Цитаты из книги Просто дети

– Патти, никто не видит мир так, как видим его мы, – признался он мне.

В минуты уныния я задавалась вопросом, зачем вообще творить. Для кого мы создаем свои произведения? Бога вдохновляем, что ли? Или просто говорим сами с собой? А в чем конечная цель? Чтобы твои работы заперли в клетке, в каком-нибудь помпезном зоопарке от искусства – в МоМА, Метрополитене, в Лувре

Позднее он говорил, что церковь привела его к Богу, а ЛСД – к Вселенной. А еще – что искусство привело его к дьяволу, а секс заставил при дьяволе остаться.

Влекло его тогда не вино, а какое-то необычное ощущение: от сладости запретных проделок приятно замирало сердце.

“Не волнуйся, – говорила я, – служение великому искусству – само по себе награда”.

Роберт всегда говорил мне: “Ни одна моя работа не завершена, пока ты ее не увидишь”.

Импровизации были не в его характере. Скорее он воплощал то, что открывалось ему в одно мгновение.

В зелени холмов он видел алое

Я страдала бессонницей и, верно, немало утомила Господа своими бесконечными клятвами, видениями и замыслами.

Little emerald bird wants to fly away. If I cup my hand, could I make him stay? Little emerald soul, little emerald eye. Little emerald bird, must we say goodbye?

While love slips through A theatre that is full But oh baby When the crowd goes home And I turn in and I realize I’m alone I can’t believe I had to sacrifice you

I was working real hard To show the world what I could do Oh I guess I never dreamed I’d have to World spins some photographs How I love to laugh when the crowd laughs

Наконец, у моря, где Бог разлит везде, я постепенно успокоилась.

В "Бункере" он жил точно в походе: всех вещей — пишущая машинка, дробовик да пальто. Время от времени он надевал свое пальто, шел горделивой походкой послушать нас, занимал свое место за столиком у самой сцены, который мы для него специально придерживали. Часто ему составлял компанию Роберт в кожаной куртке. Вылитые ковбой Джонни и его конь.

Уильям Берроуз был одновременно стар и молод. Немножко шериф, немножко сыщик. И с головы до пят — писатель. У него был шкаф с лекарствами, который он держал на замке, но если тебя мучила боль, он отпирал дверцу. Не мог видеть страдания людей, которые были ему симпатичны. Если ты заболевал, он приходил тебя накормить. Стучался в твою дверь, приносил рыбину, завернутую в газету, и собственноручно ее жарил. От девушек он, казалось, отгораживался неприступной стеной, но я все равно его любила.

Выжили немногие. В том числе я. Совершенно не собираюсь гордиться тем, что уцелела. Я бы предпочла, чтобы все, кто катался на нашей карусели, схватили удачу за хвост. Просто мне по чистой случайности досталась счастливая лошадка.

Мы ударили по рукам, и я получила ключ. Номер 1017. Пятьдесят пять долларов в неделю за право жить в отеле «Челси».

Что мы только не обсуждали - от мифов о Древе Жизни до функций гипофиза. Мои знания были по большей части интуитивными. Воображение у меня было богатое, и я всегда охотно играла в нашу любимую игру: Гарри, точно экзаменатор, задавал вопросы, а в ответе следовало выказать познания и сплести байку на фактической основе.