В аннотации к рассматриваемому роману, сказано, что «Женщины Лазаря» – необычная семейная сага, от начала прошлого века до наших дней. Что это – роман о большой ЛЮБВИ и большой НЕЛЮБВИ.
Главный герой его, Лазарь Линдт, гениальный ученый и большой ребенок, «беззаконная комета в кругу расчисленных светил» – центр инфернальных личных историй трех незаурядных женщин.
Бездетную Марусю, жену его старшего друга, смешной юноша, гений-самоучка, возникший на пороге ее дома в 1918 году, полюбит совсем не сыновней любовью, но это останется его тайной.
Уже после войны в закрытом городе N светило советской науки влюбится по уши в молоденькую Галину и буквально украдет её в другую жизнь, но… заслужит только нешуточную ненависть.
Третья «женщина Лазаря» – внучка-сирота, Лидочка, унаследует его гениальную натуру, но будет мечтать только об одном – «обрести свой, невоображаемый дом, полный тепла и скрипа настоящих половиц».
Книга написана хорошим авторским литературным языком, в котором даже вкрапления ненормативной лексики выглядят органично и оправданно.
Но вызывает удивление тот факт, что описанные в ней три героини романа, никак не могут считаться «женщинами Лазаря», при всей гениальности этого, четвёртого героя повествования, как будто бы списанного с известного физика-ядерщика Льва Ландау.
Ровесник двадцатого века, Лазарь Линдт или, как именует его первая из женщин романа, Маруся – Лесик, появляется на страницах книги в 1918 году.
Молодая советская Россия только начала своё шествие по страницам Истории и тяжёлая сила, так хорошо описанного А. Солженициным «красного колеса», перемалывала людские судьбы и жизни так же равнодушно и основательно, что не оставляла никаких надежд на милосердие и сочувствие к людским судьбам.
И только гениальность, так необходимая этому новому миру, да чудо приобщения к большой науке, в которой профессор Челдонов был одним из столпов, дала возможность гению Лесика не только реализоваться, но и стать обрести броню (в виде приставленного к нему чекиста Николаича) от возможного уничтожения этим безжалостным «колесом судьбы».
Ну, а «первая женщина», Лесика, в которую он мгновенно и на долгие годы влюбился, несмотря на сорокалетнюю разницу в возрасте, так и не стала его женщиной, ибо всегда, от начала и до конца относилась к нему, по-матерински.
Вот и получается, что не была она – «женщиной Лазаря»!
Ничто не вечно под луной. И вот, уже вполне состарившийся Лазарь Линдт, знаменитый и обласканный властью учёный, похоронивший свою Марусю, обретает новую любовь, Галину-лаборантку из их института, причём обретает в духе того времени.
И неважно было, что лаборантка эта, влюблена была в молодого студента, что готовилась она к своей, уже намеченной свадьбе. Гению – дозволено всё!
Вездесущий чекист Николаич, так убедительно объяснил Галочке, что будет с ней, её семьёй и её любимым, если она «взбрыкнётся», что ничего иного не осталось молодой женщине, как стать женой профессора и лауреата сталинских премий.
Только о душе у неё, с тех пор поселилась ненависть к старику-мужу, да предельное равнодушие к их общему сыну – Борису.
Таким образом, и вторая героиня романа, может считаться «женщиной Лазаря» лишь номинально, по регистрационному штампу в её паспорте.
Что же касается третьей женщины Лазаря» то тут и вовсе говорить не о чем, поскольку Лидочка, просто-напросто была дочерью сына академика Ландта, то есть – его внучкой, и никоим образом не могла принадлежать к числу его «женщин».
Но именно ей пришлось отвечать собой за всё, что сотворено было её дедушкой…
До семнадцатилетнего возраста она прошла жёсткую дрессуру начинающей балерины и не потому, что тело её было приспособлено к танцу, а так, по желанию взрослых. Тех, кто так и не познал счастья большой дружной семьи и любви к детям, а просто исполнял положенное.
Правда концовка романа написана в духе «хэппи-энда» и Лидочка как бы находит своё счастье. Но сама драматургия романа, несмотря на несомненный талант автора, всё-таки приводит нас к иному выводу.
И я бы, назвал эту книгу не «Женщины Лазаря», поскольку ничего от библейского патриарха в романном Лазаре нет, а – «Женщины эпохи распада»!
Вот и думай теперь прав или нет Моцарт, волею Александра Сергеевича Пушкина сказавший, что гений и злодейство – «несовместны»?
А тот, кто захочет со мной поспорить, пусть всё-таки, прочтёт роман, тем более, что само это творение, по своим качествам заслуживает твёрдой четвёрки.
2 понравилось
