Цитаты из книги Стража! Стража!

– Эт-то что еще такое? – величественно осведомилась ее светлость. Обладай госпожа Овнец склонностью к ретроспективным размышлениям, она сама признала бы, что реплика эта оригинальностью не отличалась. Причина, по которой клише становятся Клише, заключается в том, что они являются молотками и отвертками в наборе «сделай сам», предназначенном для общения.

Оборудование было никуда не годным. Она спёрла из Гильдии всё, что могла, но настоящая алхимическая лаборатория должна быть битком набита всякими банками-склянками, выглядящими так, словно их сотворил страдающий икотой стеклодув. И настоящий алхимик не должен ставить опыты, используя в качестве мензурки кружку с рисунком плюшевого мишки, из-за которой капрал Шноббс наверняка расстроится, когда не найдёт её на прежнем месте. Стр. 213

О нет! Я не могу умереть. Ни на секунду. Сейчас самый неподходящий момент. Я еще не составил каталог боевых булочек!

- Давайте исходить из того, что я не получил  образования в области изящной словесности.

Книга называлась "Как разводить животных". Сначала название показалось ему странным, в конце концов даже если животных получится развести, много ли с них возьмешь. Но потом  оказалось, что она всего лишь про то как размножаться овцам, коровам и свиньям. Теперь он ломал голову, есть ли на свете книга , по которой скоты могли бы научиться читать , чтобы узнать как им положено размножаться.

На штуки вроде географии и метеорологии люди смотрят свысока, и не только потому, что первая у них под ногами, а из-за второй они промокают до нитки. Дело в том, что ни одна из них не похожа на настоящую науку. Но если география - это просто заторможенная физика, из которой там и сям торчат деревья, то метеорология преисполнена изысканного хаоса и восхитительной сложности. Взять, например, лето. Это не только время, но и место. А еще лето - живое существо, и зимой оно отправляется на юг.

Даже прыщи чаще выходят в люди.

Ему было тщательно растолковано, что, несмотря на внешность библиотекаря, законы, применяемые к животному царству, к данному орангутану не применяются. С другой стороны, библиотекарь не особо настаивал, чтобы к нему применяли законы, принятые в царстве людей. Он был одной из тех небольших аномалий, от которых стоит держаться подальше.

Мы находим видного парня, который умеет слушаться, он убивает дракона, и дело в шляпе.

Банальности текли и текли, и Ваймс предпочел отдаться течению собственных мыслей.

– Увы, бедняга Воунз был хорошим слугой, но несостоятельным господином.

Мы должны держаться друг друга, всё равно с нами никто больше не хочет водиться.

Достабль взял с маленькой жаровни здоровущую вилку и бережно ткнул ею в ягодицу большой женщины прямо перед ними. – Чуть-чуть в сторонку, мадам, коммерция и в самом деле двигатель городской жизни, благодарю, благодарю.

Сержант Колон покосился на госпожу Овнец, которая так и полыхала моральной поддержкой. Так что трусить нельзя.

Даже чашка чая в руке госпожи Овнец выглядела готовым разить клинком.

Он постучал. Ответом было усилившееся уханье, к которому теперь добавилось странное посвистывание. Ворота открылись. Над ним нависло нечто ужасное. – А, здравствуй, добрый человек. Ты о спаривании что-нибудь знаешь? – прогрохотало оно.

Он развернулся, чтобы уходить, и чуть было не врезался в стену кольчуги, которая на самом деле была Моркоу.

Я чуть было не увидел его коленки! Ее коленки… – У всех есть коленки. – Может, и так, но светить ими не стоит. Я-то привык к коленкам. Я могу смотреть на них и думать: «Ну да, коленки, это как локти, только на ногах», но некоторые парни…