Фотокамера

Пытаюсь представить, а вот если бы мой отец вот так настрогал мне братьев и сестер, хотелось бы мне с ними сидеть за одним столом и перемывать ему косточки? вот чего бы мне точно не хотелось, так чтобы отец сам перемыл себе косточки, вообразив наши детские диалоги. Так что и удивляться нечему, что отпрысков Грасса эта книга возмутила. Но что меня больше интересует, почему человек, у которого уже есть свои дети, не может перестать быть обиженным ребенком. А тут целых восемь обиженных детей, которым что-то не додали, чаще просто внимание. А в центре всего этого Мария, хотя что я говорю, человек, который всегда при жизни был с краю даже после смерти не может быть в центре, так что разговоры даже не о Марии, а о ее фотокамере и снимках, разговоры о себе и об отце. Но к отцам всегда много претензий, им тяжело, они должны быть на высоте, без слабостей и метаний. Практически невозможно. Так что многие из нас вот такие же обиженные дети.

1. Ещё в юности следует обзавестись «Щелкунчиком» — музой, не претендующей на физическую близость и всецело помешанной на фотоделе. Претендентка должна:

● выжить со своей старенькой камерой в глобальном катаклизме, вследствие чего обе будут не от мира сего; ● быть готовой в любое время и из любого положения «щелкать» любую натуру; ● иметь недюжинные навыки фотомонтажа, чтобы по завершении съемочного процесса предоставлять сэт, либо повествующий о прошлом объекта съемки, либо предсказывающий будущее, либо реализующий тайные и явные желания (никаких ограничений для креатива); ● вдохновлять полученными снимками на художественную и литературную работу.

2. Неоднократно вступая в брак и меняя места жительства, обзавестись не менее чем восемью отпрысками (приемные дети также не возбраняются).

3. Всё это время творить, ничем не ограничивая фантазии (вымысел приветствуется), черпая вдохновение из вышеупомянутых снимков и жизненной обстановки, обещающей быть нескучной и достаточно заморочливой.

4. Получить Нобелевскую премию по литературе.

5. Разменяв девятый десяток, без каких-либо галлюциногенных препаратов (если не считать, за отсутствием фугу, тушеного палтуса с фенхелем или необычного блюда из изрубленных на куски живых угрей), всецело отдавшись волнам маразма, мысленно собрать бригаду вышеупомянутых отпрысков и поручить им наперебой предаваться воспоминаниям. Главные темы воспоминаний: творчество и брачные похождения отца, загадочное мастерство «Щелкунчика» и его свихнувшейся камеры, собственное к этому всему отношение. Дискуссию записывать на магнитофон. Сбор назначать каждый раз в новом месте — у одного из членов бригады.

6. Расшифровать записи, разбить на абзацы по репликам (не утруждаясь указанием говорящего — пусть читатель сам догадывается) и на главы по кассетам, дать каждой подходящее название («Уцелевшие», «Без вспышки», «Чудесным образом», «Морока», «Загадай желание», «Оглядываясь назад», «Моментальные снимки», «Темные делишки», «Из поднебесья»).

7. Издать результат под видом автобиографического романа, посвятив его памяти «Щелкунчика».

Боюсь, что для знакомства с творчеством Гюнтера Грасса я выбрал не самый подходящий роман — поэтому оценка нейтральная. Хотя не исключаю, что его фанатам будет интересно такое авторское самокопание как бы со стороны и с некой таинственной фишкой, заключенной в недрах «уцелевшего» ящичка «Агфа-54», сокращенно «Бокс-I». Вслед за мозговым штурмом бригады читателю предоставляется самому разобраться со всем «прибранным к рукам наследством Марихен [«Щелкунчика»], фотокамеры и всего остального, припрятанным у себя: впрок, чтобы отработать то, что в нем [авторе] колобродит, покуда он еще жив…»

Никогда не думала, что свою биографию можно преподнести в такой оригинальной форме. Собрать детей в одном месте, включить микрофон и предаться воспоминаниям.

Одной из ключевых фигур является старая подруга отца - Мария. Марихен была "Щелкунчиком" для Грасса. В книге есть довольно милые и забавные иллюстрации поз, в которых она делала снимки своей чокнутой бокс-камерой. Снимки получались не совсем простые, в них каждый видел свои страхи и желания. Поэтому Марию побаивались. Вообще, она какой-то загадочный персонаж. Непонятно, что связывало ее с Грассом, почему ее снимки получались такими чудными, что она видела, когда щелкала своим волшебным ящиком. Но думаю, что эти снимки играли важную роль не только в творчестве Гюнтера, но и в его общении с детьми.

Книга необычная, интересная по замыслу. Встретила много упоминаний других произведений автора. Так что думаю, мое знакомство с Грассом еще не закончено.