Цитаты из книги Тошнота

"Каким образом я, у которого не хватает сил удержать собственное прошлое, надеюсь спасти прошлое другого человека? "

Ты видишь ,например ,женщину, понимаешь, что она по стареет, однако ты не ВИДИШЬ, как она стареет, но иногда тебе кажется ,что ты ВИДИШЬ, как она становится старой, и чувствуешь, как сам станешь с ней вместе ,-это и есть чувства приключения.

Во всем своем отяжелевшем теле я чувствовал наступление второй половины дня.
Не моего дня, а их, – второй половины дня, которую сто тысяч бувильцев проживут сообща.

Вы как та девка, - ее еще не лапают, а она уже вырывается.

Я думал: "Пожалуй, ничем на свете я не дорожу так как предчувствием приключения. Но оно является по своей прихоти и мгновенно уходит, и когда оно уходит, я исчерпан до дна! Но неужто же оно наносит мне эти краткие иронические визиты лишь для того, чтобы доказать мне, что я прохлопал свою жизнь?"

Вскакиваю рывком — если б только я мог перестать думать, мне стало бы легче. Мысли — вот от чего особенно муторно...

–А теперь, мсье, я больше не одинок.
–Вот как! У вас много знакомых?–спрашиваю я.
Он улыбается, и мне тотчас становится ясно, сколь я наивен.
–Я имею в виду, что я больше не чувствую себя одиноким, но само собой, мсье, для этого нет необходимости с кем-то встречаться.

"Будешь слишком долго глядеться в зеркало, увидешь в нем обезьяну".

Сыр, — решаюсь я, призывая на помощь весь свой героизм. 

Обедать с ним охоты у меня не больше, чем лезть в петлю. 

Я отброшен в настоящее, покинут в нем. 

В мгновение ока она исторгла меня из себя, и все сознание мира тоже меня исторгло.

— Не успел бы я сказать слово, сделать движение, отдышаться, как ты начала бы хмуриться и я сразу почувствовал бы, что провинился, сам не знаю в чем. Потом с каждой минутой мои оплошности множились бы и я был бы кругом виноват…

— Ты приходил, говорил, уходил — и все невпопад. 

Вот, например, в тот вечер, в «Приюте путейцев», подтяжки Адольфа. Они НЕ БЫЛИ фиолетовыми. Передо мной вновь встали два не поддающихся определению пятна на рубашке. И камень, пресловутый камень, с которого и началась вся эта история: он не был… я уже не помнил в точности, каким он отказывался быть. Но я не забыл его пассивного сопротивления.

В Мекнесе, в Танжере, бывало, я вечером приду к себе и на кровати нахожу записку: «Хочу тебя видеть немедленно». Бегу, Анни открывает мне дверь, удивленно вздернув брови: ей больше нечего мне сказать, ее даже немного злит, что я пришел.

Чувство приключения – это, пожалуй, попросту и есть чувство необратимости времени.

Третий глaз, который постепенно рaспрострaнится по всему лицу, конечно, лишний, но не более чем двa первых.