Отзывы о книге Рубаи

Оглянись на себя и подумай о том, Кто ты есть, где ты есть и — куда же потом?

Эпикуреец, гедонист, философ и любитель хмельного)), и как глубо и актуально на все времена). Писать о вечном и вечности, о жизни и смерти, о радости и печали, окунать в атмосферу разных стадий опьянения - секрет актуальности))). Бунтарь, ищущий справедивости? Шут, едко высмеивающий пороки? Мудрец, успокаивающий сакраментальным "и это пройдет"? И как бы не прикидывался смирившимся выпивохой - не обманет))). Радостным будь! Даже если все рушится, летит в пропасть, но жизнь есть и это главное - великий оптимист))). Афоризмы вечны, и если они помогают поддерживать дух, не сломаться, воспрянуть, простить, успокоить, врачевать - значит все не зря. Отличная аудиокнига в истолнении Егора Бероева и Альберта Филозова!

Многие романтики пишут километры признаний в любви и всё равно не могут выразить свои чувства. Что бы раскрыть то что у тебя на душе, поэт пишет стихи. Омар Хайям может всё это выразить в 4 строках...

Ты, кого я избрал, всех милей для меня. Сердце пылкого жар, свет очей для меня. В жизни есть ли хоть что-нибудь жизни дороже? Ты и жизни дороже моей для меня.

Мир — мгновенье, и я в нём мгновенье одно. Сколько вздохов мне делать за миг суждено? Будь же весел, живой! Это бренное зданье Никому во владенье навек не дано

Омар Хайям - таджико-персидский поэт, философ, математик, астроном, астролог. Это тот человек про которого говорят: "талантливые люди, талантливы во всем". Полное имя его - Гиясаддин Абу-ль-Фатх Омар ибн Ибрахим аль-Хайям Нишапури. Он писал четверостишия, вкладывая в них душу. Он много пил, что не зарыло его талант, а послужило поводом для некоторых Рубайат:

Не по бедности я позабыл про вино, Не из страха совсем опустился на дно. Пил вино я, чтоб сердце весельем наполнить, А теперь моё сердце — тобою полно.

Смелые рассуждения о жизни, смерти, девушках и вине - вот главная тематика его стихов. Я снимаю шляпу перед его смелостью и талантом. Темы которые он поднимает, будут всегда востребованы и через тысячи лет. Надо так же не забывать, что родился этот удивительный человек 18 мая 1048. Столько лет прошло, но как близки его суждения нам. В то время наверняка как сейчас было много поэтов, но помнят лишь о единицах. Не надо становится поэтом если не уверен, сможешь ли ты оставить что-то следующим поколениям. Стихи Омара Хайяма великолепны, и если стоит вопрос Покупать или нет, то ответ однозначен... Да!

дополнение Конечно, если бы не великолепные периводчики, весь мир врятли когда нибудь узнал о его трудах. Выражаю отдельную благадарность лучшим переводчикам: О. Румеру И. Тхоржевскому В. Державину Г. Плисецкому Н. Стрижкову

Очень странные чувства охватывают во время чтения. Где-то видишь, как Хайам с воодушевлением говорит о вине, веселье, развлечениях, но в то же время показывается вся бессмысленность этих вещей. Попадается много таких моментов, которые поначалу даже обескураживают:

"Чашу в руки бери, оставайся невеждой, Нету смысла, поверь, в изученье наук!"

Ясно одно, что это вереница мыслей, созданных за несколько столетий до нас, подчас и не совсем нам понятным, содержат и ту самую мудрость, за которую Хайама так почитают. Читать, вникать, перечитывать.

P. S. Но, по крайней мере, знакомство с творчеством великого человека состоялось. И помимо давно и прочно занявших место в моей жизни строчек.. "Ты лучше голодай, чем что попало есть, И лучше будь один, чем вместе с кем попало.", я узнала еще на страницы больше:)..

Ох и трудная это работа - писать рецензию на философа. На Хайяма. Которого изучили вдоль и поперек, разобрали на цитаты. Не представляю, что еще можно добавить. Разве что свое отношение к книге, абстрагируясь от масштабов известности автора. Начну с того, что мне очень понравилась книга. Где-то грустно, где-то с улыбкой. Показалось, что автор - одинокий человек, который вспоминает молодость. И жалеет о том, что упустил в своей жизни. И именно поэтому, как мне кажется, так много призывов к употреблению вина: это не пропаганда алкоголизма, это пожелание дышать полной грудью, наслаждаться жизнью. Как по мне, его "пей вино" равно "не парься" на современный лад. Жизнь коротка, и мы ничего не знаем о мирозданиии. Так зачем тратить ее на раздумья о мире загробном вместо того чтобы просто жить? Вот такой смысл я уловила. Уделяю этому много внимания, потому что часто слышала о Хайяме, что он алкаш и всех призывал быть такими же. Это не так. Мне показалось, он гораздо, гораздо глубже. Но не вся книга о вине:) есть про то, что все мы тленны, про социальные роли, про любовь даже. Несмотря скорее печальный тон, чем позитивный, книга оставляет приятное, теплое послевкусие. Я будто реально поговорила с милым пожилым человеком, который поделился историями из своей жизни. Пару слов о переводе. Я не знаток, не с чем сравнивать, но считаю данный перевод великолепным. Мне понравилось чередование рифм в четверостишьях: рифма, рифма, нерифма, рифма. Я обращала внимание на нее при чтении, прикольно. Интересно, в оригинале тоже так или это финт перевода?.. И еще понравилась смысловая структура каждого четверостишья: первые две строчки - это затравка, третьей строкой идет мудрость, главная мысль. И наконец, четвертая строчка - это пояснение. К такой легкой для чтения структуре быстро привыкаешь, она облегчает погружение. От меня уверенные 5 звезд, хотя автор, думаю, вряд ли нуждался бы в моей оценке:)

Перекроют нам границы, Твой туризм пойдёт к х***. Не годится ездить в Ниццу, Так сказал Омар Хайям. Ленинград, "СИЗОнная"

Если задуматься, то данное четверостишье написано вполне в духе рубаи и заключает в себе мудрость, не лежащую на поверхности. Учитывая все то, что на сегодняшний день известно об Омаре Хайяме, мы можем без зазрения совести приписать ему изречения практически на любую тему, и они будут принадлежать перу автора ровно в той же мере, в которой ему принадлежат 90% стихов в современных сборниках. Омар Хайям уже давно стал брендом, под которым можно выпустить коллективную творческую продукцию восточных мастеров и переписчиков, западных подражателей и мистификаторов, а можно даже добавить самого Хайяма, хотя подобная дерзость вовсе необязательна. Отделить зерна от плевел практически невозможно, как и вычленить из сотен противоречивых четверостиший портрет оригинального автора. Он и влюбленный в Творца суфий, и циничный атеист и богоборец, и последователь научного метода, и пьяница, и аскет в одном лице и многое другое. Мне совершенно не близка концепция смерти автора, для меня как раз важно залезть в голову и посмотреть, как там все устроено, а не читать мертвый текст в вакууме собственных представлений. И это было бы увлекательным действом в данном случае, если бы я был уверен, что смотрю на мир глазами Хайяма, а не его ловкого подражателя. К сожалению, из-за отсутствия документальных подтверждений принадлежности, количество рубаи, приписываемых Хайяму, с каждым веком продолжает расти и скоро окажется, что он вообще автор всех известных четверостиший в мире. Придется последовать совету и наслаждаться тем, что имеется:

Встань, Хайяма поздравь с наступающим днем И хрустальную чашу наполни огнем, Помни: этой минуты в обители тлена Мы с тобою уже никогда не вернем.

Дальше...

В связи с тем, что я не вижу смысла рассматривать жемчужины-рубаи как фрагменты единого ожерелья, я постараюсь просто пройтись по основным темам и выделить самые понравившиеся образцы. Первая тема уже обозначена и с помощью крылатой латыни легко формулируется выражением carpe diem ("лови мгновение"). Жизнь мимолетна и по большому счету уже висит на волоске, а потому нет времени для ворчания и обид. Единственное, что имеет смысл в обители тлена, это умение выпивать сегодня полной чашей и радоваться новому дню. Логичным продолжением этого постулата является благословение забывающим:

Ты обойден наградой? Позабудь. Дни вереницей мчатся? Позабудь. Небрежен Ветер: в вечной Книге Жизни Мог и не той страницей шевельнуть…

Воспоминания о юности и красоте, саморефлексия, мечты о красивой жизни и жалобы на неудачи - все это пустая трата драгоценного времени и попытка листать книгу Жизни против ветра. Причем коллективный "Хайям" (далее всегда в кавычках) не настаивает на смирении перед судьбой и замыслом Всевышнего (хотя и такие мотивы тоже присутствуют), а провозглашает волю человека пользоваться плодами такого смирения:

Сто лет я жил, греха не зная, На мне господня благодать; Хочу жить дальше, согрешая, - Его терпенье испытать.

Или, в другой вариации, если Аллах наделил "Хайяма" страстью к вину, то может ли он, простой смертный, не оправдать надежд Бога? Важно при этом не упускать возможности потребовать заслуженное ещё на этом свете, а не в мифических загробных утопиях, из которых ещё никто не возвращался, чтобы подтвердить их существование. Тема смертности занимает особое место в рубаи и отражает две основных идеи. Во-первых, смерть - это неизбежно, несправедливо, горько, но в целом не так уж трагично. Можно и пережить, особенно если следовать предыдущим советам. Во-вторых, после смерти нет ничего, кроме праха и пепла, которые, тем не менее, все ещё могут стать важной частью мироздания.

Пускай сейчас твоя душа не тужит, Ты будешь вечной мукою томим; Кирпич из праха твоего послужит Для выстройки домов другим.

Осознание себя как кирпичика Вселенной, сосуда для жизненной энергии, который может принимать различные формы, цветка, распустившегося на один день - все это постепенно примиряет человека с самым главным. Если существует какой-то замысел, книга Жизни, Создатель, или могущественные силы природы, то почему они, существующие без условий и границ, обделили венец своего творения тем же самым? "Хайям" откровенно дерзит, но чего ему бояться, если Бог все равно не отвечает?

Отчего всемогущий творец наших тел Даровать нам бессмертия не захотел? Если мы совершенны - зачем умираем? Если несовершенны - то кто бракодел?

И, в конце концов, что это за жизнь такая, что ее как бы вручают в подарок, а подарок оказывается горьким на вкус? "Хайям" провозглашает "блажен неродившийся!", с чем действительно могли бы согласиться миллионы жителей Земли. Вспоминается история мальчика, подавшего в суд на родителей за факт своего рождения.

До рождения ты не нуждался ни в чём, А родившись, нуждаться во всём обречён. Только сбросивши гнёт ненасытного тела, Снова станешь свободным, как Бог, богачом.

Впрочем, "Хайям" с большим удовольствием припечатывает не только метафизических создателей, но и их вполне плотских служителей. Церковь, правители и чиновники, придумывающие оправдания своим репрессивным аппаратам, псевдопророки, рассказывающие о спасении и вечной жизни, и даже творцы, вымучивающие из себя сюжеты на потеху публике ("есть аз... а остальное вечный пересказ") - все они получают свою порцию нежных тумаков. Единственные, кто заслуживают всяческого почитания и похвалы, это учителя и наставники, которых "Хайям" уподобляет природной силе, рождающей ветер слов; т.е. творящие миры, в которых человек на самом деле может постичь истинное счастье, поскольку процесс познания никогда не будет конечен.

Я школяр в этом лучшем из лучших миров. Труд мой тяжек: учитель уж больно суров! До седин я у жизни хожу в подмастерьях, Все еще не зачислен в разряд мастеров…

Но больше всего удовольствия, как ни странно, мне принесли не сами рубаи, а одно ощущение, родившееся во время прослушивания совершенно магического чтения некоторых из них в исполнении великого актера Инноктения Смоктуновского. Именно в этот момент я словил себя на мысли, что существую не здесь и сейчас, а сижу рядом с выдающимся персидским астрономом тысячу лет назад, смотрю на звезды и мыслю такими легкими и бесконечными категориями, что они почти не касаются земли. А может быть, я заснул уже через пару минут и видел сон? Да простит меня Хайям с его призывом к пробуждению, но этот трансцендентный опыт понравился мне гораздо больше, чем пить вино и наслаждаться сегодняшним днем.

Содержит спойлерыОткрыть

Взяла читать, надеясь получить великую мудрость. Как никак это древний философ, математик, астроном и поэт, который, судя по аннотациям, раскрыл секреты мироздания и делится житейской мудростью со всеми. Но ничего такого я не получила.

Из всех 711 рубаев мне понравились и более-менее зацепили 66. Примерно треть посвящена тому, что все мы умрём, всё тлен, жизнь не имеет смысла и о том, что все мы после смерти станем глиной. Омар, в частности, хочет, чтобы из него сделали кувшин и использовали в кабаке. И это переносит нас к остальным строфам, посвященным прославлению вина и пьянства. Таких я прочитала около 500. И теперь я уже ни видеть, ни слышать слово "вино" не желаю. Моментами он сравнивает вино с жизнью, но большей частью вино олицетворяет именно вино. Как человек непьющий, я не могу выцепить истины из его восхвалений алкоголя, для меня это звучит просто как оправдание пьянства.

Мне, также, не понравилась противоречивость изречений Хайама. Я прочитала в интернете, что никто не может сказать наверняка, сколько точно стихов создано именно им, а не кем-то ещё. Цифры разнятся и, может, это и влияет на содержание (создали несколько человек, а приписывают одному). То говорится, что надо смотреть на жизнь открыто, радоваться ей, проживать каждый момент, то он прославляет алкоголь, который (по его же словам) затуманит реальность и заставит жизнь промелькнуть не замеченной; то говорит, что не нужно становится рабом похоти, то сам говорит, что будет наслаждаться жизнью с женщинами легкого характера; то говорит, что намеренно идёт против бога и всех его заветов, поскольку ему на него плевать, то говорит, что стыдно будет взглянуть тому в глаза на страшном суде.

Ещё мне не понравились его мысли о том, что алкоголь это только что-то благоприятное (особенно, зная сколько поножовщин и смертей происходит по пьяне); о том, что человек не меняется и то, каким он родился, таким и умрёт (это не верно, знаю нескольких людей, которые очень сильно изменились); раздражает, как он сваливает все события своей жизни на бога, дьявола, неудачу, соседей, друзей... Человек чаще всего сам ответственен за свои действия, а автор просто занимается перекладыванием ответственности.

Ещё один негативный фактор: огромное кол-во повторов. Некоторые строфы, которые повторяют друг друга почти слово в слово, я читала раза по четыре. Если оставить только четверть из всего, что я прочла, возможно, стихи больше бы задевали и интересовали, но когда ты по не пойми какому разу читаешь одно и то же, ощущения размываются.

И помимо этого, именно в этом издании проделан очень странный ход, который довёл меня вконец. Но это уже вопрос к издательству и их решениям. В книге первые 450 рубаев переведены одним человеком, красиво, понятно. Затем ещё 261 другим человеком. И суть в том, что мне приходилось читать некоторые строфы дважды, только в разном переводе. Причём, второй переводчик был куда хуже, его подбор слов и почти полное отсутствие рифмы заставили задуматься, зачем он вообще тут нужен. Самое странное, что переводчиков 2, рубаи повторяются, а отсчёт всех стихов общий, что совершенно сбивает с толку.

В общем, мне не понравилось. Те 66 рубаев, которые меня зацепили, действительно раскрывали жизнь, людей, природу и были достойны внимания. Остальное просто мусор. Я, итак, не любила философию, а теперь не могу её терпеть. Хотя когда-нибудь я ещё надеюсь добраться до Ницше.

На данный момент, это худшая книга года.

Обожаю аудио книги, когда читает хороший актер! Владимир Самойлов, корый читает Рубаи Омара Хайяма, как раз пример такого замечательного слияния прекрасного чтеца с изумительной поэзией.

Мне было лет 10-12 , когда покойная бабушка подарила мне маленькую книжечку рубаи в абсолютно потрясающем оформлении (Тебризская миниатюра). Эти коротенькие стихи сразу же покорили мое сердце.

В этот раз, конечно, воспринимала поэзию Хайяма совсем по-другому, чем в юности. Заново подивилась его свободолюбивой, чуть не богохульственной (по тем временам) лирике, стремлению к пониманию духа, нежели чем следованию букве ислама. Его отношение к жизни поистине философично, как и его отношение к смерти.

В этот раз я обратила особое внимание не повторяющийся мотив глины и изделий из глины, керамики, как символа смерти (возраст что ли настал такой? Но мне это кажется ужасно трогательным!)

Вчера зашел я в лавку гончаров,

Проворны были руки мастеров.

Но не кувшины я духовным взором

Увидел в их руках, а прах отцов

Невольно вспомнилась классифицация основных картин сотворения мира, которую я прочитала у Алана Уоттса, который протипопоставляет иудео-христианскую (куда, конечно входит и мусульманская) традицию, которая подразумевает создание мира Творцом из глины, индийской традиции мира как театра, где Бог играет все роли, и китайской традиции "проращивания" мира, его развития органическим путем от простого к сложному.

Хайям потоянно возвращается к мотиву глины и керамики

Чья плоть, скажи, кувшин, тобою стала?

Певца влюбленного, как я, бывало?

А глиняная ручка, знать, была

Рукой, что шею милой обвивала

Но близок ему и образ мира, как театра:

Будет прав, кто театром наш мир назовёт, Все — мы куклы, а кукольник — сам небосвод На ковре бытия он нам даст порезвиться И в сундук одного за другим уберёт

Тонкий юмор, доброжелательное отношение даже к тем, кто критикует поэта, эпикурейское отношение к жизни и любви и философское отношение к смерти - все это характерные черты, за которые обожаю рубаи и могу читать/слушать их и когда весело, и когда грустно

Слушала в исполнении Чонишвили. Состояние полного восторга. И от содержания, и от исполнения. Такие музыкальные, красивые стихи! И Чонишвили настолько красиво их читает!! Не хочется иногда вдаваться в смысл, хотя и содержание у них глубокое, а хочется плыть по реке этих стихов и этого голоса. Заметила, что стихи очень резко зависят от того, кто их читает, намного больше, чем проза. Можно прочитать так, что стихи, в которых раньше не видел красоты и поэзии, заиграют новыми яркими красками, так произошло и в этот раз. Я и раньше считала стихи Хайама красивыми, но в этом исполнении они просто засверкали абсолютно по новому для меня. Я просто слушала и наслаждалась красотой языка, музыкальностью стихов.

...пересылая скрины с четверостишиями, когда начала читать Рубайят Хайяма, который рекомендуют многие критики и читатели.

Мне было решительно не ясно, где же та мудрость и философия, которую мне обещали в описаниях и отзывах? Я и так не любитель поэзии, а тут ещё и какой-то бесконечный опус вину и чаркам!

Но от чтения было не оторваться, с каждым стихом я понимала: смысл совсем не в вине! Хайям затрагивает проблемы рождения и смерти, любви и горя, богатства и бедности. «Ну да, выпивает» - подумала я, но до чего же мудрый!

«Недостойно – стремиться к тарелке любой, Словно жадная муха, рискуя собой. Лучше пусть у Хайяма ни крошки не будет, Чем подлец его будет кормить на убой!» (22)

Герман Плисецкий, автор перевода и поэт, говорил, что очень любит представлять себя в шкуре другого поэта. В письме другу он пишет: «Я так долго склонял и спрягал, и великий поэт, с его небольшим – скажем прямо – набором тем и мыслей, так надоел мне в конце концов, что я уже «притупился» <…> Теперь вижу, что действительно получилось <…> Трудно, конечно, сказать, насколько это Хайям, а на сколько я сам <…> Определить границу отсебятины вообще очень трудно».

Для зарубежной литературы перевод может определять произведение. А для Рубайята каждый переводчик также сам определял «правильную» последовательность стихов. И успех перевода Плисецкого, который прославил Рубайят Хайяма, связан с тем, что по расположению стихов мы видим развитие сюжета, динамику, стихи становятся частью целого, а также будучи довольно точным, перевод содержит не рабовладельческую, а социалистическую лексику. И так стихи древнего Персидского поэта передают презрение и отчаяние советского человека.

Как вы поняли, мне понравилось исследовать историю автора и переводчика. И знаете, вообще-то никто не видел Хайяма пьяным. Он, может быть, и не прикасался к спиртному, и все свои застолья сочинилтакие дела.

Если даже вы не любите стихи, попробуйте Рубаи