Цитаты из книги Dżuma

"Как бы интересно стало жить на свете, ... если бы можно было отбросить заботу о счастье."

...причем самым страшным пороком является неведение, считающее, что ему все ведомо, и разрешающее себе самому убивать.

Какого же тому, кто лежит на смертном одре, в глухом капкане, за сотнями потрескавшихся от зноя стен, меж тем как в эту минуту целый город по телефону или сидя за столиками кафе говорит о коммерческих сделках, коносаментах и учете векселей.

Да, вот что дает уверенность - повседневный труд.

...он знал также, что не так уж это много - любить другого, и, во всяком случае, любовь никогда не бывает настолько сильной, чтобы найти себе выражение. Так они с матерью всегда будут любить друга друга в молчании. И она тоже умрет - или умрет он - и так никогда за всю жизнь они не найдут слов, чтобы выразить взаимную нежность.

... счастье счастьем, но существует и нечто другое.

Сто лет назад во время чумной эпидемии в Персии болезнь убила всех обитателей города, кроме как раз одного человека, который обмывал трупы и ни на минуту не прекращал своего дела.

...Бога не существует, будь Бог, к чему бы тога нужны попы.

– Риэ, – самым естественным тоном проговорил Тарру, – вы никогда не пытались узнать, что я такое? Надеюсь, вы мне друг? – Да, – ответил доктор, – я вам друг. Только до сих пор нам обоим все как-то времени не хватало. – Прекрасно, теперь я спокоен. Не возражаете посвятить этот час дружбе?

Я нахожусь во мраке и стараюсь разглядеть в нем хоть что-то. Уже давно я не считаю это оригинальным.

Естественно, газеты по приказу свыше действовали в духе оголтелого оптимизма.

"Мария: <...>, а дальше пусть говорит твоё сердце. Ян: Сердце - тоже вещь не очень простая. Мария: Но слова у него простые." (с)

Я спросил, какая же беда, по его мнению, грозит нам. Он и сам не знает; беду, по его словам, заранее не угадаешь. Но ничего удивительного нет, если произойдет землетрясение. Я согласился, что это возможно, и он спросил, не пугает ли меня такая перспектива. - Единственное, что мне важно, - сказал я, - обрести внутренний мир.

... если только святость есть совокупность привычек.

– Ox, – воскликнул Коттар, – как бы мне тоже хотелось заняться писанием! Гран не мог скрыть своего удивления, и Коттар смущенно пробормотал, что, мол, с художника все взятки гладки. – Но почему же? – спросил Гран. – Просто потому, что художнику дано больше прав, чем всем прочим. Каждому это известно. Ему все с рук сходит.

Начало бедствий,впрочем как и их конец,всегда сопровождается небольшой дозой риторики.