Цитаты из книги The Seventh Function of Language

Должно ли второстепенное время от времени затыкать глотку?

Чтобы собеседник услышал нас,хотя отчасти,мы должны пользоваться одним языком.Должны повторять(реитерировать)уже произнесенные слова,иначе собеседник нас попросту не поймет.Так или иначе,как ни верти,мы всегда занимаемся своего рода цитированием.

Кристева размышляет о том,что фобия никуда не девается,а только проскальзывает под язык,что фобический предмет-это протописьмо и,наоборот,любое высказывание,будучи письменным,становится языком страха.

Женщина-будущее мужчины...а значит литературы..ведь женщина-это смерть...а литература всегда на стороне смерти...

Колебание-мать фантастического.

И всё же подумав,а точнее-перечитав Якобсона,Симон Херцог обнаруживает след потенциальной седьмой функции,обозначаемой как "магическая или заклинательная",механизм которой описан так:"превращение третьего лица,отсутствующего и неодушевленного,в адресата конативного сообщения".

Между системой,в которой закон распространяется на действия и соотносится с субъектом волеизъявления,в следовательно,между бесконечной повторяемостью греха,с одной стороны,и моделью спасения и совершенства,которая распространяется на субъекты,имплицируя темпоральность и необратимость,с другой,не,как я полагаю,возможности соединения.

<...> по общему мнению, [утонченный романист] уже начал пробуждаться во «Фрагментах любовной речи» – этой новой библии для тех, кому нет двадцати пяти.

Слово «система» подтверждает худшие опасения полицейского: он понимает, что нарвался на леваков.

Она уже давно решила относиться к нему как к ребенку и как к взрослому одновременно. Принципиально не объясняет ему некоторые вещи, но ждет, что он поднимется до уровня, которого, как ей кажется, она вправе от него требовать.

Ролан Барт: «Ну… да, в каком-то смысле, так принято думать. Влюбленному субъекту приписывают два свойства, точнее сказать, два отрицательных свойства: первое – это подчас глупое, нелепое поведение, ведь влюбленный и правда нелеп, и сам, кстати, это чувствует, а еще у влюбленных случается помешательство, и народная молва без конца об этом твердит! – только это смиренное помешательство, да? – ему далеко до настоящего трансгрессивного психоза».

Если вы ничего не сделали, вам можно только позавидовать. Но не стоит этим злоупотреблять.

Чувствовать, будто рядом кто-то есть, – это как вообще? Интуиция – такая же удобная штука, как бог, если не хочешь ничего объяснять. Только ни черта мы не «чувствуем». Мы видим, слышим, просчитываем, расшифровываем. Машинальный мыслительный процесс.

Убойный аргумент реакционеров: «это против природы» – слегка осовремененный вариант для всего, что раньше считали противным божественной воле. (К 1980 году Бог даже в США несколько подустал, зато реакция всегда готова к бою.)

О слушателях лекции: Он легко вычисляет доставучих и робких, лизоблюдов и воображал, но самая многочисленная братия – это те, кто забывает задать вопрос и продолжает бесконечный монолог, упиваясь собственной речью, ими движет насущная потребность высказать свое мнение. Да, в этом театре марионеток определенно дают нечто экзистенциальное.

Тот, кто владеет речью, способен внушить боязнь и любовь и за счет этого становится потенциальным властителем мира, вот так!

– Ролан… что касается семиологии, я усвоил у него важный урок: мы тычем пальцем в любое событие во вселенной и говорим, что оно – не просто так. Он часто повторял, что, идя по улице, семиолог выискивает смыслы там, где другим видятся явления. Он понимал: мы пытаемся что-то сказать своей манерой одеваться, держать бокал, походкой…