Цитаты из книги Избранное

Осетины шумно обступили меня и требовали на водку; но штабс-капитан так грозно на них прикрикнул, что они вмиг разбежались.
– Ведь этакий народ! – сказал он, – и хлеба по-русски назвать не умеет, а выучил: «Офицер, дай на водку!» Уж татары по мне лучше: те хоть непьющие…

Нечего делать, я нанял шесть быков и нескольких осетин.

• Я никогда сам не открываю моих тайн, а ужасно люблю, чтобы их тгадывали, потому что таким образом я всегда могу при случае от них отпереться.

И зачем было судьбе кинуть меня в мирный круг честных контрабандистов?

Лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: 

они там и умерли. 

Одни почитают меня хуже, другие

лучше, чем я в самом деле... Одни скажут: он  был  добрый  малый,  другие  -

мерзавец. И то и другое будет ложно. После этого стоит ли труда жить? а  все

живешь - из любопытства: ожидаешь чего-то нового... Смешно и досадно!

И если есть предопределение, то зачем же нам дана воля, рассудок? Рочему мы должны давать отчет в наших  поступках?

-Так вы не женитесь?...
- Доктор, доктор! Посмотрите на меня: неужели я похож на жениха или на что- нибудь подобное?

Желчь моя взволновалась, я начал шутя- и окончил искренней злостью.

Из чего же я хлопочу? Из зависти к Грушницкому? Бедняжка! Он вовсе ее не заслуживает.

Эх, братец! На всё есть манера; многое не говорится, а отгадывается....

Я сказал ей одну из тех фраз, которые у всякого должны быть заготовлены на подобный случай.

никогда не должно отвергать кающегося преступника: с отчаяния он может сделаться еще вдвое преступнее... и тогда...

Если я имел дерзость вас чем-нибудь оскорбить, то позвольте мне иметь еще большую дерзость просить у вас прощения...

Какая бы горесть ни лежала на сердце, какое бы беспокойство ни томило мысль, всё в минуту рассеется; на душе станет легко, усталость тела победит тревогу ума.

Тут между нами начался один из тех разговоров, которых повторить нельзя и нельзя даже запомнить: значение звуков заменяет и дополняет значение слов, как в итальянской опере.

надобно отдать справедливость женщинам: они имеют инстинкт красоты душевной.

Какое-то отрадное чувство разлито во всех моих жилах. Воздух чист и свеж, как  поцелуй ребенка; солнце ярко, небо сине- чего бы, кажется, больше? зачем тут страсти, желания, сожаления?...

И не смешно ли было бы жаловаться начальству, что слепой мальчик меня обокрал, а восьмнадцатилетняя девушка чуть-чуть не утопила?

Откуда ветер, оттуда счастье.
Где поётся, там и счастливится.