Долгое молчание

Ох… действительно, читается долго, до-о-о-олго! Но в общем и целом мне все равно понравилось, хотя, скажем прямо, книга довольно занудная, как зыбучие пески, в которых читателю предстоит медленно и мучительно тонуть. Но, может быть, именно в этом бесконечном занудстве и есть ее прелесть: автор медленно, по-шамански, с долгими прелюдиями и отступлениями, ходит кругами вокруг реконструируемой в прошлом, настоящем и трансцендентном истории нескольких поколений своих героев. Это почти архетипическая история о захороненном со времен англо-бурской войны золоте и о людях, которые и хотят, и боятся его найти.

По сути, это не одна, а целый корпус связанных историй. Часть из них протекает прямо здесь-и-теперь, в настоящем времени: сотрудница Национального музея в Кейптауне Инджи Фридландер приезжает купить у местного скульптора необычную статую и оказывается втянутой в местные знания и предания. Ее история-расследование, история-сочувствие, история-пробуждение-творчества отдает мистическим реализмом: чего стоит одна только выросшая из земли статуя, на голову которой садится наблюдающий за всем действом ангел, или возникающая ниоткуда музыка. Часть рассказов смутно проглядывает из истории ЮАР (англо-бурской, первой и второй мировых войн), свидетелями и жертвами которой стали местные жители и приезжие итальянцы и азиаты. Часть относится к жизни и отношениям представителей предыдущих поколений, сплетшихся между собой родовыми корнями. Героев много, и все они даны автором во временной динамике: какими они были, через что прошли, какими являются сейчас, что сводит их вместе. И все это переплетено с непривычной атмосферой, историей и фольклором маленького, затерянного в пространстве-времени выдуманного городка Йерсоненда.

Я начала читать ради экзотики, ведь книги авторов из ЮАР мне попадаются не так уж часто, да еще и с предварительно построенным генеалогическим древом персонажей и специальным глоссарием, предназначенным для того, чтобы читателю было легче продираться сквозь ртутью раскатывающийся во все стороны текст. Но легче от этого не становится, и – надо признать - книга читается трудно от начала до конца: куча имен, топосов, локусов и кажущихся несвязанными эпизодов ворохом обрушиваются на него с первых же страниц и, перемешиваясь с мифологией и историей страны, делают текст труднопроходимым. Но вместе со всем этим можно погрузиться в самобытную атмосферу южноафриканской глубинки, пахнущей «лесом, ароматами склона горы и оврага, запахом мочи горных кроликов» и еще чем-то, что невыразимо в словах.

Много лет назад в одном из музеев Хельсинки на выставке пяти культур я сжимала в руке горсть красноватой африканской земли и ощущала ее ни на что не похожий каменный аромат, столетиями впитанное тепло и мягкую, почти пыльную, фактуру, и думала о далекой стране, где всё так похоже на всех, и всё же по-другому (ведь культуры равные, но разные!), и эта книга приятно всколыхнула во мне тогдашние впечатления, сделав текст ближе, как это всегда случается с общим опытом. Медленно двигаясь от Маленьких ручек к Кровавому Дереву, от Первого Шлюза к Спотыкающемуся Водяному, от Флорентийского Коттеджа к Горе Немыслимой ты перемещаешься по странному антропологическому ландшафту, в каком-то смысле открывая для себя ментальность носителей африкаанс. Все это немного напомнило мне Борхеса.