Цитаты из книги Муки и радости

Ученые толковали о том, что вера и знание могут существовать рядом друг с другом и даже обогащать друг друга. Греция и Рим до появления христианства создали великолепное искусство, литературу, науку, философию. Затем на целую тысячу лет вся эта красота и мудрость была сокрушена, предана проклятию и ниспровергнута в могильный мрак.

Он вспомнил, как Бертольдо цитировал слова Донателло: "Скульптура - это искусство убрать с обрабатываемого материала все лишнее, сводя его к той форме, которую замыслил художник". Но разве не столь же верно и то, что скульптор не может навязать свой замысел мрамору, если этот замысел ему не под стать? Микеланджело чувствовал, что даже при самых честных намерениях скульптор не добьется решительно ничего, если пойдет наперекор природе камня.

Когда Бертольдо заговорил, в его бледно-голубых глазах проглянула робость. - Что верно, то верно: я не великий ваятель по мрамору. Но, может быть, обучая тебя, я стану великим учителем.

Ему все казалось, что в этих поговорках - "Жизнь дана для наслаждений" и "Жизнь есть труд" - нет никакой разницы, что в них один смысл.

- Я хотел бы, чтобы ты переехал к нам и жил в моем дворце. Как член семейства. Отныне тебе надо сосредоточиться только на скульптуре. - Больше всего я люблю работать с мрамором. Лоренцо усмехнулся: - Никаких благодарностей, никакой радости по поводу переезда во дворец Медичи. Только и речи, что о твоей любви к мрамору.

- Твой Фавн, по-моему, постарел за одни сутки лет на двадцать. - Скульптор - властитель над временем: в его силах прибавить лет своему герою или же убавить.

"Давид" явился первой круглой статуей из бронзы - их уже не отливали тысячу лет. До того как пришел Донателло, скульптура служила лишь украшением архитектуры - она ютилась в нишах, на дверях, на хорах, на кафедрах. Донателло стал ваять круглые скульптуры первым после древних римлян.

- Черт с ними, с портретами. Я их, видно, не полюблю никогда. - "Никогда" в твоем возрасте гораздо дольше, чем в моем. Если ты подыхаешь с голода, а герцог Миланский просит тебя отлить свой портрет в виде бронзового медальона... Микеланджело вспыхнул: - Я еще не дошел до такой нищеты.

Истинные цели скульптора - глубина, округлость, размер; обо всем этом живописец может только намекнуть, прибегая к иллюзорной перспективе. В распоряжении скульптора твердый, ощутимый мир реальности; никто не может шагнуть в глубь его рисунка, но любому и каждому доступно обойти вокруг его изваяния и оценить его со всех сторон.

Учитель, конечно, знает, что в какой-то мере его усилия пропадут, но он не может бросить свое дело, иначе пострадали бы все ученики до единого.

Про вереницу холмов, которые окружали Сеттиньяно, говорили, что у них бархатная грудь и каменное сердце.

По умению людей обращаться с камнем можно судить, насколько они цивилизованны.

Скульптура и живопись - это как истина и обман... Если живописец ошибается, что он обычно делает? Латает свою работу, покрывая ее новым слоем краски. Скульптор же должен заранее усидеть в глыбе мрамора именно ту форму, которую он заключает. Скульптор не в силах склеить сломанные части.

Но вы все же признаете, что труд художника тем выше, чем яснее художник выражает истину. А скульптура подходит к истине ближе других: ведь изваянная фигура высвобождается из мрамора со всех четырех сторон сразу.

Первый слой темперы, накладываемой на фреску, в особенности когда пишешь людей молодых, со свежей кожей, надо готовить на яичном желтке, взятом от городской курицы; желток у деревенской курицы яркий, он годится только для тела людей пожилых или смуглых.

- Ведь меня одурачили, правда? - Правда. - Почему же ты не предупредил меня? - Так у нас заведено. Это твое посвящение. - А что я скажу отцу? - Ну, а если бы ты и догадывался, что тебя дурачат, разве ты мог бы заставить себя рисовать хуже? Микеланджело застенчиво улыбнулся: - Да, они били без промаха!

Я родился слишком поздно. Сто лет назад Буонаротти перевязывали свои виноградники колбасами.

Лодовико поглощал сытнейший обед, отодвигал стул от стола, растопыренными пальцами хлопал себя по вздувшемуся животу и произносил ту сакраментальную фразу, без которой прожитый день казался тосканцу тусклым и бесцельным: - Ну и хорошо же я поел!

Флорентинцы и римляне взаимно ненавидели друг друга. Римляне говорили: "Лучше покойник в доме, чем флорентинец на пороге". А флорентинцы, в свою очередь, нарочито расшифровывали римскую надпись S.P.Q.R. - "Римский сенат и народ" так: Sono Porci, Questi Romani. "Свиньи они - эти римляне".

Италия - это сад Европы, Тоскана - это сад Италии, Флоренция - цветок Тосканы.