Цитаты из книги Девушка в поезде

Мой оркестр - пёстр

Моя казнь - сарказм

Моё золото - лото

Моё лого - лего

— Я понимаю, хотя и не уверен, что это похоже на реальное счастье, – говорит он. – На то счастье, которое может поддержать и придать сил в трудную минуту.

Он проводил меня на кухню. Тут царит беспорядок: горы грязной посуды на столе и в раковине, мусорное ведро забито доверху пустыми упаковками. Может, у него тоже депрессия?

Когда он повторил это в третий раз, я подумала, что он пытается убедить в этом самого себя.

Что я себе вообразила? Что между нами возникла какая-то связь и что у нас все серьезно? Он и не собирался со мной никуда ехать. А я ему на секунду – больше, чем на секунду, – поверила, и это меня по-настоящему приводит в ярость. Я оказалось наивной и доверчивой дурой. А он смеялся надо мной с самого начала.

Мне очень нравится ходить вот так втроем. Я вижу, как прохожие смотрят на нас и думают, какая мы чудесная семья. Это наполняет меня гордостью, в своей жизни я ничем не гордилась так сильно. Я чувствую, как меня переполняет счастье.

«Так вот из-за чего весь сыр-бор! Не знал, что бывает такая любовь! Это самый счастливый день в моей жизни!» Том о появлении ребенка

Коли цей будинок, чорт забирай, став таким маленьким? Коли моє життя стало таким нудним? Невже цього я прагнула? Щось не пригадую. Єдине, що мені відомо - ще кілька місяців тому я відчувала себе набагато краще, а тепер мені не сила ані думати, ані спати, ані малювати. Тож бажання кудись утекти стає непереборним. Уночі, коли лежу без сну, я навіть чую це - тихе, але безжалісне, безсумнівне шепотіння у мене в голові: "Біжи не оглядаючись."

Коли все почалося - моя деградація; усе гадаю: на якому етапі я зможу зупинитися. Де я повернула не в той бік?

Это, конечно, странное заявление, но я думаю об этом постоянно. Я чувствую себя недостаточно плохо. Я знаю, в чем виновата, знаю об ужасных вещах, которые вытворяла, даже если не помню деталей, но они существуют как бы отдельно от меня, и внутренне я не ощущаю своей к ним причастности.

Том тогда работал дома, и я едва успевала переступить порог, как он начинал меня раздевать. даже сейчас, вспоминая об этом, я улыбаюсь и невольно предвкушаю то, что меня ожидало. мои щеки пылали, пока я бежала, и я кусала губы, чтобы перестать глупо улыбаться. при мысли о нем и о том, что он тоже считает минуты, не в силах дождаться моего возвращения, у меня перехватывало дыхание

Я знаю, что если начну сейчас пить, то час или два буду чувствовать себя лучше, а шесть или семь лет – хуже.

И вот я не могу его видеть. Ну, вообще-то могу, и смотрю, и хочу смотреть, но в то же время не хочу и стараюсь этого не делать. Каждый день говорю себе не смотреть и каждый день смотрю. Я ничего не могу с собой поделать, хотя ничего не хочу там увидеть, а если что и увижу, то это только принесёт боль.

Бывают дни, когда мне так плохо, что мне обязательно нужно выпить; бывают дни, когда мне так плохо, что пить я не могу. Сегодня сама мысль об алкоголе вызывает тошноту. Но быть трезвой на вечернем поезде, особенно в такую жару – задача не из легких.

Потом осторожно разглядываю свои ноги. Выше колен много синяков – обычная картина для тех, кто перебирает спиртного и натыкается при ходьбе на разные предметы.

Больше всего меня злит, что не поставлена последняя точка и я не могу начать все заново с кем-то другим - это слишком тяжело.