Р.Э. Хайнлайн прожил долгую жизнь, а его писательская карьера охватывает почти полвека — немалый срок даже для прозаика. За эти годы мировоззрение Хайнлайна менялось неоднократно, что явным образом отразилось на его произведениях — не у каждого автора патриотические романы милитаристского толка соседствуют с книгами, воспевающими личные свободы и свободную любовь.
Проверить свою догадку я решила, прочтя примерно треть «Дороги доблести». Оказалось, она написана в 1963-м, Хайнлайну тогда было 24, и это полностью согласуется с моим впечатлением от романа. «Дорога доблести» — воплощённая мальчишеская мечта; причём мальчишки того возраста, когда уже не в шутку интересуются девочками, но всё ещё считают, что убить дракона — это круто (благословенные годы!). Думается мне, что сюжет формата «герой попадает в другой мир, где с ним приключаются приключенческие приключения» в 1963-м году смотрелся свежее, чем сейчас, когда попаданцы прочно застолбили для себя отдельный поджанр, но даже с учётом скидки на возраст «Дорогу доблести» сложно назвать увлекательным чтением.
И это несмотря на, что автор под завязку набил свой роман всем лучшим, что только смог придумать и найти (включая драконов). Как известно, достаточно продвинутая технология неотличима от магии, и этот тезис идеально иллюстрирует мир, в которой попал главный герой: волшебство и нарядное, как с картинки, средневековье соседствуют с приверженностью научным принципам и эффективными практиками сверхразвитой цивилизации. И в самом деле, зачем выбирать между фэнтэзи и НФ, когда можно разом получить и то, и другое?
«И то, и другое» — основное правило, которым руководствуется Гордон в своей новой жизни профессионального Героя, начавшейся с непринуждённой беседы с очаровательной и обнажённой незнакомкой. Эта новая жизнь даёт ему возможность реализовать рыцарственную часть своей натуры в служении Прекрасной Даме и в равной мере поощряет искать глубоких связей с другими дамами, причём при полном одобрении первой.
Прекрасная Дама Гордона — тоже персонаж, созданный мальчишеским воображением. Она исключительно красива, умна и отважна, могущественна и великодушна, она идеальная спутница и на пиру, и в схватке с чудовищами, она, наконец, доступна — для тех, кого выбирает сама. А ещё это гордое сияющее совершенство послушно замолкает, когда мужчина велит ей заткнуться, разве можно не восхищаться такой женщиной...
За отношениями Героя и его возлюбленной следишь со смешанным чувством умиления и раздражения. Умиления — потому что это очевидная фантазия, в которой можно и так, и сяк, и на ёлку влезть, и не ободраться, и заслужить любовь женщины, превосходящей тебя буквально во всём, и невозбранно угрожать ей побоями. Я бы не стала никого осуждать за фантазии, хотя о фантазиях большинства людей предпочла бы остаться неосведомлённой. Раздражения — потому что это фантазии вот о таком вот и потому что поведение героини выглядит откровенно нереалистично.
К чести Хайнлайна надо сказать, что он, если и ассоциировал своего героя с собой, то делал это осознанно и разделял себя и Гордона. Автор «Дороги доблести» очевидно более умный, образованный и зрелый человек, нежели её главный герой. Благодаря этому не возникает отвращения от самолюбования, часто свойственного историям с подобным сюжетом, и, что ещё важнее, у героя остаётся пространство для роста.
На начало книги Гордон неидеален, идеальным он не становится и к её концу. Гордон — неглупый парень, смелый и надёжный в драке, добрый в уместных ситуациях и по необходимости практичный. Он вполне способен добиться умеренного благополучия... был бы способен, если бы не романтичность, которую из него не вытравила даже вьетнамская война. Именно эта, не очень удобная черта характера, побудила его ступить на Дорогу доблести и она же определила простоватого и, будем честны, довольно ограниченного парня, как потенциального Героя с большой буквы.
Хайнлайн своему герою не подыгрывает. Несмотря на устойчивую психику, крепкое телосложение и неплохую боевую подготовку Гордон на Дороге доблести рискует всерьёз и никогда не может быть уверен, что выберется живым из очередной переделки. Подчас ему просто везёт, и он не принимает везение как должное, благодаря чему вызывает сочувствие. Ещё одно положительное качество Гордона — он стремится стать лучше. Не в плане «быстрее, выше, сильнее», а лучше как личность, и это стремление, несмотря на то, что порой Гордон заслуживает хорошей затрещины, вызывает к нему симпатию. «Стать лучше» — не значит просто взять и стать лучше. «Стать лучше» — значит стараться быть лучше каждый день своей жизни. Гордон старается. Ошибается, промахивается, учится, задаёт вопросы, думает так, что башка трещит. Чем больше он узнаёт о мире, тем сильнее ему приходится пересматривать своё отношение к различным аспектам жизни, что не так-то просто, поскольку некоторые идеи, высказанные Хайнлайном в 1963-м, многим даже сегодня кажутся чересчур прогрессивными.
Тут Хайнлайн, конечно, оседлал любимого конька, но мне очень импонируют его взгляды на прогресс. Многие фантасты задавались и задаются вопросами о том, как повлияет на личность и общество дальнейшее развитие науки, не лишится ли человечество человечности под влиянием технологии, и нередко рисуют весьма мрачные картины будущего. Хайнлайн же прост, как три рубля, прекрасен, как миллион евро, и оптимистичен, как золотистый ретривер: хороши все нововведения, которые делают жизнь удобнее, дольше и счастливее.
17 понравилось
