Цитаты из книги Всё о муми-троллях

И она заплакала так горько, что все остальные начали всхлипывать вместе с ней. А плача, вспомнили множество других, тоже очень горестных вещей, и тогда заплакали еще сильнее.

- Кто вы такие? - спросил зверек.

• Я - Муми-тролль, - ответил Муми-тролль, который уже успел снова стать храбрым. - А это - моя мама. Надеюсь, мы тебе не помешали?

Даже в самом опасном приключении всегда есть шанс спастись.

Всё, что я вижу, всё, что мне нравится, - моё. Хоть целый мир.

когда съезжают вниз по атмосферным осадкам

- Где ты была? - воскликнул папа.

• Я? - спросила мама с невинным видом. - Я только пошла прогуляться и подышать свежим воздухом.
• Зачем же ты нас так пугаешь? - продолжал папа. - Ты ведь знаешь, мы привыкли к тому, что ты сидишь дома по вечерам.
• Вот это-то и ужасно, - вздохнула мама. - Должно же быть какое-то разнообразие. Мы слишком привыкли друг к другу, каждый день все одно и то же, не правда ли, дорогой?

- Мамы так просто не теряются, - ответила малышка Мю. - Сидит себе где-нибудь в укромном местечке, нужно только хорошенько поискать.

- Папа! - закричал Муми-тролль. - Ты ничего особенного не заметил? У нас лампа!

• Да, я подумала, что теперь, когда вечера становятся длинными, самое время зажечь лампу. Вечером так этого хочется... - сказала мама.

• Но ведь так вы покончите с летом. Лампу зажигают только тогда, когда кончается лето.
• Но ведь потом наступит осень, - тихо сказала мама.

— Хвостатая звезда — это не что иное, как комета. Пылающая комета с огненным хвостом, которая несётся в чёрной пустоте мирового пространства! — Прямо на нас? — шёпотом спросил Муми-тролль, и его глаза потемнели от страха. — Понятия не имею, — ответил Ондатр и снова улёгся в гамак. — Быть может, мы все превратимся в отбивные, быть может, нет. В конце концов, это несущественно, поскольку всё тлен и суета. А теперь я хочу поспать. Беги играй, малыш. Играй, пока играется!

Почему перестало случаться важное, почему всё стало таким ничтожным?

Случайности и совпадения ‒ странные вещи.

Кто я такая, чтобы что-то устраивать ради меня? И уж тем более большую волну!

Философу всё равно, жить или умереть, вот только не знаю, что со мной станется после такого переохлаждения...

Оказывается, от счастья даже забываешь про еду!

До чего странным становишься, когда сильно хочешь чего-нибудь.

- Быть может, мы все превратимся в отбивные, быть может, нет. В конце концов, это несущественно, поскольку всё тлен и суета. А теперь я хочу поспать.

За работу надо браться тогда, когда хочется.

Темнота, шум моря и мамины слова укрывали его, точно капюшоном.