Отзывы о книге Doctor Zhivago

На такие книги всегда сложно писать отзывы. Как же - нобелевский лауреат, масштабное историческое полотно, множество хвалебных рецензий, обширная критика. И тут ты со своим дико важным и оригинальным мнением. Вдвойне сложнее, если отзыв обещает быть отрицательным. Еще хуже - если он не разгромный, а просто равнодушно-отрицательный. Потому что сказать, что "Доктор Живаго" тебя не зацепил - это как расписаться в собственной ограниченности и необразованности. Кто-нибудь обязательно поморщится: "Не доросла еще, а туда же - Пастернака оценивать".

И тем не менее. Да, я не поставила оценки (именно, чтобы не "оценивать") но книга оставила скоре негативное впечатление. Негативно-равнодушное - что еще хуже для полотна, описывающего такие сложные и страшные годы недавней истории. Масштабное полотно - это хорошо, это серьезно. Философские взгляды, обращения к Евангелию. Панорама кровавой мясорубки, которая завертелась, как это водится, из лучших побуждений. Рассуждения о том, кто всё это закручивает, чего это стоит и во что выливается. Трагедия страны и отдельных людей в ней. Всё это обширно, огромно и оставляет в некотором равнодушии, если сердцем не сочувствуешь героям. Если не цепляют, не увлекают, не берут за душу. Тогда всё происходящее переживаешь лишь разумом. Понимаешь: происходит ужасное, но сердце отчего-то не болит.

Пробежала глазами отзывы и поняла, что по отношению к характеру главного героя читатели делятся в основном на две группы. Первая говорит: "Безынициативный, плывущий по течению, неинтересный". Вторая возражает, что в этом и суть - жизнь простого обычного человека - не героя и не революционера - в пекле рушащегося и строящегося мира. Увы, я принадлежу к первым. Понимаю, что сама скорее похожу на Юрия в плане той унылой бесхребетности, но всё же как герой произведения он мне неинтересен. И в целом не только в нём, но во всех персонажах мне чего-то не хватило, что заставило бы меня переживать за них, что оживило бы это жуткую и поэтическую эпопею. Увы, она осталась лишь тяжеловесным описанием вех, так сказать.

В сравнение на ум пришли "Тихий Дон" с мятущимся в жизни и революции Григорием. "Хождение по мукам" с так же ждавшими от революции перемен и счастья для всех даром героями, но угодившими в самые жернова этой революции. Те книги и персонажи зацепили, а здесь, к сожалению, мимо.

Первое впечатление: ни рыба ни мясо. Роман- равнодушие о человеке, которому нет дела ни до кого, кроме себя.

Это была долгожданная встреча с предвкушением. В результате расхотелось читать вообще. В лучшем случае- бросить "Живаго" и начать любой роман любого автора, лишь бы не эту кашу из красивых слов, заумных рассуждений и деревянных героев. Правда, иногда попадались меткие характеристики или красивые описания.

Но не из-за них  роман был дочитан. А из-за недоумения: автор получил Нобелевскую премию, он признанный классик, а у меня при чтении диссонанс: роман не вызывает эмоций. Никаких . Тебе безразличны все герои романа и сам роман, ты еле дочитываешь его. Что не так? Почему не сложилось и роман в итоге разрекламированный, популярный, но на мой взгляд совершенно пустой? Я нашла ответ только когда осталось дочитать 3 главы, одна из которых- стихи Живаго.

Что не понравилось?

С самого начала было нагромождение имён и судеб, ты ещё не разобрался с одним, тебе подсовывают другого, с какими-то подробностями, кои вообще не давали понимания связей между героями.

Следом какие-то заковыристые рассуждения. Читаешь их и не понимаешь смысла, перечитываешь и видишь витиеватость, но смысл по-прежнему ускользает:)) Что это? Зачем? Люди реально в своей голове рассуждают так, чтобы было красиво, но непонятно?:)))

Много рассуждений и иногда возникает чувство, что это ради красивости фразы или мысли. Перечитываешь и видишь, что лучше б этого не было, книга выглядела бы искреннее что ли, гармоничнее. А так, насобирал автор красивых фраз и не знал, куда впихнуть, в какой диалог. И подсовывал свои мысли разным героям. Которые иной раз общались монологами, будто лекцию читали. Это сначала удивляло, потом злило, в итоге стало уже смешно. Ну, глупо, несерьёзно. Вообще, иногда было ощущение, что книга какая-то черновая что ли, не завершённая. Будто автор торопился.

Как только начала читать, возникло ощущение, что роман написан пунктирами. Из-за того, что обрывками, перебежками от героя к герою, ты не успеваешь проникнуться и бежишь по верхам. И всё это ты уже читала, всё это знакомо, всё это слишком общо и потому вызывает равнодушие. Наверное первые читатели чувствовали иное, но сейчас, и лично у меня книга вызывала желание отдать дань уважения творчеству писателя и... Всё.

Интересны и атмосферны были главы о том, как читали и перечитывали "Евгения Онегина". И следом какие-то мутные мысли об искусстве. Как один и тот же человек может изъясняться так, что хочется не разобраться в его мыслях, а отмахнуться, чтоб ради красного словца не навязывал подобного: " Присутствие искусства на страницах "Преступления и наказания" потрясает больше, чем преступление Раскольникова." Вот что это? Что за игра в эстетство?

Слишком часты были эпизоды, написанные холодным разумом медика- это отталкивало, хотя автор добивался правды жизни.

Знаете какую книгу мне напомнил этот роман? "Лебединую песнь" Римской-Корсаковой. Та же пляска вокруг себя, смакование своих страданий и полное равнодушие ко всем остальным. При этом постоянное напоминание о том, что главный герой- особенный, интеллигентный, тонко чувствующий, не то что остальные.

На деле всё время было ощущение фальши.   Самолюбование, эгоизм и жалость к себе главного героя поражали, пока я не поняла, что Пастернак писал о себе. "Я памятник себе воздвиг". Пастернак воздвигал сам себе памятник этим романом. Пытался, по моим ощущениям.

Мне кажется, что уже давно я не испытывала такого разрыва между ожиданиями и разочарованием от книги. Мне очень хотелось, чтобы среди любимых книг у меня появилась новая. От этого сильно обидно, что книга мне не понравилась и перечитывать я её не хочу.

P.S. От неуверенности в себе, в своей образованности, мне казалось, что я придираюсь к автору книги. Мне не нравились некоторые фразы, казались безграмотными, часто непонятными. Это не давало покоя и я стала читать критику, чтобы понять: почему роман хвалят? Чего я не понимаю? Что не так?

И пришла к выводу, что роман стал популярным и "гениальным" только благодаря безграмотности читателей. Мы сами, не видя очевидных грамотному человеку вещей, рукоплещем голым королям и создаём себе кумиров.

Нет? Но мы же соглашаемся с гениальностью Пастернака, который пишет, например, такое: "Он запрягал неумело. Его этому учил Самдевятов".  Или: " Над полями кружились птицы". А это: "Он был сегодня сам не свой и предшествующую ночь не спал. Ему шёл четырнадцатый год."
Если бы это написал школьник в сочинении, мы бы увидели и смеялись. А тут над нами довлеет авторитет имени и мы не замечаем.

А постоянное злоупотребление повторами? Эти вечные "как бы". Сколько их рассыпано по роману? А потом сцена беседы с друзьями и живаговско- пастернакское: "Единственно живое и яркое в вас это то, что вы жили в одно время со мной и меня знали". Ну... Как бы спасибо за возможность прикоснуться к искусству как бы гения, как бы награждённого Нобелевской премией. Надо было как бы прочитать, чтобы как бы знать и о таком курьёзе.

Изучать этот роман надо. Да. Всерьёз. Чтобы научиться отличать качество от псевдолитературы. И "Доктор Живаго"- это изумительное учебное пособие. Именно поэтому для себя я ставлю этому произведению не низкую, а среднюю оценку: 3 из 5. И, возможно, через какое-то время вернусь, чтобы перечитать и понять, поднялся ли мой уровень грамотности и образованности, либо нет.

Как же трудно было осилить этот роман. Мне кажется я читала его 1000 лет. Половину романа прослушала в аудио формате потому что не в силах была заставить себя дочитать его, когда вокруг столько увлекательных произведений читающихся на одном дыхании. Может быть я неуч и не понимаю чего-то. Но в это произведение автор напихал столько всего, что и не знаешь о чем вообще прочитал. О чем книга? Простите, так и не смогла понять. Могу сказать о всем, но о чем конкретно не знаю. С самого начала произведения скачешь по героям, что запутываешься в них. Порой описания природы похлеще чем у Достоевского. Хотя Достоевский читается проще для меня раз в 10, кто бы что ни говорил. В целом это может быть было бы для меня интересно, вся судьба главного героя действительно незаурядная, но роман так сильно растянут и напичкан лишним, что читается очень тяжело. Возможно, на моё мнение ещё повлияло и то что к военной тематике я равнодушна.

“Свеча горела на столе Свеча горела...»

Продолжая восполнять пробелы в чтении классики, очень обрадовалась, что прочитала этот удивительный роман сейчас, а не раньше. До таких вещей надо «дорасти», очень глубоко и сейчас тоже не уверена что вот прямо все все поняла, думаю что можно глубже... Читать этот роман можно по разному.... Можно как произведение, написанное замечательным и поэтичным литературным языком, наслаждаясь его изгибами и поворотами : «апельсиновая гуща вечера», «ананасовый снег», «рябина в снегу как в сахаре». Можно как трагический любовный роман, с его чувственными перипетиями, обманами, обретениями и утратами, с непредсказуем концом или наоборот слишком предсказуемым. Можно как историческое произведение о революции, но тогда неизбежно возникает вопрос: чем же она была : добром или злом? Как у Гёте « Фауст» : «Я часть той силы, что вечно хочет зла, Но вечно совершает благо». В данном случае благо видно плохо.... Можно читать, как автобиографическую историю, так как если озаботиться и напомнить себе биографию Пастернака, то конечно найдётся много сходного. И вот ещё один вариант, ставший для меня немного неожиданным: как местическо- эзотерическое произведение. Да да! Прочитав роман, я читала о нем интересные факты в интернете и наткнулась на книгу «Пастернак на эзотерическом перекрёстке. Масонство и алхимия в Докторе Живаго» С. Буров Такой поворот мысли стал для меня неожиданным и интересным , книгу эту я ещё не читала, но непременно это сделаю. Так вот поразмыслив немного на эту тему пришла к тому, что возможно действительно есть тут мистическая составляющая. Во первых, кто же этот таинственный брат Евграф, появляющийся из неоткуда, одаряющий милостями и исчезающий в никуда. Маркел, как бы не в значай назвавший доктора каменщиком. Хитросплетения судьбы, бросающие в одну точку пространства и времени героев, переплетающих их, но они об этом даже не догадывались, мистические совпадения... Наконец, Кубариха, творящая свои заговоры.... Вобщем, думаю можно прочитать монографию Бурова и через неё углубить понимание романа Пастернака или по крайней мере « расширить свои горизонты видения». И наконец, последний вариант прочтения : понять, что все все вышеперечисленное и многое другое это одно целое, понять масштабность и неординарность произведения, его многогранность.... На мой взгляд, действительно великая вещь! Всем отличного чтения)))

Недавно я услышала историю о том, как иностранец спросил, отчего в наших храмах нет скамей, как у католиков. Ему долго объясняли про традиции и всякое соответствующее. Выслушав, он резюмировал: «Вам просто нравится страдать». При прочтении романа меня не оставляла эта мысль про страдания. В такие тяжелые времена, какие описываются, человек безусловно претерпевает страдания всех мастей, как физические, так и психологические. Однако же у главного героя будто бы дополнительная миссия найти или создать еще поводов для страдания, особенно в отношениях с женщинами. Мне трудно оценить роман по достоинству, поскольку к концу произведения мое сочувствие к Юрию Живаго переросло в неприязнь, и это чувство заслонило всю общую картину. Даже и не могу найти слов для объяснения моей пристрастности, поскольку в общем и целом в главные герои выведен человек приличный, интеллигентный, тонко чувствующий и талантливый. Однако, как писал Рытхэу про жизнь канадца среди чукч, «стыд, гурманство и брезгливость» плохо помогают выживанию, а в ту эпоху речь шла именно о выживании среди войны, преследований, лишений и голода. Все же, как бы ни вставал предо мной образ главного героя, нельзя обойти и других персонажей, среди которых самым достойным мне кажется Тоня и жаль, что она довольно скупо выписана. Лара автору удалась больше, она представляется яснее, зато и неоднозначнее. Прочие мужские персонажи, особенно Стрельников мне показались неубедительными, подобны статистам в массовке. А Евграф? Это вообще что за персонаж, единственно необходимый для решения чужих проблем? И, видимо, я неблагодарный читатель, поскольку все они мне поднадоели к концу произведения, да, особенно Юрий. И, видимо, я еще и невезучий в сердечных чувствах читатель, поскольку в любовь такую как у них, с атрофией прочих жизненных потребностей, я и не поверила. Самое вкусное я оставила напоследок. Деликатес и десерт – это описания природы в романе. Пастернак-поэт все самые красивые, все проникновенные и душевные слова подарил пейзажам, лесам, полям, городам, садам и деревням, дням, ночам, утрам и вечерам. Художник! Истинное наслаждение! Не меньшее удовольствие доставил и чтец этого романа, Алексей Борзунов. Даже проходная свара двух баб в его исполнении является перед глазами как яркая жизненная сценка, не говоря уже о таких моментах, как проникновенные объяснения в любви между героями. Большое ему спасибо! Многие цитаты из книги тем не менее прочно заняли свое место в моих размышлениях. Однако, глядя на героев, кажется, что не всегда полезно излишне копаться в себе. «Сознание – свет, бьющий наружу, сознание освещает перед нами дорогу, чтобы не споткнуться. Сознание - это зажженные фары впереди идущего паровоза. Обратите их светом внутрь и случится катастрофа.»

Долго я подступалась к это книге, а потом столь же долго ее читала (дольше чем "Детскую книгу" Байетт, которая почти в два раза толще).

Дело даже не в том количестве идей, размышлений, персонажей (как сказала мне одна знакомая "автор разве что лошадей по именам не называет"), любовных треугольников, отвлеченных веток и даже не в красивом как песня, метафоричном, но таком "завороченном" языке Пастернака (таком, что я не смогла слушать книгу в аудиоформате, потому что постоянно сбивалась с того, на чем мы остановились и о чем, отвлекаясь и уходя в сравнения и образы, рассказывает нам Пастернак).

Дело в общем ощущении муторности и беспросветности книги, в ее "жизненности", когда автор показывает не героических героев, не предательских предателей, а обычных "серых" людей, у которых нет идеалов, за которые хочется умирать, нет четких политических убеждений, и которые день за днем тянут лямку , пока вокруг них рассыпается и меняется страна.

Главный герой книги Юрий Живаго вряд ли вызовет ваше восхищение, правда и для того, чтобы вызвать неприязнь, его тоже "маловато". Он прозрачен как стекло, через которое мы следим за судьбой России до и после революции.  Только стекло это мутное, запотевшее, а картина за окном слишком ограничена рамой окна. Мы "живем" с Юрием с момента, когда он теряет свою мать  и провожаем его в последний путь, но так и не становимся с ним "друзьями", потому что невозможно стать другом человеку, который сам по себе на картину мира не влияет, он всего лишь "проектор".

А может быть Живаго это и есть сама Россия. Умеющая любить, талантливая, но лишенная воли (как писала Тоня про Юрия), неприкаянная, мотающаяся на ветру от одной идеи к другой, неумытая и вся расхлябанная, немного "блаженная" как герой в последние годы своей жизни.

Почему во всех аннотациях и отзывах роман подается в том числе как история любви между Юрием и Ларой? Вы знаете, что эта самая любовь начнется лишь в последней трети романа? Что все остальное время у героя вообще-то будет жена и дети? Что история любви это вообще-то история предательства, которое началось в момент, когда герой, вернувшись из плена партизан, приезжает не в дом своей семьи (где у него в его отсутствие родилась дочь), а в дом к Ларе? А когда узнает, что семья в Москве, забывает об этом вплоть до того момента, когда от них приходит письмо и ничего уже нельзя исправить?

Это умение "не замечать" вообще свойственно Юрию, хотя по его долгим размышлениям , кажется, что он видит больше всех, но нет, он просто отражает мир, но не впускает его в себя.

Самое интересное для меня в истории была судьба Лары в первой половине книги. Ее юношеская связь с Комаровским, который ее соблазнил, ее зависимость от него и чувств девушки, которая и тяготится этими отношениями и не может их разорвать, потому что Комаровский старше, опытнее, он манипулятор и заставляет Лару одновременно чувствовать себя и "грязной" и "особенной"... с точки зрения психологии это описано прекрасно! Но с Юрием Лара становится также "бесцветна" и безлика. Мне понравилось, как автор на примере Лары показывает, что даже с ней Живаго остался собой, не тем, кто готов сражаться, но фаталистом, а еще то, как отношение женщины к детям (в момент кризиса Лара ради дочери делает решительный шаг и соглашается даже на помощь неприятного ей человека, в то время как Юрий легко забывает и первых детей и неродную Катеньку и детей от третьего брака).

Роман начинается и заканчивается похоронами, а как хорош лиловый цвет отсылкой к смерти в платье Мадемуазель Флери ...

Книгу по-хорошему надо перечитывать, в ней очень много смыслов, тем, рассуждений, но до этого перечита точно надо дозреть...

Я смогла впервые прочитать этот текст только в 30 лет, а могла бы и раньше, как стало теперь понятно: густая поэтичность языка и философские монологи пугают (замедляют) только вначале, а дальше, в принципе, балансируются сменой событий, сюжетами и диалогами.

Мысли у меня, как обычно, не про текст, а вокруг: не совсем поняв пассаж про евреев и рядом – про христианство, которое якобы выдвинуло вперед личность, я решила: схожу на книжный клуб, посмотрю, как взрослые люди обсуждают книги, заодно, авось, у них и выясню, что мне непонятно.

Ну и вообще, хотелось посмотреть, как модерируются такие мероприятия, когда не надо, как у школьников я, проверять качество чтения, когда якобы будет свободное мышление (тут на Ы ударение, хоть я не уверена, что так можно кому-то из живых, кроме Дымарского).

Опыт оказался провалом. Полтора часа рябину в сахаре обсуждали, какая природа откликающаяся на события, что-то там про всеобщую безотцовщину.

А мне вот не было дела ни до природы, ни до рябины. Кроме упомянутых выше евреев и христианства, было мне дело еще до стола: как же я понимаю Живаго, когда он видит стол, переехав уж не помню куда на этот раз и в который раз, и такой думает: ура-а-а, сейчас бы прямо сел и занялся бумагами!

Страсть как и мне хочется всю жизнь сидеть за столом и что-то там писать.

Нет, вру, не всю.

Когда гроб с Живаго поставили на тот же стол, я как давай реветь... А эта глава случилась перед сном, весь сон мой сбила. Реву, реву, уже вся его жизнь перед глазами пронеслась. А потом пронеслась моя, ну пока еще не вся. Гляжу на нее и думаю: о, как бледно я смотрюсь на фоне Живаго. И подвига захотелось, и пострадать за идею (ну хоть немножко б! только не сильно!). Отправила, в общем, анкету в программу по отбору педагогов на крайний север на следующий день. Так сказать, каждому своя холодрыга, каждому своя провинция, по масштабу личности и времен.

А на книжном клубе сказали, что Живаго бесхребетный прямо почти совсем, плыл по течению и вообще жене изменил, а значит, следовать его философии, и верить в нее, и в ней разбираться вообще не надо. Он нехороший потому что. Вот я была в шоке. Собрались великовозрастные праведники. И это я еще идеалист?! Ха-ха.

Мы, говорят, никому в книжке не сочувствовали, никого особенно не жалко, ни на чье место себя не ставишь, потому что у Пастернака не конкретные характеры и герои, а все типические какие-то. Не то что у Шолохова! Которому интересна судьба человека! Который так тебя втягивает в сочувствие своим серпом, кого-то там порезавшим (я это не помню).

Сидела я и вообще совсем запутывалась. Кто-то сказал, что у Живаго шизоидный тип личности, он как бы в своем мире. Я, на краю ковра в молчании, подумала, что и у меня, похоже. Не сочувствовали ему. Недостаточно им трагедии. Да разве ж тихая меланхолия, и желание подумать, и грустность этого подумывания, не более страшны и больны, чем порез (зарез?) серпом?!

Живаго не выбрал, видите ли, никакую сторону в это суровое для страны время, когда по течению плыл. «Бывают периоды, когда не выбирать сторону, -- это преступление!» «Ну прямо как сейчас!» «Стыдно сидеть в хате с краю!». Ой! Мама! Какие все граждане в рамках одного книжного клуба, а где же тогда, блин, гражданское общество?

Очень прикольно сходила, поняла, что мнения каких-то там посторонних мне неинтересны, неблизки, и больше не пойду. Не интересен мне, видимо, человек как таковой с его размышлениями. Только персонажи, только столы, только школьники.

Хороший текст у Пастернака, и стихи хорошие.  А у меня сегодня голова болит, да и пишу я это для себя, так что извините если что)))