Цитаты из книги Мы

..Если они не поймут, что мы несём им математически-безошибочное счастье, наш долг заставить их быть счастливыми.

... только разности — разности — температур, только тепловые контрасты — только в них жизнь. А если всюду, по всей Вселенной, одинаково теплые — или одинаково прохладные тела… Их надо столкнуть — чтобы огонь, взрыв, геенна. И мы — столкнем.

Я - изо всех сил - улыбнулся. И почувствовал это - как какую-то трещину на лице: улыбаюсь - края трещины разлезаются все шире - и мне от этого все больнее...

«Колебания – звук. Дрожь должна звучать. Отчего же не слышно?»

Ясно, что должна быть не «просто-так-любовь», а «потому-что-любовь».

– Простите, – сказала она, – но вы так вдохновенно все озирали, как некий мифический бог в седьмой день творения. Мне кажется, вы уверены, что и меня сотворили вы, а не кто иной. Мне очень лестно…

Человеческая история идет вверх кругами – как аэро. Круги разные – золотые, кровавые, но все они одинаково разделены на 360 градусов. И вот от нуля – вперед: 10, 20, 200, 360 градусов – опять нуль. Да, мы вернулись к нулю – да. Но для моего математически мыслящего ума ясно: нуль – совсем другой, новый. Мы пошли от нуля вправо – мы вернулись к нулю слева, и потому: вместо плюса нуль – у нас минус нуль. Понимаете?

Что вам за дело, что я останусь здесь одна? Что вам за дело — если я не хочу, чтобы за меня хотели другие, а хочу хотеть сама, — если я хочу невозможного…

Весь мир - единая необъятная женщина, и мы - в самом ее чреве, мы еще не родились, мы радостно зреем.

«Весь мир — единая необъятная женщина, и мы — в самом ее чреве, мы ещё не родились, мы радостно зреем. И мне ясно, нерушимо ясно: всё — для меня, солнце, туман, розовое, золотое — для меня…»

Вы найдете, вы будете счастливы, — вы обязаны быть счастливыми, и уже недолго вам ждать.

— Мне кажется - я всегда ее ненавидел, с самого начала. Я боролся.. А впрочем = нет, нет, не верьте мне:я мог и не хотел спастись, я хотел погибнуть, это было мне дороже всего.. то есть не погибнуть, а чтобы она.. И даже сейчас даже сейчас, когда я уже все знаю..

Корпус «Интеграла» почти готов: изящный, удлиненный эллипсоид из нашего стекла — вечного, как золото, гибкого, как сталь. Я видел: изнутри крепили к стеклянному телу поперечные ребра — шпангоуты, продольные — стрингера; в корме ставили фундамент для гигантского ракетного двигателя. Каждые 3 секунды — взрыв; каждые 3 секунды могучий хвост «Интеграла» будет низвергать пламя и газы в мировое пространство — и будет нестись, нестись — огненный Тамерлан счастья…

Все новое, стальное: стальное солнце, стальные деревья, стальные люди. Вдруг какой-то безумец — «огонь с цепи спустил на волю» — и опять все гибнет…

• Ну? Скорее…  - Я грубо стиснул ей руку, и красные пятна (завтра - синяки) у ней на запястье, там - где пухлая детская складочка.
  Это - последнее. Затем - повернут выключатель, мысли гаснут, тьма, искры - и я через парапет вниз…
  

– … А от бессонницы, от этих ваших снов – могу вам одно посоветовать: побольше ходите пешком. Вот возьмите и завтра же с утра прогуляйтесь…

К счастью, допотопные времена, всевозможных шекспиров и достоевских – или как их там – прошли…

Идеал (это ясно) там, где уже ничего не случается, а у нас…

Рёбра - железные прутья, тесно...