Дядя Зяма

Эти разговор продолжались до тех пор, пока не отыскался здоровенный необрезанный, купец из рассейской глубинки, одна из тех широких фоняцких натур, которые с помощью острого ума до обеда успевают заработать большие деньги, а вечером в дорогих ресторанах напиваются и бьют от широты душевной зеркала или мажут официанту морду горчицей, а потом платят за оскорбление…

Написал всё подробно. Ничего не забыл, кроме одного. Запамятовал, что собаки, подобно любым другим тварям, нуждаются в пище. То есть их надо кормить — сразу после покупки, во время транспортировки и по прибытии на место, кормить буквально до самой продажи. Большое спасибо! Может, еврею еще и жизнью пожертвовать ради собак? Что они — жена, дети, не рядом будь помянуты? Нет, такая головная боль больше подходит гоям.

Издали почуяв купеческим инстинктом такого зануду, Зяма забрасывал всю свою пеструю лавочку на плечо и качал загорелой, обветренной головой: — Ох, уважаемый, уважаемый! Вам что, перевести на латынь, чтоб вы поняли — это не цена, а слезы…