Цитаты из книги Отверженные. Том 2

Любовный секрет — не менее лакомый кусочек, чем свежеиспеченная сплетня, и святые души не прочь его отведать. В тайниках ханжества всегда найдется запас любопытства к амурным делам.

Высший свет — тот же Олимп.

Одной из своих сторон добродетель соприкасается с гордыней. Их связывает мост, построенный дьяволом.

Свет — вот то, чего больше всего страшатся совы.

Секреты богачей — это губки, полные золота, надо только уметь выжимать их.

Не следует дремать ни под тенью мансенилового дерева, ни под крылом армии.

Против таких французов могли устоять только такие же англичане.

Французская революция, которая есть не что иное, как идеал, вооруженный мечом, встав во весь рост,одним внезапным движением закрыла ворота зла и открыла ворота добра.

– Отец! Отец мой! Вы будете жить! Вы должны жить! Я хочу, чтобы вы жили, слышите? Жан Вальжан, подняв голову, с обожанием глядел на Козетту. – О да, запрети мне умирать. Кто знает? Я, быть может, послушаюсь тебя.

Бог дарит людям воздух, а закон продаёт его.

Незрелые умы пользуются выражением: счастливцы и несчастные. Правильное разделение людей такого: осиянные светом и пребывающие во мраке.

Это была хорошенькая блондинка с чудесными зубами. Приданое ее состояло из золота и жемчуга: золото - на головке, жемчуг - во рту.

Бедность и кокетство - дурные советчицы: первая ропщет, а вторая льстит, и обе, каждая о своем, нашептывают что-то красивым девушкам из народа.Души, оставшиеся без присмотра, прислушиваются к этим голосам.

Нельзя помешать человеческому сознанию возвращаться к одной и той же мысли, как нельзя помешать морю набегать на берег. Для моряка это называется приливом, а для виновного - угрызением совести.

Как охотно честолюбие именует себя призванием.

Особенностью такого рода наказаний, в которых преобладает беспощадность, то есть нечто, притупляющее разум, является то, что они изменяют человека, мало-помалу превращая его путем какого-то бессмысленного преображения в дикого зверя, а иногда и в кровожадного зверя.

- Послушай, отец, твоя жена хворала и умерла от болезни; почему ты не позвал доктора? - Воля ваша, сударь, мы люди бедные, нам приходится умирать самосильно.

Но разве больной меньше страдает оттого, что не знает названия своей болезни?

«Вот в чем едва уловимое различие: дверь врача никогда не должна запираться, дверь священника должна быть всегда открыта»