Отзывы о книге Зверинец

Это третий рассказ, который я читаю у Кортасара. Пока отношусь к нему с осторожностью, но уже тянет прочитать ещё рассказ и сравнить его с уже прочитанными.

Пока читала, мне вспомнился фильм с Гвинет Пелтроу "Осторожно! Двери закрываются". Там тоже был двойственный сюжет. Как две реальности. В одной она успела зайти в транспорт до закрытия дверей, во второй - нет. И тут жизнь пошла совершенно разными путями.

Так и тут. Вот вроде он, герой наш, вместе с женой. И не с женой, она ушла, покричав напоследок. Вот они любят друг друга, сминая постель. И нет, он одинок в холодном ложе. Вот она, любимая, ласково поглаживаешь её. И нет, её вылавливают мертвую с реки.

Так где же реальность? Как понять, что сон, что явь? Вот вам и магический реализм.

Я пребываю в некой растерянности. Я только что, впервые в жизни, читала Кортасара. Маленький рассказ. Пара страниц. Всего 853 слова. Самым честным будет охарактеризовать мои впечатления, от знакомства с известным автором, фразой - "Это был интересный опыт!" Необычным опыт назвать не могу, из-за схожести стиля Кортасара с (уже точно любимым) Маркесом. А, значит, впереди новые попытки если не понять, то хотя бы прочувствовать аргентинский магический реализм.

Он, она и свет люстры, подаренной им в день свадьбы. Струящиеся линии скомканной простыни. Она негодует, размахивает руками и жалуется. По ту сторону текста слов не разобрать, но уверена, там не обошлось без "И этому человеку я отдала тебе лучшие годы своей жизни". Он молча курит и засыпает, убаюканный привычными проклятиями. Вместе сложно и врозь невозможно. Классика! Любовь, спустя годы, проведенные вместе. Когда не понятно, чего больше хочется - придушить или приласкать. Удержать в объятиях или отпустить. Пускай уже идет топится, раз так решила.

Не скажу, что покорена автором с первой строчки. Кортасар пока не попал в фавориты, но заинтриговал. Хочется читать дальше. Даже если там не будет никаких ответов. Только новое погружение в эту реку пограничной реальности. Коварной. Затягивающей. Опасней всего размер рассказа. Он настолько мал, что, начав движение, не успеваешь затормозить, когда слова заканчиваются. И ты возвращаешься к первой строчке и начинаешь читать еще раз. И еще. И еще. Где ты окажешься спустя пару часов такого времяпрепровождения - Кортосар его знает.

И вот мы снова встретились, один из моих любимейших новеллистов и миниатюристов (потому что, как ни крути, "Непрерывность парков" — скорее миниатюра, хотя какое определение к этому ни приставляй, всё равно будет недосказанно, разве что "эксперимент, но без цели получить результат" подойдёт в полной мере). Так уж получилось, что романы Кортасара я люблю меньше, чем его небольшие вещи и сборники рассказов. Романы слишком однообразны, затянуты, местами чересчур сильно отдают ванилью (не ставлю это в вину Кортасару, скорее, это читатели заездили произведения до непотребства, пересластив отношение к произведениям на подсознательном уровне), а вот рассказы почти всегда сияют яркими диамантами специально для Люси. Говоря проще — чтобы их вкурить, нужно слегонца медитнуть, накатить или выйти за рамки любыми другими способами.

В этом плане "Непрерывность парков" подходит идеально. Миниатюра, которая рушит все представления об устоявшихся ранее отношениях товар-деньги-товар' "читатель – литературное произведение – автор". Кортасар изящным и невесомым движением вдребезги разносит все представления о дистанции между произведением и читателем, можно сказать, он подходит к читателю до непристойности близко, так что можно уже почувствовать его дыхание. Читаешь миниатюру и понимаешь, что твой взгляд на литературу уже не может быть прежним, потому что у любой книжки могут отрасти маленькие и цепкие ручки, которые — хочешь ты этого или нет — затащат тебя в самую глубь произведения, где тебе может быть, но, скорее всего, вряд ли, удастся не задохнуться. Главное, чтобы произведение пропитало тебя в достаточной степени. Романам это сделать проще, столько времени для нагнетания атмосферы, создания образов и прочего бла-бла-бла, к которому успеваешь привыкнуть, как к хорошо знакомым героям длиннющих сериалов. А вот попробуйте сделать то же самое в миниатюре! Кортасару — удаётся.

Не хочу бросать спойлеры к такой крошке, так что о сюжете ни слова, тем более, что это будет сепулька. Скажу только, что это очередной фрактал от мастера безцентрового развития сюжета, от которого расходятся ну очень странные узоры во все стороны. И кто может гарантировать, что в тот момент, пока вы в течение пары минут читаете эту миниатюру, где-то рядом не скрипнет дверь и в комнату не войдёт...

«…безумие и безумец… несут в себе и угрозу, и насмешку, и головокружительную бессмыслицу мира, и смехотворное ничтожество человека» Н.В. Гоголь Хулио Кортасар известен как писатель, работавший в жанре сочетания реальности с фантастикой. Но в его рассказе «Письмо в Париж одной сеньоре», при всей его ошеломительной вымышленности, нет никакой фантастики. Но есть безумие. Говорят же люди об иных: «он тихо сошел с ума». Вот такое тихое сумасшествие и видит читатель в письме одинокого человека к квартирной хозяйке. Главный герой рассказа, чье имя так и остается неизвестным, работает переводчиком, ходит в какую-то контору. Вечера он совершенным отшельником проводит дома. Мы не знаем сколько ему лет, чем он обретался в своей прошлой жизни, кого любил, кого ненавидел, о чем волновался и переживал. Из его письма узнаем, что у этого человека есть одна уникальная особенность: его периодически рвет крольчатами. Наш герой поначалу сильно не расстраивается по этому поводу. Он считает, что можно притереться, приспособиться к такому необычному явлению собственного тела, что можно жить и с этим. Как будто человек свыкся с тем, что он исторгает из себя этих маленьких, пушистых существ. Однако с переездом на новую съемную квартиру его рвет крольчатами все чаще и чаще. Это его сильно беспокоит. Он хочет, но не может решиться на убийство милых зверьков. Очевидное сумасшествие героя углубляется.

Безумие, как и самоубийство, одинокого, маленького человека в литературе не такая уж редкая тема. В русской литературе об этом писали Н.В. Гоголь, Ф.М. Достоевский, А.П. Чехов, В.М. Гаршин, В.В. Набоков. В произведениях русской литературы почти всегда сумасшествие является следствием какого-то высочайшего накала душевной работы. Мистического опыта, как в «Сне смешного человека» Ф. Достоевского, стремлением победить внешнее зло в мире как в «Красном цветке» М. Гаршина и в «Записках сумасшедшего» Н. Гоголя. Психическая болезнь раскрывается, как расплата за дерзание познать истину, за гордыню или тяжесть таланта … Но не в рассказе Кортасара. У героя рассказа не просматривается никаких высших целей. Он пуст. Его ничто не беспокоит, кроме этих крольчат и наступающей разрухи в квартире. Крольчата изо дня в день уничтожают скрупулезный порядок съемной квартиры, где живет герой. Он стремится восстановить порядок вещей и в комнате и внутри себя. Не получается. Он не успевает убирать за крольчатами. Они разбили настольную лампу, обгрызли корешки книг, изодрали портьеры, ткань на креслах… Крольчата в атмосферу упорядоченности мира внесли хаос и разрушение. И хаос врывается в больную душу героя, и он уже не может перенести этого. На рассвете он убивает кроликов и себя. Сбрасывает их с балкона на брусчатку улицы и собирается выпрыгнуть вслед за ними. Вот такое обыкновенное сумасшествие. Безумие человека от внутренней пустоты.

Кролики. Кролики. Почему именно кролики? Нет, правда, почему именно кролики?

Отступлю от темы, просто вспомнилось. Когда моей дочке было три годика, у моей сестры родился сын. Назвали его Миша. Наташа всё не могла понять почему ему дали такое имя и постоянно приставала к нам с вопросом: "Чому  мішка, чому не зайчик, не кролик, не вовчик?" )))

Вот и у меня тоже возник такой вопрос)

На самом деле рассказ очень грустный. Он не просто об одиночестве, он о безысходности. Это очень печальное, очень тоскливое слово и состояние. Оно не даёт выбора, оно лишает воли, это удав, поглощающий невинного кролика. (Опять кролики, и это уже не смешно).

Всё-таки кролики, это наверное, накопленные обиды, невыносимость бытия, неумение простить и понять, невозможность быть понятым. Кролики - это не высказанные слова, боль утрат, неумение радоваться тому, что есть. Наш герой вроде бы и не нуждается ни в чём, на самом деле обделён самым важным: любовью, пониманием, сочувствием. Письмо в Париж. Звучит очень романтично. На самом деле романтики здесь нет. И дело не в кроликах. Вовсе нет. Копайте глубже.

Первая реакция: что за…. Вторая реакция: кролики это не только ценный мех…. Третья реакция: ну тут явно о боли, одиночестве и отчаянье…. Четвёртая реакция: аааааааааа ну почему мир так жесток? А теперь по порядку.

Прежде всего, я бы это даже назвала симбиозом потока сознания и магическим реализмом. Если первое я люто ненавижу, то ко второму отношусь вполне терпимо. И в самом начале, я вообще не могла понять, причём тут кролики, письмо и к чему это всё, начиналось всё как-то скомкано и бессмысленно. И это вызвало во мне бурю негодования, дескать, зачем об этом вообще писать и к чему это вообще нужно, безумно хотелось всё это бросить. Но я не умею долго злиться, я человек настроение, поэтому после лёгкой передышки дала рассказу второй шанс и тут уже пошло…. Дабы кроликов я очень сильно люблю, считаю, их пушистыми мягонькими комочками и готова их тискать, поэтому сразу пошло в плюс автора. Мне лично было всё равно, как и каким образом, он их получил, кролики это действительно мило. Тут ещё детское воспоминание, о том, как гостила у бабушки и дедушки и они в то время разводили кроликов. До сих пор помню малышей и больших ушастиков, которых я кормила и за которыми убиралась. И всё бы было замечательно в этом рассказе, и я бы так и купалась в детских воспоминаниях, если бы не чувство тоски и одиночества.

Каждый испытывает его по-разному. Кто-то при помощи алкоголя и наркотиков пытается заглушить чувство одиночества. Кто-то запирается в своей скорлупе и никого не подпускает, а кто-то подобно герою, предпочитает страдание вдвоём. Ведь у героя в целом-то есть всё: любимая и хорошая работа, его доходы позволяют жить в хорошем доме. Но всё это мало, когда тебя не понимают, когда с тобой фактически не общаются, только так, в перерывах и за завтраком, перекинувшись парой никчёмных фраз. И знаете, кролики в данном случае, это всего лишь защитная реакция, на месте этого может быть что угодно. У подростков вместо этого образа возникает привычка наносить себе раны или возникает анорексия или буллемия. Только никто вокруг этого не замечает. Сверстники считают это нормой, а родителям элементарно некогда. А когда человек осознаёт, что происходит что-то не то, бывает уже слишком поздно. И в семьях та же картина, когда супруги живут каждый в своих спальнях и фактически уже стали чужими. Вы скажете это не правда, но вокруг куча примеров того, когда человек вместо того чтобы открыться от мира, наоборот загораживается от него. И есть масса людей, кто заводит себе животное, лишь бы спастись от одиночества и тянущей острой боли.

А решение-то проблемы на поверхности – общение и взаимопонимание, чтобы не получился такой же финал, как в этом рассказе. Да, это жестоко, но это поступок человека, доведённого до отчаяния.

Автор в своём стиле описывает впечатление от похода на концерт. Автор, хоть и себя не относит к меломанам, хотя и явно имеет довольно неплохой слух: знает в каких местах зала приглушаются какие инструменты, знает кто как звучит. Осень понравился его оценка Бетховена.

А затем главное блюдо – Бетховен, этакий основательный вибромассаж, «Так стучится в дверь судьба», V – прекрасный символ победы, вот он глухой гений!

В общем-то публика тут подобралась явно отборная. В итоге Маэстро превращается в Орфея и по истечению этой мессы вся эта масса народа превращается в танцующих менад или вакханок, которые начинают сумбурные танцы во славу музыки и искусства и Диониса, а заодно и сметают всё на своём пути, пугая и сметая  самого Орфея. Собственно Менады нигде, кроме заголовка и не упоминаются, но и без дополнительных упоминаний в тексте они ощущаются. Определённо этот ритуал смотивирует богов музыки сыграть ещё. В Свердловской филармонии наблюдал взыскательную публику, но у нас до такого исступления не доходило. Хотя, наверняка случаи были.

Как же мы все-таки любим читать детективы! Для этого, несомненно, стоит выкроить отрезок времени, когда нас никто не будет отвлекать, а затем устроиться поудобнее в каком-нибудь уютном кресле, поставив перед собой тарелочку чего-нибудь вкусненького, чтобы периодически, в самые захватывающие моменты повествования, протягивать в этом направлении руку и, шаря по дну, с удовлетворением нащупывать там какие-нибудь орешки или другую вкуснятину с тем, чтобы потом рассеянно тянуть ее ко рту, в попытке соединить сразу два удовольствия... То есть воссоздавая в домашних условиях самодельный вариант киношного попкорна. Вот и герой данного произведения точно так же нашел, наконец, уединение в тиши кабинета, чтобы отдаться чтению книги с увлекательным детективным сюжетом...

С каким-то извращенным наслаждением он с каждой строчкой отходил все дальше от привычной обстановки и в то же время чувствовал, что его голова удобно покоится на бархате высокой спинки, что сигареты лежат под рукой, а за окнами, среди дубов, струится вечерний воздух.

Но давайте все-таки не забывать, что этот совсем коротенький рассказ принадлежит перу аж самого Хулио Кортасара... И что этот прославленный выдумщик с удивительно раскрепощенным мышлением непременно порадует нас своей изобретательностью...