Цитаты из книги Архипелаг ГУЛАГ

Без права переписки». А это уже значит — навсегда. «Без права переписки» — это почти наверняка: расстрелян

И ничего святого нет во время обыска! При аресте паровозного машиниста Иношина в комнате стоял гробик с его только что умершим ребёнком. Юристы выбросили ребёнка из гробика, они искали и там. И вытряхивают больных из постели, и разбинтовывают повязки[3]. И ничто во время обыска не может быть признано нелепым!

Традиционный арест—это ещё сборы дрожащими руками для уводимого: смены белья, куска мыла, какой–то еды, и никто не знает, что надо, что можно и как лучше одеть, а оперативники торопят и обрывают: «Ничего не надо. Там накормят. Там тепло». (Всё лгут. А торопят — для страху.)

"Сталин принадлежит мировому коммунистическому движению!" - Да. И - уголовному кодексу.

"За что дали?" - "Да ни за что". - "Врешь. Ни за что - десять дают!"

Каждая травинка хрупким стеблем пробивается, чтобы жить. А ты - ляг и растопчись. Хоть с опозданием - умри сейчас, раз уж не мог умереть на поле боя, и тогда тебя судить не будут.

"России гордые сыны", они нужны были ей, поуа ложились под танки, пока еще можно было поднять их в атаку. А взяться кормить их в плену? Лишние едоки. И лишние свидетели позорных поражений.

Родина, изменившая своими солдатам, — разве это Родина?

Идеология! — это она даёт искомое оправдание злодейству и нужную долгую твёрдость злодею. Та общественная теория, которая помогает ему перед собой и перед другими обелять свои поступки и слышать не укоры, не проклятья, а хвалы и почёт. Так инквизиторы укрепляли себя христианством, завоеватели — величием родины, колонизаторы — цивилизацией, нацисты — расой, якобинцы и большевики — равенством, братством, счастьем будущих поколений.

Но линия, разделяющая добро и зло, пересекает сердце каждого человека. И кто уничтожит кусок своего сердца?..

Вселенная имеет столько центров, сколько в ней живых существ.

Не имейте! Ничего не имейте! - учили нас Будда и Христос, стоики, циники. Почему же никак не вонмем мы, жадные, этой простой проповеди? Не поймём что имуществом губим душу свою?
...
То имей, что что можно всегда пронести с собой: знай языки, знай страны, знай людей. Пусть будет путевым мешком твоим - твоя память. Запоминай! запоминай! Только эти горькие семена, может быть, когда-нибудь и тронутся в рост.

То - голову с плеч, то - пляши изба и печь!

Надежда! Что больше ты - крепишь или расслабляешь?

Вечная простота решения, когда оно уже найдено!

Эх, если б это вовремя знать! Вернее: если бы это было действительно так

Принцип нашего следствия ещё и в том, чтобы лишить подследственного даже знания закона

Полынь во рту!