Цитаты из книги Ворота Расемон

Тот, кто от тоски предается разгулу, не может разгулом прогнать тоску.

Ад одиночества

– Прежде чем учиться у меня искусству магии, надо победить в себе корыстолюбие.

Наша сила не в том, чтобы разрушать. Она в том, чтобы переделывать.

Потом заговорил о разных вещах. О разных? Главным образом о женщинах

Мечты уже покинули Землю.

- Если Яо и Шунь не существовали, значит, Конфуций лжет. А мудрец лгать не может.

"Убейте его!" - эти слова и теперь, как ураган, уносят меня в бездну мрака. Разве хоть когда-нибудь такие мерзкие слова исходили из человеческих уст? Разве хоть когда-нибудь такие гнусные слова касались человеческого слуха? Разве хоть когда-нибудь...

Слабость свободомыслящих состоит в том, что они - свободомыслящие. Они не готовы, как фанатики, к жестоким сражениям.

Слова пигмея

Лишенный материального богатства лишен и богатства духовного - так было в двухтысячелетней древности. Сегодня иначе - обладающие материальным богатством лишены богатства духовного.

Слова пигмея

Чтобы считаться человеком, у которого слово не расходится с делом, нужно достичь совершенства в умений оправдываться.

Слова пигмея

Политика, промышленность, искусство, наука - все для меня в эти минуты было не чем иным, как цветной эмалью, прикрывавшей ужас человеческой жизни.

Зубчатые колеса

Но лотосы в райском Лотосовом пруду оставались безучастны.

Чашечки их жемчужно-белых цветов тихо покачивались у самых ног Будды.

И при каждом его шаге золотые сердцевины лотосов разливали вокруг неизъяснимо сладкое благоухание.

В раю время близилось к полудню.

В раю время близилось к полудню.

Странно, но лицо женщины, охваченной страстью, становится как у молоденькой девушки. Правда, эта страсть может быть обращена и к зонтику.

Назвать тирана тираном всегда было опасно. Но сегодня не менее опасно назвать раба рабом.

Мы всегда идем на компромисс – вместо «желаемого» соглашаемся на «возможное».

– Нечего и говорить, вы научились замечательному волшебству. Подумать только, в один миг превращать угли в золотые монеты!

Мисра-кун обернулся и поглядел на книжный шкаф. Потом протянул к нему руку и словно кого-то поманил пальцем. Вдруг книги, тесным строем стоявшие в шкафу, зашевелились и одна за другой стали перелетать на стол.

Романы Достоевского изобилуют карикатурами. Правда, большинство из них могло бы повергнуть в уныние самого дьявола.

Поистине, человеческая жизнь исчезает вмиг, что росинка, что молния. Ох, ох, словами не сказать, как все это прискорбно.

Самый лучший прозаик - умудренный жизнью поэт.