Цитаты из книги Иностранка

Он же любил повторять, что деньги — зло.

— Особенно те, — соглашалась Маруся, — которых нет…

Задача симпозиума — «попытка футурологического моделирования гражданского, культурного и духовного облика будущей России».
Объект внимания — таинственное багровое пятно на карте. Пятно, я бы добавил, — размером с хорошую шкуру неубитого медведя.

К тридцати годам Маруся поняла, что жизнь состоит из удовольствий. Все остальное можно считать неприятностями. Удовольствия — это цветы, рестораны, любовь, заграничные вещи и музыка. Неприятности — это отсутствие денег, попреки, болезни и чувство вины. Маруся предавалась удовольствиям, разумно избегая неприятностей.

Возвращаясь под утро, Маруся говорила себе — ладно, обойдется. Что-нибудь придумаю в такси. Что-нибудь придумаю в лифте. Что-нибудь скажу экспромтом. Дима удивленно спрашивал: — Где ты была? — Я?! — восклицала Маруся. — Ну. — Что значит — где?! Он спрашивает — где! Допустим, у знакомых. Могу я навестить знакомых?.. Если Дима продолжал расспрашивать, Маруся быстро утомлялась: — Считай, что я пила вино! Считай, что я распущенная женщина! Считай, что мы в разводе!..

– У некоторых певцов красивый голос. А некоторые, как говорится, поют душой. Так вот, голоса у меня нет… Далее следовала короткая пауза. – И души тоже нет… Под смех и аплодисменты Разудалов заканчивал: – Чем пою – сам удивляюсь!..

Я заметил — когда человек влюблен и у него долги, то предметом разговора становится его моральный облик.

Раньше я был абсолютно поглощен собой. Теперь я должен был заботиться не только о себе. А главное, любить не только одного себя. У меня возникла, как сказал бы Лев Толстой, дополнительная зона уязвимости. Жаль, что я не запомнил, когда это чувство появилось впервые. В принципе, это и был настоящий день моего рождения.

Я даже молчание записал на пленку. Причем варианта три или четыре. Благоговейное молчание. Молчание с оттенком недовольства. Молчание, нарушенное возгласом: "Посланник КГБ!". Молчание плюс гулкие шаги докладчика, идущего к трибуне. И так далее.

Дни тянулись одинаковые, как мешки из супермаркета…

Я решил позвонить в гостиницу. Узнать, чем занимается Тася. Выяснить, как поживает наш щенок. Тасю я не застал. Зачем-то позвонил снова. Потом еще раз. Как будто надеялся, что подойдет собака.

Религиозный деятель Лемкус тоже заинтересовался Марусей. Сначала он подарил ей Библию на английском языке. Затем сказал, что Бог предпочитает не устроенных и одиноких. Наконец, пообещал хорошие условия в иной, загробной жизни.

«Бог дал мне то, о чем я его просил. Он сделал меня рядовым литератором, вернее — журналистом. Когда же мне удалось им стать, то выяснилось, что я претендую на большее. Но было поздно. Претензий, следовательно, быть не может."

«Я протянул руку, назвал свое имя. Она сказала: «Тася». И тотчас же выстрелила знаменитая ленинградская пушка. Как будто прозвучал невидимый восклицательный знак. Или заработал таинственный хронометр. Так началась моя погибель»

...Какая еще правда? Был один человек. Прошла зима, весна, лето, осень. Потом опять зима. Еще одно лето. И вот мы расстались. Прошлогодний календарь не годится сегодня.

Казалось бы, люби и все. Гордись, что Бог послал тебе непрошеную милость. Читая гениальные стихи, не думай, какие обороты больше или меньше удались автору. Бери, пока дают, и радуйся. Благодари судьбу.

человек, который беспрерывно спрашивает, должен рано или поздно научиться отвечать

Америка любит сильных, красивых и нахальных. Это страна деловых, целеустремленных людей. Неудачников американцы дружно презирают. Рассчитывать здесь можно только лишь на одного себя...