Цитаты из книги Туман

Волнение, вызванное бурей, а потом полицейскими и пожарными сиренами, растерянность, которую средний американец всегда испытывает при нарушении электростабжения, атмосфера нарастающей напряженности, все это вдруг заставило людей зашевелиться.

Что-то шло мимо, лишь это я могу сказать с уверенностью. Отчасти потому, что туман позволил разглядеть детали только мельком, но я думаю, с таким же успехом это можно объяснить и тем, что некоторые вещи мозга человека просто не приемлет. Бывают явление настолько тёмные и ужасные — равно как, я полагаю, и невероятно прекрасные, — что они просто не могут пройти через крошечные двери человеческого восприятия.

Мешает моё последнее воспоминание о ней: я вижу её в мягкой соломенной шляпе, в садовых перчатках, на дорожке к нашему маленькому огороду, а позади неотвратимо накатывает с озера туман.

В этой женщине есть что-то ядовитое. И если людей пугать достаточно сильно и долго, они пойдут за любым, кто пообещает спасение.

Дети так приспосабливаться, что это иногда просто пугает.

Дети видят всё, на что падает их взгляд, и слышат всё, что находится в пределах слышимости. Но если жизнь — это рост сознания, тогда она ещё и сужение восприятия.

Знаете что такое талант? Проклятие ожидания. И надо суметь сжиться с ним ещё в детстве. Если вы можете писать, вам кажется, что Господь создал вас, чтобы превзойти Шекспира. Если вы рисуете, вам кажется... Мне казалось, что он создал меня, чтобы превзойти отца.

Оказалось, я не настолько хорош. Я пытался стать таким, даже больше, чем следовало.

— Там дальше, с миссис Терман, — ответил я. — Занимаются рукоделием. Они уже прошли человечков из персиковых косточек, маски из пакетиков и яблочных кукол, а теперь мистер Маквей показывает ему, как делать маленьких трубочистов.

На груди у Хэтти Терман, высокой, худощавой женщины с красивыми рыжими волосами, в которых только-только начала появляться седина, висели на цепочке с орнаментом очки — такие очки, как я понимаю, с полным правом могут носить лишь женщины средних лет.

Я поймал взгляд Олли и увидел в нём спокойную безнадёжность, которая хуже, чем страх.

У меня мелькнула мысль о том, что, если бы я был её мужем, владельцем этих зеленых глаз и прекрасной фигуры, я не разъезжал бы по делам так часто.

Тем временем в отсутствии "Общества Верящих, Что Земля Плоская" дискуссия нашла себе новый громоотвод, и теперь в этой роли оказалась миссис Кармоди. По вполне понятным причинам она была одна.

Эти маленькие вехи проходят мимо, и мы не замечаем их, а когда перемены вдруг всё таки доходят до сознания, они всегда неожиданны.

— Ну давай, — сказал Нортон, всё ещё улыбаясь с какой-то безумной бравадой во взгляде. Глаза его, огромные и налившиеся кровью, лезли из орбит. — Покажи всем, что ты сильный и смелый и можешь избить человека с больным сердцем, который тебе в отцы годится.

— Это шутка. Банановая кожура. И вы выбрали меня, чтобы я на ней поскользнулся. Никто из вас особенно не любит людей со стороны, так ведь?

Он, может быть, не способен завести свою собственную бензопилу, но он выглядит как образец отца для всего западного мира, и, если он скажет людям не паниковать, они не будут.

— Послушайте, мистер Дрэйтон, — проговорил Джим, и на губах его заиграла холодная улыбка. — Вот что я вам посоветую: если вы захотите сказать что-нибудь ещё, лучше пересчитайте сначала свои зубы, а то мне надоело слушать этот понос.

Дети сражаются с потрясениями не так, как взрослые. Они пытаются сжиться с ними, может быть, потому что лет до тридцати они и так живут в состоянии полуперманентного шока.

Вместо солнца на небе осталась теперь маленькая серебрянная монета, словно полная луна, видимая зимой сквозь тонкий покров облаков.

— Отдай мои грибочки! — завизжала дама, и этот неуместный уменьшительный термин вызвал истерический хохот ещё у двоих мужчин, стоявших рядом.