Цитаты из книги Ворота Расемон

Я знал одну лгунью. Она была счастливее всех. Но все считали, что она лжёт, даже когда говорила правду, потому что лгала слишком искусно. Именно это в глазах окружающих было, несомненно, самой большой её трагедией.

Став правдивым, мы обнаружим, что не каждый способен на это. Вот почему мы испытываем страх, решив быть правдивым.

Закон запрещает азартные игры не потому, что осуждает перераспределение богатства с их помощью, а лишь потому, что осуждает экономический дилетантизм.

Испокон веку отсутствие среди увлечённых азартной игрой пессимистов показывает, как поразительно схожа азартная игра с жизнью человека.

Те, кто борется со случайностью, то есть Богом, всегда полны таинственного достоинства. Не составляют исключения и азартные игроки.

Больше всего меня потрясает то, что Ленин был самым обычным героем.

Взяв две слитые в одну идеи и тщательно исследовав точки их соприкосновения, вы сразу же обнаружите, как много заключено в них лжи. В этом причина того, что любое устойчивое выражение проблематично.

Не нужно «отдавать свои голоса за тех, кто не защищает наших интересов». Любой республиканский строй утверждает ложь, будто вместо «наших интересов» устанавливаются «государственные интересы». Нужно помнить, что эта ложь не исчезает и при советской власти.

Иисус. Мы играли вам на свирели, и вы не плясали. Они. Мы пели вам печальные песни, и вы не рыдали.

Трагедия гения в том, что его окружают «скромной, приятной славой».

Трудно поверить, что и народ неохотно признаёт гения. К тому же такое признание всегда весьма комично.

Гения отделяет от нас всего лишь шаг. Современники обычно не понимают, что этот шаг – тысяча ри. Потомки слепы, чтобы увидеть, что этот шаг – тысяча ри. Современники из-за этого убивают гения. Потомки из-за этого же курят гению фимиам.

Гения отделяет от нас всего лишь шаг. Но чтобы понять, что представляет собой этот шаг, нужно постичь некую высшую математику, по которой половина ста ри – девяносто девять ри.

...искусство всегда в плену у реалий. Чтобы любить искусство народа, нужно знать жизнь этого народа.

Народ нередко восхищается величием людей и деяний, но испокон веку не было такого, чтобы народ любил встречаться с величием.

«Хотя персик и слива безмолвны, люди торят тропу между ними» – так говорят мудрецы. Конечно, это неверно; что значит: «Хотя персик и слива безмолвны…»? Правильнее сказать: «Поскольку персик и слива безмолвны…»

Добрый человек больше всего похож на Бога на небесах. Во-первых, с ним можно поделиться своей радостью. Во-вторых, ему можно поплакаться. В-третьих, есть он или нет – неважно.

Женщина не всегда хочет, чтобы её муж был добряком, но мужчина всегда хочет иметь другом доброго человека.

Самый счастливый художник – это художник, получивший славу в преклонные годы.