мраком жизни. Но история очень быстро ответила на вопрос – что же дальше? Дальше была гитлеровская диктатура, пушки вместо масла, помпезные военные парады в Берлине, ужасающий гестаповский террор в стране, удушение свободной мысли, угарное опьянение легкими военными победами в Западной Европе, газовые камеры и колючая проволока концлагерей, кровопролитные бои на Восточном фронте, военный разгром, национальная катастрофа и снова попытки возродить в Западной Германии милитаризм, снова демагогия и угроза свободе и разуму. В том, что происходило с Германией за минувшее тридцатилетие, во много повинны и так называемые «маленькие люди», позволившие увлечь себя реакции на гибельный исторический путь…