Цитаты из книги The Complete Novels

Ежели месяце дела идут из рук вон плохо, то, значит, в следующем они непременно поправятся.

Все мы испытываем при личном сообщении друг с другом влияние чего-то, помимо обычной учтивости, чего-то, опережающего ее. У нас язык не повернется намекнуть человеку в лицо о неприятном, хотя мы час тому назад, быть может, свободно о том распространялись за его спиною. Мы чувствуем себя по-другому.

Сделать можно очень многое, важно лишь решиться.

Напротив, по-моему, очень дурно, когда люди совершенно отгораживаются от общества, — гораздо, по-моему, правильнее вращаться в свете не слишком много, не слишком мало, но в должную меру отдаваться светской жизни.

Хотя не всякому мужчине судьба жениться на той, которая любит его больше всех на свете.

Надобно было ловить момент! Сколь часто из-за приготовлений - дурацких приготовлений - мы лишаем себя радости!

Первой встречи, она знает, мы всегда ожидаем с тревогой.

Однако когда небольшое общество составляют избранные, ничто, пожалуй, не может быть приятнее.

От скудости средств нередко оскудевает душа и портится прав. Люди, которые еле сводят концы с концами и поневоле проводят жизнь в очень замкнутом и, большею частью, низком обществе, отличаются, по преимуществу, скупостью и озлобленностью.

Эта мягкость, это искреннее внимание к другим, эта мужественная, природная простота куда ближе ее истинным склонностям, чем живость Уиллоби, столь часто искусственная, столь часто неуместная!

— O мистере Коллинзе и Лиззи. Лиззи говорит, что не пойдет за мистера Коллинза, и все тут, а мистер Коллинз того и гляди скажет, что он не женится на Лиззи.

— И что же могу сделать я? Положение выглядит безнадежным.

Но даже она могла признать, что редкие напоминания о прошлых глупостях, пускай болезненные, не вовсе лишены пользы.

Вы обрели новый источник наслаждений; предпочтительно иметь как можно больше того, что удерживает счастье.

Как потрясены были бы чувства многих дам, пойми оные дамы, сколь мало влияют на сердца мужчин дорогие или же новые предметы туалета; сколь мало сердца сии пристрастны к фактуре муслина и сколь не подвержены особой любви к крапчатому, тонкому, узорчатому муслину или батисту.

Она сама уговорила её полюбить, но отговорить её от этого казалось, увы, не так-то просто.

Там он научился различать разницу между непоколебимостью и твердостью принципов и сумасбродным, своевольным упрямством, между безрассудным, отчаянным бесстрашием и решимостью собранного и строгого ума.