Цитаты из книги Стража! Стража!

- Я уже бывал тут, - сообщил Колон капралу Шнобби, когда они подходили к Гильдии Шутовских дел и Баламутства. - Когда постучу, прижмись к стене, понял? Молоток был сделан в виде искусственной женской груди - такие молотки очень нравятся регбистам и другим людям, чье чувство юмора было удалено хирургическим путем. Колон пару раз стукнул и отскочил на безопасное расстояние.

- Выглядит... знакомо, - задумчиво промолвил он. - Где-то я такое уже видел. Послушай... ты же гном, да?

• Чертов нос, - буркнул Дуббинс. - Это он все время меня выдает...

- Я хотел сказать, - очень быстро произнес Колон под аккомпанемент отчаянно кашля капрала Шноббса, - что у молодого Моркоу есть такая штука. Хорькизма называется. Так вот, у него ее целая куча.

• Куча?
• Ага, куча хорькизмы.

- Я повинен поважати якогось хлопця лише тому, що він витяг меч з каменя? Це не робить тебе королем. Майте на увазі, - сказав він, - той, хто забив меч у камінь... отой хлопець, він король.

Коли гном був ввічливим, це означало, що він економив свою здатність бути неприємним для чогось іншого.

Quirke wasn't actually a bad man. He didn't have the imagination. He dealt more in that sort of generalized low-grade unpleasantness which slightly tarnishes the soul of all who come into contact with it. ... (Rather like British Rail.)

дракончикам до фонаря как ты выглядишь, если у тебя в руках кормушка

Официально Анк-Морпорк построен на суглинках, а на самом деле он построен в основном на Анк-Морпорке. Его строили, сжигали, заливали водой и перестраивали столько раз, что фундаментами становились старые подвалы и засыпанные дороги — ископаемые кости и мусор предыдущих Анк-Морпорков.

Обычно в библиотеке Незримого Университета тихо. Шаркают ноги бродящих между стеллажами волшебников, иногда академическую тишину нарушает кашель, периодически — достаточно редко — раздается предсмертный крик неосмотрительного студента, который не отнесся к старинной магической книге с той осторожностью, которой она заслуживала.

Река Анк, вероятно, была единственной рекой во всей множественной вселенной, на поверхности которой можно обвести силуэт трупа.

"Настойка ночи замутила бульон дня". Лорд Витинари ещё раз прочёл предложение и решил, что в общем и целом оно вышло неплохим. Особенно ему понравилось слово "настойка". Настойка. Настойка. Оно было отличительным словом и приятно противопоставлялось простому слову "бульон". Бульон дня. Да. В котором ещё плавали крошки печенья после пятичасового чаепития. ("Ноги из глины")

- ну.. Говорят...

• Кто?
• Вообще говорят, сэр. Понимаете? Вообще.
• А, те самые, которые "всё про всех знают"? Народ, так сказать?
• Так точно, сэр. Он самый.

Такое мышление было старой болезнью. Она передается с коронами, со всякими глупыми сказками. Начинаешь верить – ха! – что какой-то глупый фокус, типа вытягивания меча из камня, может дать человеку право претендовать на королевскую должность.

Как говорят клатчцы, без огня да в полымя.

Мне не нравится элемент принуждения, - сказал Моркоу. - Мы здесь не для того, чтобы запугивать этого беднягу. Он такой же городской служащий, как и мы. Ты поступил неправильно, заставив его испугаться. Неужели нельзя просто попросить?

И, даже встав перед перспективой утопить Анк-Морпорк в море крови, Эдуард переплывет это море, лишь бы усадить на трон законного короля, ибо нет поступка слишком подлого, когда речь идёт о защите короны. О да, истинный романтик.

На протяжении многих веков мы договаривались с соседями, - думал он. - Ладили. В общем-то, этим наша международная политика и ограничивалась. Но сейчас я услышал, что мы, похоже, объявили войну древней цивилизации, с которой всегда находили общий язык - то есть более или менее, даже несмотря на их забавное наречие. В конечном итоге мы объявили войну миру. И что хуже всего, мы, наверное, победим.

У благородных драконов нет друзей.

Раса... пораженцев, вот что такое эти драконы. Рождены, чтобы проигрывать. Живи быстро, умри красиво.