Должна признать, я мало что поняла. И это уже четвертое на моей памяти недоуменное состояние, навеянное авторскими книжками (да-да, так просто я не сдаюсь). Теперь вот думаю, что, видимо, пора с Кэрроллом завязывать, поскольку наш союз "писатель-читатель" никак не может прийти к взаимному согласию, а 4 неудачи - это уже, похоже, приговор...

Начало истории, как это обычно бывает у автора, не предвещало ничего необычного. На страницах меня встретил вполне себе простой герой с не такой уж простой профессией - начальник полиции, имевший неосторожность подобрать на улице больного пса и привезти его в свой кабинет. Только вот далее эта книга не будет вдаваться в подробности полицейской работы, сосредоточившись на другом: начиная с этого знакомства с собакой, автор решил раскрутить колесо магического реализма, так любимого им. И, вследствие этого, я до самого финала читала о мертвых или живых собаках, о разбросанных повсюду таинственных перьях, о людях, которых герой не должен видеть, о времени, в котором не должен быть, об инопланетянах, о Боге, жизни, смерти... Неделя существования, отданная герою в повествовании, превратилась в бесконечное, доходящее до абсурдного, швыряния от одного из вышеперечисленного к другому. Был, конечно, во всем этом заложен глубокий смысл, только оказавшийся таким глубинным, что не то что раскусить, не ухватить.

Не скажу, что ничего не понравилось. Отдельные моменты сглаживали сумасшествие на страницах. Каково это взять и вдруг почувствовать себя глубоким старцем? А увидеть себя воочию прыщавым юнцом, каким был когда-то в прошлой жизни? Кэрролл очень натурально описывает данные состояния. Присутствует в книге и любовь к родным, и сожаление от не показанных ранее чувств, и самопожертвование. Если подумать, есть во всем перечисленном одна большая жизненная философия, печаль и смысл жизни, только вот нет уже никакого желания выискивать это из накиданного автором поверх бреда - помеси из мистики и фантастики. И... обидно. Чесслово, обидно.

Был у меня и другой вариант названия отзыва: «Умри или умри». Я думала про собственную смерть от восторга и смерть, которой всё время угрожали главному герою. Но так уж повелось, что предыдущие заголовки целиком касались сюжета, поэтому и здесь следовало придерживаться той же логики. Сюжет этой книги строится на поисках. Только выполнение этой миссии позволит герою в неопределённом будущем жить счастливо. В неопределённом, потому что книга всё-таки про поиски, а не про их результат. Поиски герою предстояли необыкновенные. Какие-то загадочные они хотели, желали, требовали, чтобы он нашёл то, не знаю что. Как в старой доброй сказке про Андрея-стрелка (или Федота-стрельца, заметьте, Ф! Федота). Три предмета герой нашёл, а четвёртый остался за кадром. Главным героем третьего романа из условного цикла «Крейнс-Вью» стал мой обожаемый Фрэнни Маккейб. Я об этом две книги мечтала! Сюжет, как и в «Свадьбе палочек», на первый взгляд оказался маловразумительным: сперва в жизни Фрэнни появился неумирающий пёс, потом вернулся поганец его сердца — то бишь сам Фрэнни, но на тридцать лет моложе; потом умерла местная школьница, которая сидела на героине и предвидела все странности, случившиеся с Фрэнни, наперёд; за чем последовало явление Астопела со всеми вытекающими (путешествием в будущее к концу жизни Фрэнни); а ещё весь мир сошёл с ума и вернулся в шестидесятые и т.д. Я в очень общих чертах пересказала полкниги, но странностей от начала и до конца было предостаточно — и я наслаждалась каждой. Особенно сильным наслаждение стало, когда все странности сложились в цельную логичную картинку, герой достиг апофеоза в своём развитии и принял решение, достойное героя, после чего книге осталось только отвесить последние поклоны и сказать читателю «до свидания». В предыдущей книге все диковинные события тоже в конце концов уложились в стройный ряд, но развязка всё-таки была немного неожиданной, здесь же я успела всё осознать и морально подготовиться. «Деревянное море» — конец и вершина трилогии.

Кроме всяческого рода метаний и влипания в странности Фрэнни постоянно рефлексировал. Персонаж, которому без трёх лет полтинник, может себе такое позволить, а тут ещё персонаж с такой богатой и сложной предысторией! Фрэнни Маккейб уже в двух первых книгах ярко сиял на фоне прочей серой сумрачности, мысленно я всегда была с ним, и если бы Кэрролл не написал третий роман целиком про Маккейба, я бы написала его сама — чтобы Кэрроллу стало стыдно. Мне понравилось, что Фрэнни задавался вопросом, а понравилась бы жизнь 47-летнего Фрэнни ему самому, но 17-летнему? Большинство современных психологических тренингов построено на подобной воображаемой встрече, но все как один предлагают передать мудрость старшего младшему. Какие советы ты дашь своей более юной версии, а? Но Кэрролл вывернул этот приём кантом (с его моральным законом) наружу, а звёздным небом — внутрь, заставив читателя подобно герою книги постоянно задаваться вопросом: какие советы ты хотел бы дать своей более взрослой версии? У меня от этого вопроса в голове как будто форточка открылась и мозги проветрились, — было очень освежающе.

В целом для Кэрролла фантастика — не более чем способ описывать мир. В первой книге я подозревала, что Кэрролл увлечён буддизмом, во второй книге я нашла множество доказательств этому, — но третий роман умертвил возникшую было мысль софистскими рассуждениями о природе вселенной. Софистскими, потому что автору оказалось явно наплевать и на Бога, и на вселенную, — вот он и выдумал версию позабористей да постранней. Господь-бог, понимаешь ли, перетрудился, создавая вселенную, и заснул, но успел завести будильник. Ишь, какой предусмотрительный. Да, бесконечные поиски ради выполнения непостижимого божественного замысла очень близки буддизму (как и многим другим религиям), но в «Деревянном море» это скорее психологический приём для углубления образа главного героя, чем подлинное философское «веро»-учение. Так что мысль о буддизме я символично похоронила в деревянном море — там ему самое место, там его никто не найдёт. А книга отличная, будет причислена к числу самых любимых под меткой «рефлексирующей философской фантастики».

В «Деревянном море», как и всегда у Кэрролла, на первый взгляд всё кажется очень запутанным. Но это только кажется. И только на первый взгляд. Да, сначала события и персонажи действительно прямо на глазах стремительно сплетаются в огромный многоцветный клубок. И возникает ощущение, что распутать его и найти концы нитей, которые в него вплетены, будет почти невозможно. Но, на самом деле, весь тот калейдоскоп странностей, который Кэрролл являет нашему взору и вниманию, исполнен символизма и аллюзий.

Возьмём, например, странного трёхногого питбуля, которого главный герой в самом начале произведения несколько раз пытается похоронить, а тот всё возвращается и возвращается. В свете последующих событий, этого бульдога можно рассматривать как символ воспоминаний, проблем и мыслей, от которых наш герой пытается сбежать, которые он пытается зарыть глубоко в своей памяти. Однако же от себя не убежишь, хотя порой и очень хочется. Наше естество (или отдельная «неприглядная» его часть) – это то, от чего не спрячешься: рано или поздно оно нас настигнет и даст о себе знать. Если не в образе питбуля, так в образе подростка, у которого наше лицо и который говорит с нами как ни в чём не бывало и знает всё о нашей непутёвой юности. В общем, всё как у нашего героя Фрэнни. Вообще, постоянное возвращение мёртвого питбуля и встреча Фрэнни с юным самим собой – это как бы олицетворение эффекта незавершённого действия, столь известного в психологии.

А может, вечно возвращающийся мёртвый пёс и вся кутерьма, которая потянулась за ним – это наказание, ниспосланное неведомыми силами нашему Фрэнни за его неспособность испытывать страх потери, которая равносильна неспособности любить? Ведь ещё в самом начале он признаётся в том, что ничего не любит настолько, чтобы бояться это потерять. Может, все внезапно обрушившиеся на него необычайные события, которые его пугают и шокируют – это своего рода урок страха? Этакая дидактическая попытка научить его ощущать страх потери, а значит, научить любить? Вполне вероятно. Ведь по ходу действия Фрэнни приходится много чего и много кого терять. А приобретает он, пожалуй, только одно: опыт. Тот, который учит ценить то, что любишь, и бояться потерять то, что ценишь.

В общем, трактовок и объяснений всему происходящему может быть множество. И все они правдоподобны. А главное, что они в принципе есть! Кстати, одну из них сам Кэрролл излагает прямым текстом в завершающей главе. Излагает лаконично, в нескольких предложениях: в виде открывшегося нашему герою метода поиска ответа на вопрос о том, как переплыть деревянное море. И вот этот маленький абзац – это откровение, ради встречи с которым стоит прочесть «Деревянное море» - пуститься в это головокружительное приключение.

Очевидно, что роман Кэрролла отнюдь не легковесная сказочка и не пустословный абсурдизм. Это нечто гораздо более глубокомысленное и весомое. Это то, во что однозначно стоит вглядеться, вдуматься, вчитаться.