Цитаты из книги M Is for Magic

"И знаете что хуже всего? Он сказал это так... будто от чистого сердца! Хитрый сукин сын."

"Знаете что? Никогда не сердите вселенную! Потому что если вы ее рассердите, она посмотрит на вас точно такими глазами!"

"Когда слышишь стихи, всегда понимаешь, что это - поэзия. Даже если не знаешь языка."

"...но твердо зная:мне очень нужно все, что она захочет мне дать."

"Но где разница между болезнью и подлинным искусством?"

"- Если угодно. Я - поэма... А может я ритм... А может, я - древний народ, чей мир поглотило море...
- А... э-э-э... А не трудно тебе быть тремя вещами сразу?
- Значит, ты - Инн...и ты мужского пола... и ты двуногий. Не трудно быть тремя вещами сразу?"

"- Как тебя зовут?
- Триолет.
- ...Красивое имя.
- Это такая форма стиха. Вроде меня.
- Ты что поэма?"

...главными источниками любого красивого мошенничества являются человеческое тщеславие и жадность.

Он был похож на маленькую пантеру и двигался, словно клочок ночи.

Не поймите меня неправильно, в этом полумраке все девушки были прекрасны; у них у всех были такие красивые лица, но, что гораздо важнее, в них было... даже не знаю... какое-то волшебное своеобразие, легкая асимметрия пропорций, некая странная человечность, которая отличает истинную красоту от холодной безупречности манекена.

... когда мы еще дети, мы просто мальчики и девочки, растем вместе, с одинаковой скоростью, нам по пять, по семь, по одиннадцать лет. А потом – раз! – и девчонки как будто вдруг попадают в будущее, они все про все знают, у них месячные, и грудь, и косметика, и бог-еще-знает-что – а ты застрял где-то на уровне четырнадцатилетнего подростка. И диаграммы в учебниках по биологии не делают тебя, в прямом смысле слова, совершеннолетним. А девчонки, твои ровесницы, уже вполне себе совершеннолетние.

Моих родителей в отличие от предков Вика всегда волновало, где я и что я. Он был самым младшим из пяти братьев. Мне это казалось почти волшебством: имея двух младших сестер, я чувствовал себя уникальным и одиноким одновременно.

Знаете, что самое странное в поэзии? Когда слышишь стихи, всегда понимаешь, что это - поэзия, даже не зная языка.

Жил-был мальчик, которому было по-настоящему плохо в его родном доме, хотя его не бил. Просто он не подходил ни своей семье, ни своему городу, ни своей жизни.

Я - поэма, я - ритм, я - погибшая раса, чей мир поглотило море.

Есть ли, которые считают, что им жилось бы лучше, если бы они уехали куда-нибудь в другое место, а приехав туда, понимают, что ничего не вышло. Куда бы ты ни отправился, от себя не уйти.

Fantasy gets into your bones. There's a curve in a road I sometimes pass, a view of village on rolling green hills, and, behind it, huger, craggier, grayer hills and, in the distance, mountains and mist, that I cannot see without remembering reading The Lord of The Rings. The book is somewhere inside me, and that view brings it to the surface.

Родитель-наставник поглотил меня, и я оказалась здесь, в гниющем куске мяса на каркасе из кальция. Едва я воплотилась, внутри у меня затряслось, зачавкало и захлюпало. Я сказал родителю-наставнику, что предпочла бы умереть — в тот раз мне впервые пришлось проталкивать воздух через рот и вибрировать голосовыми связками — и он признался, что смерть неизбежна на выходе из твёрдого мира.

Когда дело касалось слизней, миссис Уитекер была очень добросердечна. Она относила их в дальний конец сада, который выходил на железнодорожные пути, и выбрасывала через забор.