Отзывы о книге Сад Аваллона

"O pan ! Io Pan ! Io Pan ! Io Pan ! Pan Pan ! Pan, I am a man"

Когда несколько авторов независимо указывают на какое-то произведение, на него стоит обратить внимание. Небольшая повесть Мейчена — один из столпов мировой художественной эзотерики. Пикантности добавляет то, что перевёл "Пана" на русский господин Егазаров, один из духовных отцов Пелевина, много дальше, чем Виктор Олегович, ушедший по эзотерическим тропам. В "SOSущем" Егазарова Пан играл свою роль. Кроули, в том числе под влиянием книги, написал гимн "Ио Пан"; Стивен Кинг называет данную повесть "лучшей историей ужасов, из всех, написанных на английском языке"; Лавкрафт канонизировал её; Борхес тоже уважал эту вещь Мейчена. Начинается классически. Да и как может начинаться повесть, написанная в 1894 году. Безумный учёный взахлёб рассказывает своему другу о дивном новом мире, раскрывающимся перед каждым, подвергнувшимся небольшой краниальной операции, "микроскопическому изменению в ячейках коры мозга". Спустя годы в Лондоне появляется роковая красавица, после встречи с которой чинные джентльмены без раздумий лезут в петлю с выражением ужаса на лице. Мозаичная картина детективного расследования. Один собирает факты о проявлениях дьявола; другой любит шататься по неспокойным ночным улицам. Постепенно картина проясняется — в женщину вроде как вселился Пан-дьявол, и она занимается со своими поклонниками неким развратом. Ну что я хочу сказать. То, что джентльмены все сплошь холостяки, то, какие нравы царили в Лондоне девятнадцатого века и то, как неадекватно сэры реагировали на, всего лишь, по всей видимости, разнузданный секс, заставляет задуматься о их мизогинии, вызванной латентным и не очень гомосексуализмом. В итоге один из них самым банальным образом разбирается с возмутительницей спокойствия. Сцена гибели наиболее приближена к тому, что условно можно назвать боди-хоррором. Остальное же повествование состоит сплошь из фигур умолчания, захлопывания книг на самом интересном месте и обсуждения между собой, но не с читателем, неких фривольных картинок. Читается легко и быстро. Осилил примерно за час-полтора. Из тех вещей, что читать надо только ради того, чтобы лучше понимать культурно-литературный западный код. Нервы пощекотать не получится. Но и скучно не будет. 7(ХОРОШО) https://s.livelib.ru/img/stars2/r70-x-green.png">

Меня когда-то поразила байка о том, как в графстве Мейо рабочие воспротивились строительству каменной ограды, узнав, что она будет проходить по территории т.н. «форта фей». Это в пятидесятых годах. Двадцатого века. Чиновники, вынужденные пойти на изменение проекта, вздыхали — мол, сегодня мы признаем права фей, а завтра они потребуют назначить им пособие!

По-моему, желание местных жителей защищать достояние маленького народца лишь отдаленно связано с «исторической ценностью», «осквернением» или представлением, будто «феи накажут». Но как ещё могли они донести пережитый психогеографический опыт до тех, чей ежедневно повторяющийся маршрут исключает всякую возможность попадания на территории запретные, отверженные? Их счастье, что не попадут: Люциан Тейлор, канонично задремав в стенах древней крепости, возможно, так и не смог ее покинуть, — даже сменив провинцию на Лондон. «Быть может, подменыш спустился с холма и бродит теперь по земле?» Эдакая тёмная сторона поговорки о «вывезти девушку из деревни».

«Холм грёз», ввиду автобиографичности и отсутствия сюжета как такового, весьма заметно отстоит от мейченовских tales of horror, но в целом это та же история, что в «Белых людях» — история человека, чьи фантазия и интуиция повели его по «влажному пути» — не в смысле «скользкой дорожки», конечно, — поскольку герои Мейчена, хоть и ощущают свое пребывание «во зле», на взгляд постороннего ничем особенно предосудительным не занимаются — порхают да мечтают, да декаденствуют, да деградируют. Освежив в памяти Головина, можно процитировать: «Люди, которые устремляются по влажному пути, ничего не надеются найти... „Влажным“ путем люди идут, зная, что в их человеческой композиции есть та самая, никаким огнем не сожженная, никакой водой не растворенная золотая частица... Это путь погружения в мать-природу, в матку... Ни к чему, кроме абсолютного отчаяния и белого снега, человек, идущий по „влажному“ пути, не приходит». (У кого в памяти еще жив великолепный финал «Белых людей», может задуматься, чем столкновение со снежной белизной кончилось для героини — а заодно и посетовать на то, что Головин, немало внимания уделив Лавкрафту, о его предшественнике почти не упоминал). Кстати о Лавкрафте: несмотря на очевидную преемственность, очень бросается в глаза различие, — герои ГФЛ, при всех своих поэтических наклонностях, не могут сосуществовать с запредельными мирами в такой же тревожной гармонии, как герои Мейчена.

Не с появлением фавнов и демонических женщин заканчивается реальный мир для Люциана, и не с погружением в бесконечные синестетические переживания, — он заканчивается тогда, когда герой начинает думать о «that stranger — himself» как об «a dead boy — himself».

Когда я впервые взяла в руки произведение Артура Мейчена "Сад Авалона", я ожидала нечто таинственное и завораживающее, учитывая репутацию автора как мастера мистики и оккультизма. К сожалению, мои ожидания оказались обмануты, и вместо глубокого погружения в мир загадочных тайн я столкнулась с тем, что можно назвать откровенной графоманией.

Основной проблемой книги является практически полное отсутствие внятного сюжета. Главный герой, Люциан Тейлор, представляет собой крайне неоднозначный образ, вызывающий скорее недоумение и раздражение, чем сочувствие. Его внутренние метания и поиски смысла жизни кажутся натужными и надуманными, а бесконечные описания природы и пространные пересказы его снов и галлюцинаций делают чтение невыносимо скучным.

Несмотря на интересное начало, где затрагиваются философские вопросы бытия и поиска истины, середина книги оказывается абсолютно разочаровывающей. Вместо развития сюжета мы получаем набор странных историй о мистических местах и необъяснимых событиях, которые трудно связать друг с другом. Более того, описания этих событий настолько туманны и абстрактны, что без дополнительного изучения эзотерической литературы сложно составить четкое представление о происходящем.

Эпилог, который, казалось бы, должен был дать ответы на накопившиеся вопросы, наоборот, оставляет читателя в полном замешательстве. Он не разъясняет ничего из того, что происходило ранее, и создает впечатление, что автор сам не до конца понимал, куда ведет свою историю.

Возможно, найдутся поклонники мистики и декаданса, которым понравится эта книга. Но для большинства читателей она останется непонятной и раздражающей. Лично я предпочитаю книги, которые заставляют задуматься, но при этом предлагают ясные идеи и законченный сюжет. "Сад Авалона" оказался далеко не таким произведением.

«Мейчен никогда не писал для того, чтобы кого-то поразить, он писал потому, что жил в странном мире и прекрасно это чувствовал и осознавал.» (Х.Л. Борхес)

Есть такая фантастика, которая похожа на эфир, сотканный не столько из авторских фантазий, сколько из воображений читателя. И понравиться она может только тем, у кого достаточно развито образное мышление и кто стремится развивать воображение и интеллект независимо от возраста. Лишь бы не угасал интерес к чтению.

Мейчен — основоположник хоррора, литературы ужасов. Его творчество повлияло и влияет до сих пор на работы многих известных писателей: Говарда, Лавкрафта и многих других, в том числе более современных писателей. Например, Брэма Стокера, Стивена Кинга, Бентли Литтла …

Повесть Артура Мейчена «Великий Бог Пан»/(англ. The Great God Pan) была написана в 1890 году. Это классика жанра ужасов. Но настолько неподражаема, что я затрудняюсь назвать кого-то, кто сумел бы перенять главную «фишку» Мейчена: читатель сам себя шокирует, благодаря своему воображению. Не поэтому ли критики ополчились на Артура Мейчена из-за его «Пана», упрекая автора за, якобы, намёки на сексуальные девиации? А в повести нет описания ни единой сексуальной сцены. Вот это писательское мастерство!! Каждый из нас соображает в меру собственной …

Я прочитала повесть в трёх различных переводах. Она входит во многие сборники. При желании её найти не составит большого труда. А вот переводы несколько отличаются. И это понятно почему: автор сам подталкивает читателя домысливать. Ну, переводчики и домысливают. Сегодня ИИ переводит качественно. А главное, близко к авторскому тексту. Но, разумеется, тоже не идеально.

**** Более искусного, поэтического и эстетического хоррора мне читать не доводилось. Я восхищена.

«"Алхимия слова", которой он владел во всей полноте, позволяла ему оживлять на страницах своей прозы замутненные, полустертые временем образы давно забытых легенд и традиций, чересчур схематичные формулы "тайноведения", превращая их в "живое чудо"». Чудо, которое "исходит из души"». (Роджер Добсон)

Поразительно, как Мейчену удалось заставить поверить в то, что мы называем иррациональным. Обычно, читая фантастику такого плана, тебя увлекают сюжет, авторские мысли о нашем настоящем, человеческом … Интересно. Но тут другое. Неизведанное. Непонятное. Немыслимое реальным. Ужас!!!

Основная идея повести: не вторгайся в пределы непознанного и НЕПОЗНАВАЕМОГО. Осторожно с экспериментами над людьми. Особенно, если это мозг человека … Произойти может НЕМЫСЛИМОЕ!! Есть тайны за семью печатями. Лучше их не трогать. Есть ВЕРА. Не сомневайся. Чтобы не навредить.

Находясь под сильным впечатлением от повести, я всё же не стану касаться её сюжета. Она небольшая и загадочная. Интрига возникает с первых строк и длится до последних. Здесь нельзя делать, по-моему, никаких намёков. Тем более, как я уже сказала, ВСЁ в твоей голове, читатель.

«И я забыл, как я уже говорил, что когда дом жизни распахнут настежь, туда может войти то, чему у нас нет имени, и человеческая плоть может стать завесой ужаса, который невозможно выразить.»

Пару слов хочется сказать о самом издании. Оно бесподобно, практически бесценно. Издательство Энигма выпустила просто великолепную серию книг под общим названием Гримуар. Обложка и рисованный переплет наводят на мысль о легком подражании средневековым талмудам. Форзацы строгого черного цвета с чернильно-черными готическими буквами. Каждый раздел книги начинается со стилизованной под средневековье символики страницы, а глава - с большой буквы готического шрифта, разрисованной в подражание старинным манускриптам. В конце повести/романа/рассказа всегда картинка - своеобразная «концовка». Вместо цифр сноски обозначаются головами воронов на полях.

Непосредственно сами произведения предваряет большая вступительная статья об авторе. Впечатления просто от того, что ты держишь книгу в руках – непередаваемые. Как серия в целом, так и конкретно эта книга станет достойным украшением любой библиотеки.

«Сияющая пирамида» – это цикл из 6 повестей Артура Мейчена. Давайте поговорим подробнее о каждой из них.

«Великий бог Пан» На мой суровый взгляд, в своем роде это маленький шедевр. Автор до последней запятой соблюдает стиль, излагает происходящее очень эстетичным и приятным языком, и ко всему прочему выносит на суровый суд читателя – удивительную и увлекательную повесть. Если честно, я совсем не ожидала такой силы и глубины от готического рассказа. Тем более приятным оказалось мое удивление при непосредственном знакомстве с произведением. Авторская композиция дробит повествование на отдельные, поначалу плохо стыкующиеся части и расставляет их практически в произвольном порядке. Свидетельства «чудесного» доходят до нас из различных источников. Что-то излагают сами очевидцы, что-то записывается со слов знакомых очевидцев, что-то в эпистолярном жанре, а чему-то свидетелями становятся сами непосредственные участники истории. История была бы вполовину слабее, не скрывайся за ней очень сильная и существенная мысль о том, что вполне вероятно где-то рядом с нами, на расстоянии вытянутой руки существует невидимый мир, к встрече с которым мы пока еще не готовы. Мейчен описывает происходящее, казалось бы, очень подробно и все же в общих чертах. Например, сам персонаж Элен Воган дан лишь схематично, но за этой схематичностью внимательный читатель без сомнения разглядит образ в подробностях. При этом через всю повесть красной нитью проходит уверенность самого автора в существовании сверхъестественного, другого мира. Этой непоколебимой уверенностью дышит каждая страница, каждое слово произведения. Одним словом, мне очень понравилось. До этого момента я не ожидала, что существует настолько не опошленная мистика, которая способна вызвать сильные эмоции и заставить задуматься над авторской точкой зрения на мир.

Подробно об остальных повестях, рассказах и романе «Сад Аваллона»...

«Белые люди» Небольшая эффектная повесть о девочке, с легкой руки безответственных родителей воспитанной няней-ведьмой. Композиционно рассказ делится на две части: беседу двух заинтересованных джентльменов и дневниковые заметки девочки. По сути, беседа двух джентльменов о природе настоящего Зла и его редкости в нашей жизни можно интерпретировать как ненавязчивую беседу автора с читателем, где автор весьма доступно и просто разъясняет свою позицию по этому вопросу. Дневник девочки примечателен сам по себе даже не колдовством и ритуалами, которые она вскользь описывает, но ее ходом ее мысли. Тем, как она воспринимает и интерпретирует «знаки», исходя из обрисованных ее няней образов. На самом деле сложно сказать – действительно ли она слегка сумасшедшая или наоборот колдунья. Но полет воображения впечатляет. Также в тексте дневника, походя, приводятся несколько легенд, от которых девочка отталкивается в построении своего мира. Легенды, на мой взгляд, великолепны и достойны прочтения даже в отрыве от основного текста. Необычно и увлекательно.

«Сокровенный Свет» Эта повесть построена по принципу журналистского расследования. Главный герой - мистер Дайсон, внезапно остепенившийся прожигатель жизни в поисках вдохновения для книги. Волею судьбы он оказывается в тихом Лондонском пригороде Харлесден и становится случайным свидетелем нечеловеческого явления. Заинтригованный неожиданной новостью в газете и увиденным собственными глазами, мужчина начинает свое собственное расследование. Случайно решение головоломки ему подкидывает его старый знакомый, обнаруживший ключ в прямом смысле слова у себя под ногами. Мейчен, как и прежде оставляет за кадром всю обрядово-научную аргументацию происходящего и ставит читателя перед фактом. Это случилось. Создание нечто прекрасного в противовес повлекло за собой создание нечто ужасного. И смерть безумного ученого перекладывает решение проблемы на плечи любопытного героя. Что он решит? Читайте…

«Великое возвращение» Совершенно великолепная повесть. Главный герой опять же проводит любительское расследование, заинтересовавшись скромной, но таинственной газетной заметкой. Невообразимое смешение местных валлийских легенд и древних христианских символов превращается в убедительный рассказ на грани реальности. Что это? Настоящие чудеса? Или массовая галлюцинация и религиозная истерия? Сложно сказать… Но в изложении автора реальность настолько переплетается с метафизической мифологией Уэльса, что постепенно начинаешь хотя бы чуть-чуть верить в чудо. В свою очередь просто бесподобны образы трех «гостей» в красных мантиях и атрибуты, сопровождающие их появление.

«Красная рука» История достойная Эраста Петровича Фандорина. Любительское расследование ведет уже знакомый нам с вами любитель загадок мистер Дайсон с этнологом Филиппсом в качестве верного доктора Ватсона. История божественна. Древние неизвестные письмена, замысловатый шифр, кроваво-красный символ и конечно, же сокровища. Легкий налет мистики почти не ощущается. В целом повесть представляет собой отличный детектив, который просто напросто грешно лишний раз спойлерить. Надо читать!

«Сияющая пирамида» Если до этой повести потусторонние силы всегда обретали более-менее привычный нашему восприятию человеческий облик, то теперь автор отпустил воображение в свободный полет и в ярких красках изобразил «замок фей» во всей его красе. И даже пытливому уму Дайсона не под силу обнаружить материализм там, где его нет и в помине. Действительно кульминационная повесть сборника возвращает нас к тому, с чего мы начали – к мистическому и метафизическому, что находится за пределами человеческого понимания.

По большому счету все повести Мейчена – о маньяках. Не тех, что поджидают жертву в темном переулке с ножом наизготовку, а тех, что в угоду безумной научной или метафизической теории готовы продать дьяволу не только свою душу, но и весь свой род вплоть до десятого колена.

«In Convertendo» - своеобразный сборник рассказов, объединяющий мистические фантазии, алхимические изыскания и магические практики автора. Принимая во внимание количество рассказов, в подробности вдаваться не буду. Однако по содержанию можно разделить рассказы на 4 категории:

• информативные или эссе (Язычество, Спаральгический поиск Бероальда Космополита, Священник и Цирюльник, Сокрытое чудо, Счастье и ужас)
• загадочные или детективные (Странное происшествие с Эмили Вестон, Тайна Хайбери, Кэмпденское чудо, Тайна Юстон-сквер, Клуб исчезнувших, 7Б Кони-Корт)
• казуальные («Двойники» в преступном мире, Замечательная женщина, Двойное возвращение)
• созерцательные (Праздником осиянный, In Convertendo, Розовый сад, Цыгане, Макушка лета)

  Некоторые информативные рассказы было трудновато читать продираясь через многочисленные забористые ссылки на полях. Особенно, когда речь шла о магии и видных алхимиках. Однако, я бы рекомендовала по возможности прочитать эссе «Счастье и ужас»… Как оказывается с начала 20 века не так уж много и изменилось в нашей жизни.

Тем не менее мы склонны поклоняться фальшивым богам в убогих храмах; посмотрите на Америку, которая, как я понимаю, стала «Кратким курсом» всех современных идеалов и методов. Полагаю, система, называющаяся Новой Мыслью, последний плод американской свободы. Это религия, полностью устраивающая ее родину: она не обещает райских радостей, но, наверняка, гарантирует приличный доход, если не сворачивать с выбранного пути. Америка, в сущности образец современной цивилизации в чистом виде; но Америка – и самый грозный пример того, что принесет нам современная цивилизация.

Загадочные и казуальные рассказы увлекательны сюжетом и порой заставляют читателя не то улыбнуться, не то покачать головой, сетуя на неразумность героев. Что же касается четвертой категории - здесь все авторские приемы направлены на воссоздание перед вашими глазами волшебной, яркой и потрясающе детальной картины. Запахи, звуки, цвета… Мейчену удается невозможное – он словами рисует картину. Сюжет здесь не так важен как красочное воплощение фрагмента авторской фантазии.

Заканчивает сборник роман «Холм грез» (он же «Сад Аваллона»). В предисловии автор весьма подробно рассказывает об истории создания романа, взлетах и падениях, надеждах и чаяниях. Неудивительно, что многие факты из предисловия нашли непосредственное отражение в тексте самого произведения.

Главный герой – Луциан Тейлор, сын беднеющего год от года «пастора». Юноша бесспорно одаренный, вот только социопат, каких еще нужно поискать. Обучение в школе, незавидное финансовое положение и нежелание соответствовать стандартам успешного профессионального дельца окончательно превращают его в изгоя в глазах приличного общества. Луциан, впрочем, не особенно против. Ему гораздо проще жить в собственных фантазиях, порожденных многочисленными книгами. Неудивительно, что, однажды, юноше приходит в голову идея написать роман… Дальше стоит читать самостоятельно. Сюжет, честно говоря, спорный и написан в мрачных тонах. Однако фантазии Луциана вряд ли оставят вас равнодушными, они затягивают в другой невероятный мир. Попадись Луциан в руки Максу Фраю – из него получился бы знатный демиург. Но в том мире, что создал Мейчен, Луциан никак не может найти свое место и неприкаянно скитается в поисках дома. Опять же очень созерцательный и отвлеченный роман о муках творчества и бесконечном одиночестве творца. Описание фона для происходящих событий – бесподобно живописно.

… Были здесь кубки тревожно-красного цвета, разорванного вторжениями светлых и темных пятен, кубки, на стенках которых соперничали красотою золото и белизна, кубки из хрупкого хрусталя, переливающегося всеми цветами радуги, кубки, в которых золотые нити просвечивали сквозь незамутненное стекло, темно-прозрачные кубки, похожие на сапфир, лежащий в проточной воде, кубки, мерцавшие слабым светом звезд, и черные с золотом, словно покрытые черепаховым панцирем.

К слову, Мейчен пишет, что одна из его книг была сурово отвергнута критиками: «Меня окрестили второсортным эпигоном Стивенсона». Не знаю, где там и что похожего эти высокие лбы умудрились разглядеть, но мне вот повести Мейчена понравились гораздо больше «Джекила и Хайда». Уж не знаю почему, но мистики и интриги в них больше)

* Язык автора – это что-то особенное и достойное отдельного упоминания. Сложно не заметить стилизацию под старину, где каждое 10 слово сейчас можно найти только в словаре архаизмов. Отдельная благодарность издателям за подбор профессиональных и ответственных переводчиков. Читать в прямом смысле слова – Вкусно!

К примеру:

...Я прибыл в Арфон в самый разгар лета – знойного, цветущего, благоухающего всеми ароматами, коими безвозбранно наслаждаются жители этих мест. В Лондоне подобной погоды не было и в помине – напротив, казалось, что все ужасы и неистовства войны добрались наконец-то до лондонских небес и со злобным торжеством воцарились на них.

...Поистине в то лето лондонская погода сосредоточила в себе все пагубы вселенной, город будто облачился в траур – в сердцах лондонцев поселился ужас, а телесную оболочку их попеременно терзали удушливая черная мгла и опаляющий небесный огонь.

...Над городом уже сгущалась тьма – быстрые, проворные тени подкрадывались к нему от леса, и со всех сторон собирались клубы тумана, будто легион призраков выступил в поход против города и поселившейся в нем пришлой расы.

Ужастики Мейчена какие-то нетипичные. Они призваны скорее не напугать читателя, а расширить границы его метафизического зрения и заинтриговать возможностями скрытыми, как в нашем сознании, так и в неизученном до конца окружающем мире. Его произведения – вызов. Вызов нашей с вами непоколебимой уверенности в материальности и незыблемости того кусочка жизни, которому принадлежит каждый из нас.

ИТОГО: Книга произвела на меня неизгладимое впечатление, как своим невообразимым изданием, так и содержанием. Мейчена раньше никогда не читала и даже не слышала о нем. Как оказывается, зря. Теперь буду наверстывать. И пусть кое-где у меня возникло де жа вю с акунинским Фандориным. Автор чередует мистические и детективные повести и умудряется перемешивать жанры в самых неожиданных сочетаниях. Ну и, конечно, язык... Это непередаваемо!

P.S. Рецензия на 4 вордовских листа. Первая в моей биографии. Это было эпично... ХД)

Это история молодого человека по имени Люциан, очень эмоционального и впечатлительного. Еще в детстве Люциан решил, что он особенный, что он духовно и нравственно возвышается над толпой. Решив задействовать свое богатое воображение, юноша решает стать писателем, для чего покидает родной дом и пожилого отца в Уэльсе и устремляется в Лондон на поиски славы и вдохновения.

Произведение Артура Мейчена "Холм грез" является откровенным графоманским бредом. Вероятно, его смысл в том, чтобы показать муки творчества, но увы, основные муки ждут читателя. Практически полное отсутствие сюжета, главный персонаж, вызывающий в лучшем случае недоумение, в худшем - неприязнь, но уж никак не сочувствие, на которое, видимо, рассчитывал автор. Бесконечные повторы, нескончаемые описания природы, пространные пересказы снов и галлюцинаций Люциана - все это делает книгу практически нечитабельной. Из чистого упорства я дочитала до конца, но уже где-то после половины просто сканировала глазами текст, пытаясь выхватить хоть толику смысла из текста. Наверное, найдутся люди, которые будут восхищаться декадентско-макабрической красотой этого романа. Боюсь, практически любая ахинея способна обрести своего преданного почитателя. Я же с мистером Мейченом завязала.

На чтение этой повести меня натолкнули книга Гэри Лечмена "Темная Муза" и роман Роберта Антона Уилсона "Маски Иллюминатов". "Великий бог Пан"- удивительная книга. Читая ее, поражаешься мастерству художника, создавшего эту повесть. В изображении образов природы, Мейчен не уступает ведущим авторам двадцатого столетия. Темные, жаркие леса, величественные горы, зеленые холмы, серпантины разбитых римских дорог - их описание чрезвычайно увлекательно, и удивительно красиво. Диву даешься, узнав, что Мейчен был в целом, литературным неудачником, которого лишь на миг заметила публика, и который сгинул в лондонских трущобах. Помимо великолепных образов, удивляет, приковывает к себе и удерживает от начала и до конца общая атмосфера повести. Я не знаю другого такого писателя, которому бы удалось передать потусторонний ужас на страницах художественного произведения. Страницы Пана просто сочатся первобытным страхом, ожиданием неминуемой катастрофы и обреченности. Очень мрачная книга. Мейчен,член "Герметического ордена Золотой Зари", был человеком, сведущим в магических практиках. Но почему-то в сюжете "Пана" нет оккультизма, нет черных месс, вызывающих демонов. Дорогу в ад открывает не алхимия, но взмах обыкновенного хирургического скальпеля. Так ужас приходит в этот мир. Гибель, горе, петля, хаос и дрожь живых перед всемогуществом тьмы, перед величием истинной природы, не имеющей пределов в ином измерении, скрытом от глаз профанов. Весьма необычно построено и само повествование. Оно не линейно и ведется от разных лиц, с различными вставками, отступлениями и другими литературными приемами, что только украшает книгу и выделяет из целого ряда подобных произведений.

Да, есть подлинный мир, не он вне этих чар и этой призрачности, вне этих «гонок за собственным хвостом и карьерных мечтаний», — он спрятан всем этим, словно за покрывалом.

Об этой книге я вспомнила благодаря статье, в которой Стивен Кинг говорит об этой книге, как вдохновившей его на написание "Revival" . "Revival" я ещё не читала, так как в переводе ещё нет. Насчёт "Великого Бога Пана" можно сказать, что книга моментами пугает, особенно там где происходят самоубийства. Так же моментами там есть мистика. В основном эта книга прошла мимо и ничем особенным не запомнилась, но читалось быстро. Конечно было очень много интересных мест, особенно описания различных мест в Лондоне, описание леса. Зато я кое-что узнала из мифологии. Например, что великий Бог Пан - это бог — защитник пастухов и мелкого рогатого скота, лесной демон, сын Гермеса. Внешне изображался как получеловек с ногами козла, часто с козлиной бородой и рогами. Возбуждал панический ужас. В астрологии Пан оказывается одним из аспектов Сатурна, а также приравнивается к сатане и к жизни в ее инволюционных, в частности, низменных аспектах. Действительно пугает.

Книга эта имеет социальный подтекст, как не покажется это странным с первого взгляда. Действительно, на поверхности ужастик — дерзкая идея проникновения за “покров иллюзий”, в “настоящий мир”, “истинную вселенную”, “созерцание бога Пана”. Но вглядимся внимательнее. Доктор Раймонд решается осуществить ее своими руками, но... но «чужими глазами”. Для эксперимента («нарушения нескольких клеток» мозга) он выбирает бедную, лишенную защиты девушку Мэри. Посмотрим, чем руководствуется Раймонд в своем решении из диалога с его компаньоном Кларком.

Кларк: “Хорошенько обдумайте это дело, Раймонд. На вас лежит большая ответственность. Если произойдет какая-то трагедия, до конца дней своих вы будете ощущать себя самым несчастным человеком”. Раймонд: “Нет, я так не думаю, даже если и случится худшее. Как вы знаете, я вытащил Мэри из грязной подворотни, спас ее от постоянного голода, когда она была еще ребенком. Полагаю, ее жизнь принадлежит мне, и я распоряжусь ею так, как посчитаю целесообразным”.

В этой ключевой фразе “Полагаю, ее жизнь принадлежит мне, и я распоряжусь ею так, как посчитаю целесообразным” сосредоточено все социально-негативное зерно произведения. Можно ли на месте бедной девушки представить физически крепкого, материально независимого, образованного, оснащенного множеством полезных связей человека? Ни в коем случае. Именно обездоленность во всевозможных формах непременно, закономерно будет связана с безумием. Либо как его причина, либо как следствие.