Цитаты из книги Последние дни Помпей

Эти сырые подземелья дают роскошь верхним покоям. Они как труженики - мы презираем их за грубость, а они питают ту гордыню, которая ими пренебрегает.

В тот век, как и во все остальные, истинное горе было глубоким и тихим.

Гостей рассадили так, что молодые (мужчины и женщины) сидели отдельно от пожилых. Это было очень удобно, но те, кто хотел считаться молодым, легко могли обидеться.

- ... Нет, серьезно, мы, италийцы, ужасно себялюбивы.

• Таковы все люди, которые лишены свободы, - сказал Главк со вздохом. - Только свобода заставляет человека жертвовать собой ради другого.
• В таком случае, свобода - очень тяжелая вещь для эпикурейца.

Клянусь Вакхом, я иногда сомневаюсь, берем ли мы, наслаждаясь, от жизни все, что на может дать!

Для господствующей религии дух нетерпимости пагубен, а религию слабую и преследуемую он укрепляет.

Насколько женский ум даже во мщении изобретательней нашего!

Быть может ни в одной стране не увидишь столько ужасных старух, сколько в Италии, ни в одной стране красота не превращается с возрастом в такое жуткое и отталкивающее уродство.

Я люблю, и - вот до чего дожила Юлия! - люблю без взаимности. Это унижает... или нет, не унижает, а уязвляет мою гордость. Я заставлю этого неблагодарного пасть к моим ногам - не для того, чтобы поднять его, а чтобы отшвырнуть.

Отец, какие бы силы ни взирали на землю с небес, они не найдут долга более священного, чем жертва, принесенная старому отцу благодарным сыном!

Нечего меня дурой обзывать, старый пень! Тигр -это замечательно, особенно если он кого-нибудь сожрет.

Дурной вкус так же древен, как и хороший.

В потустороннем мире есть два неосязаемых и духовных властителя: то, что было и то, что будет!

И этот человек, который умел скептически относиться к могуществу богов, слепо веровал в могущество человека.

Выхода из этой тюрьмы не было, и ему оставалось одно - превратить ее во дворец.

У Арбака был сложный, причудливый характер, с которым он, несмотря на свой ум, не мог совладать.

Пробьет час и Египет будет отмщен. Конь варвара превратит в стойло золотое обиталище Нерона! Тот, кто послал ветер, пожнет бурю, и она опустошит все.

В радости он презирал ее, в горе - завидовал.

Она была защищена панцирем, как святой - своим благочестием, мудрец - своей мудростью или влюбленный - надеждой. Она не воспринимала перемен и потрясений времени, она сама была как бы символом времени, медленная, неуклонная, вечная, чуждая страстей, волнений и усталости смертных. Бедная черепаха!

Древние италийцы все готовы были продать, а тем более бедную слепую девушку - в этом отношении они мало отличались от нынешних итальянцев.