Цитаты из книги El Paciente Ingles

Храм - убежище в потоке жизни, доступное каждому.

Ты скользишь мимо всего со своим страхом и ненавистью к собственничеству, боишься и обладания, и быть обладаемым, и того, что тебя назовут по имени. Ты думаешь: это добродетель. А я думаю: это жестоко.

- Что ты ненавидишь больше всего? - спрашивает он. - Ложь. А ты? - Чувство собственности. Когда ты от меня уйдешь, забудь обо мне. Она с силой бьет его кулаком в скулу, под глазом. Одевается и уходит.

Первая Канадская Пехотная дивизия с боями пробивала себе путь сквозь Италию, и в полевые госпитали шел нескончаемый поток раненых, словно шлам, передаваемый горняками при проходке туннеля в темноте.

Перед тем как уснуть, она чувствует некоторое оживление, прокручивая в памяти все события дня, принеся их с собой в кровать, как ребенок приносит учебники и карандаши. Кажется, в течение дня смена кадров и сцен происходит в беспорядке, пока не наступает этот момент, когда она все раскладывает по полочкам, ее тело наполнено рассказами и сюжетами.

... Хана всё ещё помнит строчки стихов, которые англичанин громко читал ей из своей книги. «Она - женщина, которую я не так хорошо знаю, чтобы удержать своим крылом (если у писателей есть крылья), чтобы бросить якорь и найти пристанище на всю оставшуюся жизнь»

... Кто искал пропавшую армию Камбиза [59] , кто – Зерзуру. 1932, 1933 и 1934 годы. Мы не видели друг друга месяцами. Только бедуины и мы в окрестностях Дороги Сорока Дней. Я видел многие племена пустыни. Это самые красивые люди, которых я когда-либо встречал. Им было безразлично, какой мы национальности – немцы или англичане, венгры или африканцы. Вскоре и нам это стало безразлично. р182

... личное всегда будет в состоянии войны с общественным.

Он двигался сквозь мир со скоростью, которая всегда позволяла найти замену потере.

Счастье человека никогда не ждет на одном месте.

Опять вражда, вечная вражда в мире. Нескончаемая. Непреходящая...

Эхо - это душа голоса, пробуждающегося в пустоте.

Читая английскому пациенту по вечерам, она открыла для себя новый мир-мир книг, который позволял забыть о затворничестве и стал нитью,  связывающей с внешним миром.

В пустыне легко потерять чувство реальности. Когда самолёт упал в эти жёлтые волны, единственной мыслью было: я должен построить плот.

Ты демонически любила удовольствия — и стала мудрой. Самая чистая из нас, самая темная фасолинка, самый зелёный лист.

Пустыни Ливии. Отбросьте политику, и это будут самые сладкие слова, которые я знаю. Ливия. Сексуальное, протяжное слово, как затворенный колодец.

Нынче как раз тот день, когда мы услышали, что сбросили эти бомбы на Японию, и у нас у всех такое чувство, будто наступил конец света. Теперь я поняла, что личное всегда будет в состоянии войны с общественным.